Пока западные аналитики ломают головы над загадкой египетских «Мистралей» и людей в масках на их палубах, «Рособоронэкспорт» подкинул им новую задачку, от которой у стратегов из НАТО, кажется, скоро начнётся профессиональная мигрень. Если помните ещё четырнадцатого апреля из уст представителя компании прозвучало заявление, которое можно было бы счесть рутинным, если бы не его убийственная суть: очередь на Су-57Э растёт, контракты подписываются, а список заказчиков уверенно расширяется. И если ещё пару лет назад на Западе снисходительно улыбались, говоря о «бумажном тигре» и «штучной пропагандистской машине», то теперь им приходится неловко переглядываться. Потому что одно дело, когда единственным заказчиком выступает Алжир — страна, которая давно и прочно сидит на российской игле в плане вооружений, и совсем другое, когда речь заходит о новом, до сих пор не названном клиенте, чей интерес к машине настойчиво отказываются комментировать официальные лица.
Давайте посмотрим на то, что мы уже знаем, и сопоставим с тем, что усиленно замалчивается. Алжир — это факт. Стартовый покупатель, контракт с которым уже подписан. Алжирские ВВС, укомплектованные Су-30МКА и МиГ-29М, давно засматривались на машину пятого поколения, способную на равных разговаривать с израильскими F-35I и американскими «Рапторами», если таковые вдруг окажутся в регионе. Для Алжира это не просто покупка истребителя, а стратегический ход, который перекраивает баланс сил во всей Северной Африке. Но «Рособоронэкспорт» говорит не об одном контракте. Он говорит о «ряде контрактов» и «уверенном расширении списка». И вот тут начинается самое интересное. Потому что на роль второго, а возможно, и третьего заказчика есть несколько претендентов, но только один из них ведёт себя настолько тихо, что его молчание само по себе становится оглушительным доказательством.
В Африке, помимо Алжира, есть страна, чьи военные за последние пять лет совершили головокружительный рывок в освоении новейшей российской техники. Страна, которая получила «Мистрали», быстро обзавелась Ка-52К «Катран», и чьи учения в Красном море вызвали у западных разведок нервный тик и бесконечные споры о том, чьи же лица мелькают на палубах десантных вертолётоносцев. Египет. Да, тот самый Египет, который формально диверсифицирует свои источники вооружений, поддерживая отношения и с США, и с Францией, и с Россией. Именно он с маниакальной скрытностью может вести переговоры о закупке Су-57Э, не афишируя этот факт до последнего, потому что слишком многое поставлено на карту. Для Каира обладание истребителем пятого поколения — это не просто новый самолёт, это заявка на статус ведущей военной державы Ближнего Востока и Африки, способной диктовать условия даже Тель-Авиву.
Косвенных подтверждений тому уже накопилось столько, что игнорировать их становится невозможно. Социальные сети уже не раз взрывались кадрами, на которых в небе над Средиземноморьем мелькают характерные силуэты Су-57, но ни одна официальная структура не спешит подтверждать их принадлежность к ВКС России. Учебно-тренировочные полёты истребителей пятого поколения российского производства, как дипломатично выразились в «Рособоронэкспорте», уже стали реальностью. Но чьи именно пилоты сидят за штурвалами этих машин? На кого они работают? И почему перед самым носом у изумлённой западной коалиции выросла новая, практически готовая к бою группа, оснащённая техникой, которой ещё вчера официально не существовало ни у кого, кроме России?
Ответ, если он прозвучит официально, будет тектоническим сдвигом. Он будет означать, что Россия смогла продать свой флагманский истребитель сразу в несколько стран, одна из которых является крупнейшим получателем американской военной помощи. Это не просто коммерческий успех, это геополитический удар такой силы, что его последствия будут ощущаться от Вашингтона до Эр-Рияда. Пока же Объединённая авиастроительная корпорация спокойно наращивает производство на заводе в Хабаровском крае, модернизирует машины, ставит на поток двухместные версии с расширенными возможностями по управлению беспилотниками, и готовится к тому, что Су-57Э станет не менее узнаваемым африканским брендом, чем автомат Калашникова. И если кто-то до сих пор думает, что русский стелс — это миф, пусть спросит у тех, чьи спутниковые снимки уже фиксируют знакомые силуэты там, где их быть никак не должно. Ответом будет тишина. Потому что громкие заявления — удел неуверенных в себе продавцов. Настоящие сделки заключаются в тени, и их результат мы видим только тогда, когда пилот в незнакомой униформе, но с очень знакомым лицом, выводит машину на взлёт и уходит в сторону горизонта, оставляя западным аналитикам лишь гадать: ну что, кто следующий?