— Ты идёшь, и это не обсуждается, — заявила Ленка, ставя передо мной бокал вина. — Хватит сидеть в своей берлоге. Три года после развода — это уже не траур, это археология.
Я хотела возразить, но Ленка уже достала телефон и открыла какой-то сайт.
— Вот. «Одинокие сердца». Не смотри на название, там нормальные люди. Я тебе анкету заполнила.
— Что?! — я чуть вином не поперхнулась. — Какую анкету?
— Обычную. «Ирина, 34 года, бухгалтер, любит тишину, прогулки и фильмы про любовь». Я ещё добавила «загадочная», но сайт сказал, что превышен лимит символов.
— Лен, ты вообще с ума сошла? Ты что там про меня написала?
— Правду. Ну, почти. — Она чуть замялась. — Я указала, что ты обожаешь активный отдых.
— Я?! У меня одышка от пылесоса.
— Это тоже активность. Короче, тебе уже написали. Трое. Один предлагает полететь на воздушном шаре, второй зовёт на выставку кактусов, третий... так, третий хочет просто кофе. Выбирай кофе.
— Я никуда не пойду.
— Пойдёшь. Я уже договорилась. Завтра в семь, кафе «Марципан».
— Лен!
— В семь, — повторила она железным голосом. — Надень что-нибудь не бухгалтерское. Хотя бы шарфик яркий.
На следующий день я стояла перед шкафом и понимала, что «не бухгалтерского» у меня нет. Есть серое, тёмно-серое, чёрное и одно платье в цветочек, которое мама подарила на восьмое марта три года назад. Я его ни разу не надевала, потому что цветочки были такие крупные, что я в нём напоминала клумбу после урагана. Но выбора не было.
Я надела платье. Нашла шарфик, правда не яркий, а бежевый. Посмотрела в зеркало. Из зеркала на меня смотрела женщина, которая явно сомневалась в целесообразности этого мероприятия.
— Для Ленки, — сказала я своему отражению. Отражение вздохнуло.
Кафе «Марципан» было маленьким, уютным, с жёлтыми абажурами и запахом корицы. Я пришла на десять минут раньше, чтобы освоиться. Села за столик у окна. Достала телефон, сделала вид, что читаю что-то важное. На самом деле я считала про себя до ста и обратно, чтобы успокоиться.
Ровно в семь в кафе зашёл мужчина. Высокий, в пальто, с букетом... ромашек. Обычных полевых ромашек. Не розы, не лилии, не эти безликие букеты из супермаркета. Ромашки. Я сразу подумала: «Странный. Или очень умный».
Он оглядел зал и уверенным шагом направился к моему столику.
— Ирина?
— Да, — пискнула я. — Здравствуйте.
— Алексей, — сказал он и сел рядом. — Очень приятно. Это вам.
Я взяла ромашки. Они пахли летом, полем, детством. Я вдруг почувствовала, что улыбаюсь. Просто так, без причины.
— Спасибо. Ромашки... неожиданно.
— Не люблю банальности, — сказал он просто. — Рассказывайте про себя. В анкете было, что вы загадочная. Это правда?
Я чуть не засмеялась. Ленка, боже мой.
— Загадочная — это громко сказано. Скорее, замкнутая.
— Это почти одно и то же. А ещё вы любите активный отдых.
— Это была ошибка анкеты, — честно сказала я. — Я люблю лежать на диване и смотреть старые фильмы. Активный отдых — это когда я переворачиваюсь на другой бок.
Он засмеялся. Хорошо засмеялся, открыто, без стеснения. Я вдруг подумала, что он симпатичный. Не красавец с обложки, но что-то в нём было правильное. Глаза, наверное. Серые, внимательные.
Официант принёс меню. Мы заказали кофе и круассаны с шоколадом. Он выбрал то же, что и я, и это почему-то показалось мне хорошим знаком.
— Кстати, — сказал он, помешивая кофе. — Я хотел уточнить. Это ведь вы вчера писали про то, что любите готовить?
Я замерла. Что-то тут было не так.
— Я не писала про готовку.
— Как не писали? В анкете было: «Люблю готовить, особенно экспериментировать с итальянской кухней».
— Я не умею готовить итальянскую кухню. Я умею пельмени и омлет. Ленка... — я начала что-то подозревать.
— Подождите. — Он говорил. — А про то, что вы работаете в банке, вы писали?
— Я работаю бухгалтером на складе пиломатериалов. Какой банк?
Он откинулся на спинку стула. Мы посмотрели друг на друга. И тут до меня дошло.
— Вы... вы вообще на какое имя договаривались?
— Ирина. «Ирина, 34, банковский работник, любит итальянскую кухню».
— Я Ирина, 34, бухгалтер, люблю тишину и старые фильмы.
— Так, — сказал он медленно. — За соседним столиком сейчас сидит какая-то другая Ирина и ждёт своего Алексея, который опоздал.
Я обернулась. За соседним столиком действительно сидела женщина лет тридцати пяти, в деловом костюме, с идеальной укладкой, и нервно смотрела на часы. Перед ней стоял нетронутый капучино.
— Это она, — прошептал Алексей. — Банковская.
— А ваш Алексей где? — спросила я. — Который ко мне должен был прийти.
— Какой Алексей?
— Мой. Ну, который мне назначил встречу. Он тоже Алексей.
Мы переглянулись и одновременно посмотрели на часы. 19:15. Оба опаздывали. Вернее, оба перепутали.
— Ситуация, — сказал он. — Два Алексея, две Ирины. Одна любит активный отдых, другая итальянскую кухню. Одна это вы, другая вон она. Я пришёл не к той. Но, кажется, мне повезло.
Я почувствовала, что краснею. Вот так, в тридцать четыре года, сидеть и краснеть как школьница.
