Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
RostovGazeta.ru

«Сболтнул лишнего»: Эмин Агаларов случайно раскрыл, что скупил более 900 участков в Азербайджане

Знаете, что может свести с ума даже очень богатого человека? Нет, не кризис и не падение нефти. А собачий лай. Именно он заставил певца и бизнесмена Эмина Агаларова расстаться с кругленькой суммой и купить кусок земли по цене премиального подмосковного жилья. Недавно в беседе с Ксенией Собчак Агаларов приоткрыл карты: оказывается, на родине, в Азербайджане, у него скопилось более 900 наделов земли. Звучит как портфель девелопера-олигарха, и, по сути, так оно и есть. Но в этой коллекционной истории есть один необычный экспонат — участок в 30 соток, доставшийся ему за три миллиона долларов. И главное, что там не было ни дворца с пальмами, ни готовой инфраструктуры — лишь недостроенный скелет дома. Как гавкающие соседи довели до сделки Причина такой странной покупки проста до безумия: раньше на этой территории жил сосед, который питал слабость к десяткам собак. Их беспрерывный хор мешал гостям главного приморского проекта Эмина — курорта Sea Breeze. Восемь лет Агаларов пытался договорить

Знаете, что может свести с ума даже очень богатого человека? Нет, не кризис и не падение нефти. А собачий лай. Именно он заставил певца и бизнесмена Эмина Агаларова расстаться с кругленькой суммой и купить кусок земли по цене премиального подмосковного жилья.

Фото: скриншот видео интервью
Фото: скриншот видео интервью

Недавно в беседе с Ксенией Собчак Агаларов приоткрыл карты: оказывается, на родине, в Азербайджане, у него скопилось более 900 наделов земли. Звучит как портфель девелопера-олигарха, и, по сути, так оно и есть. Но в этой коллекционной истории есть один необычный экспонат — участок в 30 соток, доставшийся ему за три миллиона долларов. И главное, что там не было ни дворца с пальмами, ни готовой инфраструктуры — лишь недостроенный скелет дома.

Как гавкающие соседи довели до сделки

Причина такой странной покупки проста до безумия: раньше на этой территории жил сосед, который питал слабость к десяткам собак. Их беспрерывный хор мешал гостям главного приморского проекта Эмина — курорта Sea Breeze. Восемь лет Агаларов пытался договориться с хозяином по-хорошему. Бесполезно. Пришлось брать проблему «на карандаш», а по факту — включать печать царя Соломона: переплатить кратно, но наконец заткнуть эту псиную симфонию.

Сам певец с горечью пошутил, что отдал за тишину дороже, чем стоят сотки в легендарной Барвихе. Но Россия, как говорится, оценила не юмор, а совсем другое.

«Крокус» против собачек: что взорвало сеть

Россияне в комментариях — отдельный театр бурных эмоций. Большинство реплик даже не про землю, а про старую боль: трагедию в «Крокус Сити Холле», которая намертво привязала фамилию Агаларовых к вопросам безопасности и стройматериалов.

Пользователи не стесняются в выражениях. Вот только несколько живых голосов из интернет-пекла:

  • Один мужчина едко интересуется: почему на фоне недавней трагедии Агаларовы не раздавали миллионы родственникам погибших? А заодно напоминает про «негорючие» материалы, которые горели отлично, и про запертые аварийные выходы.
  • Другой комментатор (Андрей М.) переходит на личности и требует выплат за тот самый злополучный горючий декор. Его посыл: «Собаки не устроили? А жизнь людей — устроила?»
  • Маргарита Л. выносит приговор по-женски жестко: мол, сначала раздай долги перед выжившими, а потом уже хвастайся покупочками и закатывай фестивали. Стыдоба. Бумеранг, мол, прилетит.
  • Александр О. добавляет политического параноидального соуса: уверен, что бизнес отца и сына построен на высасывании денег из России и уводе их на родину. А высокие покровители, мол, не дают ответить за «Крокус» по полной.

Коротко о тех, кто за кадром

Справка для контекста: Эмин возглавляет Agalarov Development — структуру, которая строит, снимает, лечит и развлекает. Его отец Араз Агаларов — многолетний гость рейтинга Forbes и хозяин империи Crocus Group, одной из главных арендных машин России.

Но, судя по реакции публики, заслуги перед экономикой сейчас уже не работают. В глазах многих людей три миллиона на «анти-собачий» участок на фоне незаживших ран — это не статус, а неуместная демонстрация глухоты к чужой боли