Алёна стояла, в нерешительности сжимая в руках подарочный пакет. За окном уже сгущались сумерки, в гостиной слышались голоса гостей, а где‑то на кухне свекровь напевала старинную песню… Наступал Наурыз, праздник весеннего равноденствия, и семья мужа собралась в полном составе.
«В этот раз должно быть иначе», — мысленно уговаривала себя Алёна, но внутренний голос насмешливо шептал: «Ты уже так говорила. И в прошлый раз. И позапрошлый…»
Алёна была русской, а семья мужа — родом из Средней Азии. Они очень гордились своими корнями, хотя уже много лет жили в Москве: хранили традиции, отмечали национальные праздники, готовили плов по семейным рецептам. Алёна искренне хотела влиться в эту семью, стать своей. Особенно ей было важно понравиться Дине — золовке, будущему дизайнеру, которая обожала национальные вышивки и коллекционировала старинные узоры.
Алене казалось, что в большой семье мужа золовка была своего рода «идеалом вкуса». Если Дина одобряла — значит, ты «свой». Если нет — оставался холодок вежливости, который Алёна остро чувствовала.
Традиционно Алена всегда приходила в гости с подарками.
Они распределялись так: для Дины — особые, тщательно подобранные, с акцентом на национальные мотивы. Для свекрови — что‑то уютное, домашнее, выбранное с уважением и любовью. Для свёкра — солидные, статусные вещи.
Более того, Алёна всегда брала на себя часть угощений, стараясь освоить рецепты среднеазиатской кухни для общего праздничного стола.
И вроде бы все было вполне неплохо, но…
Первая неудача пришлась на Новый год. Алёна потратила неделю, выбирая идеальную сумку с этническим орнаментом: проверяла качество кожи, сравнивала оттенки вышивки, представляла, как Дина обрадуется. В праздничную ночь она вручила подарок золовке.
— С Новым годом, Дина!
Дина развернула упаковку, повертела сумку в руках и вздохнула:
— Ох, Алёна… Ну зачем ты потратила столько денег на эту сумку? Она же такая маленькая. В неё даже планшет не влезет. Спасибо, конечно… Но не стоило.
Улыбка застыла на губах Алёны. Невестка даже не нашлась с ответом. При этом подарки для невестки были всегда хорошими, но Алена была уверена, что Дина не прилагает усилий для их выбора, делегируя все это матери.
Чтобы сгладить впечатление от сумки невестка привезла из следующего отпуска для золовки дорогой подарок. Алёна купила роскошные арабские духи с нотами амбры и восточных специй — она знала, что Дина ценит такие ароматы. Алена упаковала флакон в бархатную коробку, перевязала шёлковой лентой с национальным узором.
— Это тебе от нас с Тимой! — улыбнулась она, протягивая подарок.
Дина улыбнулась, нанесла немного на запястье, принюхалась и скривилась:
— О… Да они тяжёлые. Прям очень. Но всё равно спасибо.
— Жаль… Я думала, тебе подойдёт…
— Аленушка, ну я же говорил, что духи не дарят, надо было взять крем, — поддакнул Тима.
Алена смутилась и покраснела, но муж поняв, что перегнул, тут же сгладил напряжение.
— А вообще, Дина, этим парфюмом все жены шейхов пользуются. Так что привыкай к «тяжелому» люксу.
Дина в ответ рассмеялась и небольшая неловкость исчезла.
Следующим номером был Новогодний подарок для Дины — кашемировая накидка с ручной вышивкой. Алёна потратила полдня, выбирая её в бутике, представляла, как Дина будет носить её прохладными вечерами.
— Я подумала, тебе будет в ней тепло и уютно, — сказала она с надеждой.
Дина накинула её на плечи, посмотрела в зеркало и вздохнула:
— Красивый узор, но этот цвет мне совсем не идёт. И вообще, я такое не ношу… К тому же шов неровный — видно, что мастерица торопилась.
Каждый отказ был огромной неудачей. Алёна старалась, выбирала с душой, представляла, как Дина обрадуется… А в ответ — лишь дежурное «спасибо» и список недостатков.
Зато свекровь и свёкор принимали подарки с искренней радостью.
На тот же Новый год Алёна подарила свекрови красивый сервиз с цветочным узором.
— Какая прелесть, Аленочка! — воскликнула свекровь. — Как раз к моему новому кухонному гарнитуру! Спасибо, милая!
А свёкор, получив в подарок кожаный ежедневник с тиснением в виде восточных орнаментов, тепло обнял Алёну:
— Вот это да! Настоящий мужской подарок. Спасибо, дочка. Буду записывать сюда свои планы.
Их благодарность согревала душу, но разочарование от реакции Дины всё равно оставалось. Семейные праздники отчего-то не радовали, а пугали, ведь от настроения младшей дочери очень сильно зависел климат за праздничным столом, и Алена все чаще ловила себя на мысли, что нужно что-то менять…
Приближался Наурыз. В этот раз Алёна решила подойти к вопросу системно. Она не станет гадать — она спросит напрямую.
— Дина, мы с Тимой едем в Узбекистан и хотим сделать особенный подарок к празднику, да и скоро твой день рождения. Чтобы не получилось, что тебе не подойдёт, лучше сама скажи, чего хочешь, я организую, — настойчиво предложила Алёна по телефону.
— Ой, да ничего не надо! — скромно похлопала ресницами Дина.
— И всё же! — не сдавалась Алёна. — Я хочу, чтобы тебе точно понравилось.
— Ну ладно… Я подумаю, — протянула Дина.