— Почему повезло?
— Потому что пельмени и омлет — это честно. Итальянская кухня — это, наверное, тоже честно, но скучно.
В этот момент дверь кафе открылась, и вошёл ещё один мужчина. Среднего роста, в очках, с букетом... бордовых роз. Он растерянно оглядел зал, потом его взгляд пал на банковской Ирине. Он подошёл к ней.
— Ирина?
— Да, — сказала она холодно. — Вы опоздали на пятнадцать минут.
— Пробки. Это вам.
— Я не люблю розы, — сказала Ирина, даже не взглянув на букет.
Мы с Алексеем переглянулись. Мне стало грустно за того парня, но при этом... при этом я вдруг поняла, что у меня на столе стоят ромашки. И от этого стало тепло.
— Знаете что, — сказал Алексей, понизив голос. — Давайте не будем им мешать. И давайте не будем обсуждать итальянскую кухню. Давайте просто... — он замялся, - ...поедим круассаны.
— Давайте.
И мы ели круассаны, и говорили обо всём подряд. Оказалось, он работает инженером, живёт один, любит фантастику и умеет варить настоящий кофе в турке. Я рассказала про склад пиломатериалов, про свою берлогу, про Ленку, которая вечно суёт нос в мою жизнь.
— Хорошая подруга, — сказал он, когда я закончила.
— Бестактная. Но да, хорошая.
— Благодаря ей мы сейчас сидим здесь.
Я задумалась. Действительно. Если бы не Ленка с её анкетой, не дурацкий сайт, не путаница с именами...
— Знаете, — сказала я. — Я вообще не хотела идти.
— Я тоже. Меня сестра заставила. Сказала: «Лёша, хватит киснуть, ты уже год как разведён, пора начинать жить».
— У меня три года.
— Вы выигрываете.
Мы засмеялись. Официант косился на нас одобрительно, как косятся на людей, у которых всё хорошо.
Когда мы вышли из кафе, на улице уже стемнело. Горели фонари, пахло весной, и где-то в соседнем дворе пели соловьи. Или не соловьи, а просто какие-то громкие птицы, но мне хотелось думать, что соловьи.
— Я вас провожу, — сказал он.
— Не надо. Я на машине.
— Тогда я просто пройду с вами до машины.
И мы пошли. Он держал в руках букет, который я чуть не забыла на столике. Ромашки тихо покачивались в такт шагам.
У машины он сказал:
— Ирина. Я не знаю, как это правильно делается после свиданий вслепую, которые пошли не по плану. Но я бы хотел вас ещё увидеть.
— Я тоже, — сказала я. Просто. Честно.
— Тогда давайте не ждать, пока Ленка и моя сестра снова что-то придумают. Давайте в субботу. Просто кофе. Или кино. Или...
— Кофе, — сказала я. — Я люблю кофе.
— Отлично.
Он записал мой номер. Не в телефоне — сначала на салфетке, ручкой, которую попросил у меня. Я смотрела на это и думала: он пишет мой номер на салфетке, как в старом кино. Это было смешно и трогательно.
— Чтобы телефон не разрядился, — объяснил он. — А салфетка не разряжается.
Я ехала домой и глупо улыбалась. В зеркале заднего вида отражались ромашки, которые я положила на соседнее сиденье.
Дома меня ждал звонок Ленки.
— Ну?!!
— Лен, ты не поверишь. Я перепутала столики.
— Что?!
— Там были две Ирины и два Алексея. Я попала не на то свидание. Точнее, на то, но не с тем. Вернее, с тем, но не...
— Стоп. Ты сейчас серьёзно?
— Да.
Ленка помолчала. Потом захохотала так, что у меня в ухе зазвенело.
— Это гениально! Ты пошла на свидание с одним, а познакомилась с другим! Случайно! Это сценарий для комедии!
— Вроде того.
— И как он?
— Хороший, Лен. Очень хороший. Мы в субботу встречаемся. Уже по-настоящему.
— А тот, который должен был прийти?
— Он пришёл к банковской Ирине. Она его разругала за опоздание и розы.
— Розы? Он принёс розы?
— Ага.
— А этот что принёс?
— Ромашки.
Ленка снова помолчала. А потом сказала совсем другим голосом:
— Ирка. Ромашки — это судьба. Запомни.
Я запомнила.
В субботу мы встретились снова. Без ромашек, без салфеток, без путаницы. Просто кофе и разговор. Потом ещё один. Потом ещё.
Через полгода мы подали заявление в загс. Ленка была свидетельницей и плакала всю церемонию. Второй свидетельницей была его сестра. Две женщины, которые заставили нас пойти на эти дурацкие свидания, сидели на первом ряду и вытирали слёзы, переглядываясь с видом заговорщиц, которые провернули удачную операцию.
На свадьбе я подарила Ленке букет ромашек.
— Это тебе, — сказала я. — За то, что превысила лимит символов.
Она засмеялась и обняла меня.
А Алексей, мой Алексей, стоит сейчас на кухне и варит свой знаменитый кофе в турке. И кричит оттуда:
— Ир, ты будешь с корицей или просто?
— С корицей! — кричу я.
И думаю: вот оно, счастье. Просто кофе с корицей. И никаких итальянских кухонь.
--- Конец ---
Вот и всё. Эта история закончилась. Если зацепило — не теряйтесь. Я там же, где и был: в Телеграм и Max. Там ещё много такого.
Хотите поддержать — кнопка ниже. Без неё тоже справлюсь, но с ней быстрее.
☕ Поддержать: Благодарность автору
Спасибо, что прочитали. Дальше — больше.
Подписывайтесь на канал, впереди много милоты
Подписывайтесь на канал, впереди много интересного >> Подписаться!
Еще истории👇