Сертификация авиадвигателя ПД-8, используемого в Superjet 100, полностью завершена. А значит, в ближайшие несколько лет в стране появятся сотни гражданских авиалайнеров, что закрепит технологическое лидерство страны в авиастроении. А это не только рабочие места, но и заказ на науку, кадры, а вкупе дополнительные налоговые отчисления в региональные бюджеты, которые позволят решать социальные проблемы. Подробнее о влиянии новейших технологий на индустриальный облик страны в интервью «Парламентской газете» рассказал председатель Комитета Госдумы по промышленности и торговле Владимир Гутенев.
— Несмотря на санкции, интерес к ПМЭФ с каждым годом растет. Чем вы это объясняете?
— Я думаю, это такой консолидированный результат не только огромных усилий и президента, и Правительства, но в том числе и общественных организаций, Государственной Думы. Форум открывает достаточно большие возможности по кооперации для нашего бизнеса. Поскольку, приходя на рынки зарубежных стран, мы, как правило, выстраиваем достаточно плотную кооперацию с частичным трансфером технологий, что, конечно же, интересно крупным африканским и азиатским экономикам. Да и страны МЕРКОСУР (Общий рынок Юга — субрегиональное южноамериканское торгово-экономическое объединение. — Прим. ред.) активно в этом участвуют. Поэтому Питерский форум верифицирует те достижения, которые были за последние годы, наглядно мы видим, достигнуты. Речь не идет ни о какой международной изоляции России. Наоборот, мы видим, что авторитет возрастает. Наши успехи в специальной военной операции позволяют оптимистично смотреть в будущее с точки зрения экономики.
— О высоких технологиях в контексте развития этой самой экономики говорят давно и много. Насколько, на ваш взгляд, успешно новации внедряются в реальном секторе и почему без них сегодня никуда?
— Без тесного взаимодействия с отраслевой фундаментальной наукой структур, которые формируют появление новых технологий и, как следствие, новых продуктов, невозможно быть конкурентоспособным на внешних рынках. Поэтому зависимость от скорости внедрения здесь не случайна. Об этом, кстати, шла речь на состоявшемся 14 мая съезде Союза машиностроителей. Одним из основных его тезисов была быстрота изменений. Это относится и к экономике, и к инновациям. Потому что ты можешь быть разработчиком, сделать мелкосерийную партию, но если ты не способен быстро реализовать масштабный проект со своим продуктом, который обладает уникальными технологиями в текущем моменте, то можешь быть уверен: чем лучше разработка, тем быстрее она будет скомпилирована и внедрена в иных странах. И на своем рынке ты увидишь свою разработку в исполнении других корпораций.
— Насколько действующее законодательство позволяет защитить отечественных товаропроизводителей?
— Чтобы ответить на этот вопрос как раз и нужны различные экспертные площадки, потому что каждый закон, как правило, в рамках своего жизненного цикла претерпевает много изменений, чтобы отвечать насущным потребностям сегодняшней экономики. Но не менее важный вопрос — это правоприменительная практика. Совсем недавно на заседании коллегии военно-промышленной комиссии обсуждалась проблематика предприятий оборонно-промышленного комплекса. Этот вопрос важен не только с точки зрения обеспечения национальных интересов в сфере безопасности, но и с точки зрения технологического лидерства, импортозамещения, которое стало крайне необходимым в связи с большим количеством пакетов санкций. И именно оборонка выпускает львиную долю импортозамещающего высокотехнологичного продукта. Так вот, маржинальность или хотя бы даже прибыльность предприятий ОПК зависит от очень многих факторов. И предложения коллег из военно-промышленной комиссии о необходимости доработки закона о гособоронзаказе в конце концов вышли на трек, свидетельствующий, что большинство необходимых законов имеется.
— То есть проблемы отсутствуют?
— Законодательная база сформирована, но правоприменительная практика в отдельных департаментах Министерства обороны не позволяла своевременно использовать предложенные механизмы оплаты. И еще очень важная составляющая — это мотивирование снижения издержек. Поэтому красной нитью неоднократно проходила такая идея, что на длинных контрактах, если предприятия ОПК снижают издержки, им надо дать возможность полученные ресурсы направлять не на дивиденды, не на прочие радости жизни, а именно — на техническую модернизацию. В том числе подготовку персонала, создание задельных работ по гражданским направлениям в медицинской и вычислительной технике вплоть до организации воздушного движения.
— Насколько в этом вопросе помогает ПМЭФ?