Думала она недолго. Уже вечером Алёна получила от золовки огромный список — такой, что у неё перехватило дыхание. Она открыла сообщение и начала читать вслух:
— Коврик ручной вышивки из Бухары… Чайный сервиз из Риштана… Джинсы от локального бренда… Помада определенной марки и оттенка, которой нет в Москве…
Тима заглянул через плечо и присвистнул:
— Ничего себе запросы! Ты уверена, что хочешь это всё искать?
— Должен же быть способ угодить ей хотя бы раз, — вздохнула Алёна.
Дни отпуска превратились в настоящий марафон. Алёна объездила полгорода, торговалась на базарах, искала мастеров, изучала интернет сайты и форумы.
Она нашла пожилого мастера, который согласился сшить коврик по её описанию.
— Только он будет чуть короче, — предупредил мастер. — 1,4×1,9 метра вместо 1,5×2,0. Но вышивка — настоящая, бухарская!
— Беру! — обрадовалась Алёна.
Сервиз из Риштана отыскался на рынке, но роспись оказалась не «ишкор», а «кук» — голубой вместо бирюзового.
— Зато керамика настоящая, ручная работа! — убеждал продавец.
Сумах и специи Алёна купила на базаре в Фергане, договорившись о свежей партии. Платок «хан‑атлас» нашла в сувенирной лавке в Маргилане, но цвет оказался чуть бледнее. Помаду и джинсы она купила в большом сетевом магазине: это оказалось проще всего. Браслет для свекрови заказала через знакомого в Ташкенте, книгу для свекра— на блошином рынке в Бухаре.
Вернувшись из отпуска перед праздником Алена расположилась на кухне, окружённая коробками и пакетами.
— Всё. Осталось только упаковать.
— Мда… — Тима, глядя на это, покачал головой.
— На этот раз она точно обрадуется. — Алёна улыбнулась.
В день праздника гости собрались за столом.. Все с любопытством наблюдали, как Дина разворачивает подарки. Алёна стояла рядом, сердце билось так сильно, что, казалось, его слышат все.
— Открывай! — улыбнулась Алёна.
Дина аккуратно развернула первую коробку — там лежала помада.
«Ну с этим-то проблем не возникнет», — была уверена Алена, но не тут-то было.
— Я просила помаду в оттенке «Персик»! — тут же воскликнула золовка.
— В переписке написано «Шафран», — уточнила Алёна.
— Да? Значит, я перепутала. «Шафран» — не подходит!
— Хорошо, возьми мою, я себе купила именно «Персик» и ещё не пользовалась. Я тоже люблю этот бренд, — сказала Алёна, вытаскивая из сумки новый тюбик. По счастливой случайности она и правда купила себе такую же помаду — цвет был почти один и тот же, просто назывался по‑разному.
— Правда? Спасибо! — Дине не к чему было придраться, она забрала помаду и выдавила улыбку, но ненадолго.
Дальше пошли придирки:
— Сервиз не той росписи! Ишкор должен быть ярче.
— Коврик слишком короткий!
— Ваза не антикварная, а новодел!
— Браслет серебро не 925‑й пробы!
— Книга потрёпанная, стыдно на полку ставить!
— И вообще! Это не коврик, это подделка! Тебя обманули. Вышивка должна быть такой! — Дина показала фото коврика — скорее всего, сделанного в Китае и продающегося на маркетплейсе.
Свекровь, сидевшая рядом, нахмурилась:
— Дина, дорогая, посмотри, какая тонкая работа! Алёна столько сил потратила чтобы это все найти…
— Мам, ну что ты! Я просто хочу, чтобы было идеально, я же дизайнер! Я разбираюсь во всем. — Отмахнулась Дина.
Алёна почувствовала, как внутри закипает обида. Столько сил, столько часов поисков…
Но вместо того чтобы рассердиться, она вдруг улыбнулась:
— Слушай, и правда! Это подделка! Тима, наверное, перепутал пакеты. Я покупала коврик на рынке, в деревню хотела отвезти, а твой подарок я купила в поездке в другой город. — сделав сосредоточенное лицо, внезапно соврала Алёна.
— И что делать? — растерялась Дина.
— Я привезу тебе твой, а этот заберу на дачу! Не расстраивайся!
— Ладно! — согласилась Дина.
Пока все ели плов, Алёна быстро заказала самый дешёвый коврик на маркетплейсе — тот самый, что показывала Дина. Экспресс‑доставка до дома заняла два часа.
Когда курьер принёс посылку, Дина восторженно ахнула:
— Да! Тут видно руку мастера! А этому коврику место на даче, в бане, — заявила она, указывая на бухарский коврик ручной работы, подаренный Алёной.
Свекровь тихонько вздохнула, бросив на Дину неодобрительный взгляд. Свёкор подмигнул ей, подняв бокал:
— За нашу замечательную Алёну! Спасибо за старания, за то, что так бережно относишься к нашим традициям.
— Ты — чудо, — Тима, стоявший рядом, наклонился к жене.
Алёна улыбнулась, чувствуя, как напряжение последних недель понемногу отпускает. В этот момент она вдруг отчётливо поняла: её место в этой семье уже давно определено — не по милости Дины, а благодаря искренней любви и поддержке остальных.
Тима тоже всё понял и посмеивался в кулак. Он больше никогда не обвинял жену в том, что она не угодила его сестре.
С тех пор все подарки для Дины они заказывали на маркетплейсах — по дешёвке. Всё равно золовка ничего не понимала, только делала вид, что разбирается в дорогих вещах.
А коврик ручной работы Алёна повесила дома на видное место. Все, кто приходил в гости, восхищались работой мастеров. Все, кроме Дины, конечно…