Конгресс Международного союза конькобежцев (ISU), прошедший на Тенерифе, стал для России одновременно и глотком свежего воздуха, и напоминанием о той реальности, в которой находится наш спорт. Где‑то есть повод для сдержанного оптимизма, а где‑то — подтверждение того, что путь назад в мировое фигурное катание пока остаётся закрытым.
Светлая новость: Россия снова в руководстве ISU
Главным достижением стал уверенный успех Александра Кибалко на выборах вице‑президента ISU. Это первый подобный пост для России за последние годы — и серьёзный сигнал, что в конькобежном спорте к российским специалистам по‑прежнему относятся с уважением.
85 голосов против 30 — убедительная победа.
Но важно понимать: это не волшебная палочка, которая завтра решит вопрос допуска наших спортсменов. Скорее — возвращение к нормальному диалогу. Наличие своего представителя в руководстве всегда делает позицию страны более весомой и позволяет участвовать в обсуждении важных изменений не со стороны, а изнутри.
Фигурное катание: без прорывов, но и без иллюзий
Если в конькобежном спорте Россия получила возможность укрепить позиции, то в фигурном катании конгресс прошёл без приятных сюрпризов. Ни один из российских кандидатов не вошёл в советы и технические комитеты.
- Юлия Андреева — мимо комитета по одиночному и парному катанию.
- Алла Шеховцова — не избрана в комитет по танцам на льду.
- Ульяна Чиркова — не попала в комитет по синхронному катанию.
- Михаил Соколов — не вошёл в структуру шорт-трека
Это неприятно, но вполне ожидаемо. Россией в фигурном катании последние годы управляют фактически «вслепую»: без спортсменов на международных стартах и без своих представителей в рабочих органах добиться большего сейчас невозможно.
Для сравнения: ещё недавно влияние России было системным — один Александр Лакерник на посту вице‑президента с 2016 по 2022 годы много значил. Сейчас этот период скорее вспоминается как «золотое время» российского влияния в ISU.
Возвращение на международную арену: главный вопрос, которого не случилось
Выборы в комитеты интересны, но на самом деле не они определяют судьбу российского фигурного катания. Все важные решения о допуске принимает совет ISU, именно там находится главный рычаг.
И здесь изменения есть: 12 июня был сформирован новый состав совета.
Можно ли ждать от него пересмотра позиции? Ответить сразу — невозможно. Логика голосований в таких структурах никогда не сводится к национальности или прежним заявлениям. Там работают не страны, а конкретные люди, и их личная позиция не всегда совпадает с официальной линией федераций.
Однако для России есть и небольшой плюс: в новый совет не вошли представители тех стран, которые ранее открыто выступали против возвращения россиян — Великобритании, Люксембурга и Украины. Это ещё не прорыв, но важный штрих к общей картине.
Россия идёт своим путём: новая внутренняя реальность
Пока вопрос допуска остаётся подвешенным, российское фигурное катание живёт в собственной экосистеме. За последние два года она сильно изменилась — и теперь это не просто адаптация, а полноценный новый формат. Что происходит внутри страны:
- чемпионат России по прыжкам стал постоянной частью календаря;
- Кубок Первого канала — один из самых зрелищных стартов сезона;
- расширяется география: этапы Гран‑при России пройдут в Екатеринбурге и Нижнем Новгороде;
- внутренние турниры растут по качеству, уровню постановок и конкуренции.
Российское фигурное катание научилось существовать без международных стартов. Не идеально, но живо, эмоционально и по‑своему стабильно.
Что в итоге?
- Конькобежный спорт получил важное усиление — пост вице‑президента ISU.
- Фигурное катание осталось без своих представителей в технических структурах.
- Новый совет ISU оставляет пространство для осторожного оптимизма, но не гарантирует ничего.
- Россия продолжает развивать собственную спортивную модель — и делает это всё увереннее.
Конгресс на Тенерифе не стал переломным моментом, но показал: Россия не исчезла из международной системы и по‑прежнему сохраняет влияние там, где возможно. А в фигурном катании главное решение впереди — и оно всё ещё остаётся закрытой дверью, в которую нужно долго и настойчиво стучать.