— Такие площадки способствуют выполнению наказов президента об ускорении изменений. Ведь от этого зависит не только наша конкурентоспособность, но и будущее страны — касается ли это подготовки кадров, принятия тех или иных экономических решений.
— Как влияет на этот процесс «охлаждения» экономики, которое сейчас происходит из-за укрепления рубля и пока еще недостаточно комфортных кредитных ставок?
— Ключевая ставка снижается, но недостаточно быстро. И абсолютное большинство экспертов от промышленности говорят о том, что снижение процентной ставки дало бы, наверное, не менее мощный, а может, даже более мощный импульс, чем те или иные решения в законодательном поле.
— Могли бы оценить эффективность парламентских слушаний в Госдуме, направленных на быстрейшее достижение технологического лидерства?
— Безусловно. В качестве примера приведу состоявшийся осенью прошлого года «правительственный час», посвященный автоматизации и роботизации с участием первого вице-премьера Дениса Мантурова. Среди прочих вопросов на нем рассматривались меры поддержки по созданию и внедрению отечественных роботизированных систем. Мы внедряем роботов и снижаем издержки, это позволяет закрыть проблему с дефицитом рабочей силы. И необходимо повышать плотность роботизации. Сейчас она у нас откровенно низкая, поэтому поставлена задача в среднем достичь 145 промышленных роботов на 10 тысяч работающих в промпроизводстве. У нас сейчас действует более 10 различных мотивационных мер, в том числе субсидии. Правда, использовать можно не более двух, но это очень мощный инструмент — до 50 процентов субсидирования, если покупаешь отечественного робота. Так вот, этому предшествовал глубокий анализ того, а все ли отрасли имеют мотивацию по снижению издержек посредством внедрения роботизированной техники.
— Совет Думы тогда принял и направил в адрес Правительства рекомендации. О каких-то результатах уже известно?
— Результаты мы должны получить к 1 июля. Я думаю, это будет очень интересная информация. Но уже сейчас однозначно можно сказать, что подобные механизмы, которые выстроены по указанию председателя Госдумы Вячеслава Володина, позволяют крайне быстро находить проблемные вопросы и принимать быстрые эффективные решения. Так было и по слушаниям по легкой промышленности. То, что касалось проблематики с конкурентоспособностью отечественного производителя и зарубежных поставщиков, в том числе через маркетплейсы. В связи с тем скажу, что, как правило, подобные мероприятия в рамках Петербургского международного экономического форума всегда приносят очень хорошие результаты, на которые сейчас мы рассчитываем.
— Могли бы назвать примеры эффективного внедрения высоких технологий на отечественном рынке?
— Свежий пример: полностью закончена сертификация нашего авиадвигателя ПД-8, который идет на замену российско-французского SaM146, используемого в Superjet 100. Мало того что санкции нас подтолкнули не просто к импортозамещению в части разработанного двигателя, можно с уверенностью говорить о технологическом лидерстве. Это сотни самолетов в ближайшие 5-7 лет, это не только рабочие места, это заказ на науку, кадры, это дополнительные налоговые отчисления в региональные бюджеты, которые позволяют решать в том числе и социальные проблемы. Понятно, что авиация — это наиболее яркий пример, поскольку сейчас в рамках гражданской и боевой авиации очень быстро появляются новые модели. И модели полностью получают национальную комплектацию. Это касается не только Superjet 100, но и МС-21, где также разработанный и выпускаемый в Перми двигатель ПД-14 с тягой 14 тонн закрывает нишу по среднемагистральным самолетам.
— В других сферах успехи просматриваются?
— В прошлом году был двузначный рост в медицинском оборудовании, что для нас не менее важно с точки зрения решения демографических задач. Кратно также возрос интерес в связи с проблемами на рынке энергетики в строительстве новых энергоблоков, в том числе и в плавучих вариантах. Теперь перед Росатомом открываются довольно большие возможности. Мы видим огромный рывок, который сделал Роскосмос. За первый квартал этого года он больше запустил ракет-носителей, чем за весь прошлый год, что, в общем-то, вселяет в нас уверенность, что и системы связи, и системы дистанционного зондирования Земли будут не только закрывать наши потребности, но и приносить довольно ощутимые ресурсы нашей экономике, когда мы будем предоставлять услуги другим странам. Таких заявок уже достаточно много. В целом результаты могли бы, наверное, быть и выше, если бы динамика изменений в банковской сфере по снижению ставок была бы более динамична. С другой стороны, мы видим, что рынок приготовился к новому рывку, который в случае принятия необходимых корректировок фактически нам гарантирован.