Дивиденды и таможенная стоимость: разбор решения Верховного суда и новые риски для ВЭД

Когда-то я верила, что безупречный договор и рыночная цена надежно защищают бизнес от претензий регулятора. Сейчас я понимаю, что идеальные документы в кабинете таможенного инспектора имеют примерно ту же ценность, что и красивый диплом об окончании кулинарных курсов перед голодным медведем. Как говорил экономист Милтон Фридман, если вы хотите создать дефицит помидоров, просто поручите государству управлять их производством. Если вы хотите сделать легальный бизнес нерентабельным, разрешите государству взимать налоги не с выручки, а с ваших внутренних управленческих решений.

Вспомним начало нулевых и громкую историю с трансфертным ценообразованием в ЮКОСе. Михаил Ходорковский и его команда свято верили, что их схема работы через внутренние офшоры абсолютно законна. Они покупали нефть у своих же добывающих структур по внутренним ценам, а продавали на экспорт по рыночным. Аудиторы из «Большой четверки» штамповали идеальные отчеты. Успех ослепил менеджмент, им казалось, что сложные финансовые конструкции надежнее танковых дивизий. Крах наступил стремительно. В 2003 году налоговая просто перевернула шахматную доску. То, что вчера называлось налоговой оптимизацией, стало называться уклонением. Многомиллиардные доначисления сломали хребет самой дорогой компании страны. Это очень банальная история о том, как уверенность в собственной юридической правоте разбивается о политическую волю регулятора переписать правила игры.

Почему мы продолжаем наступать на эти грабли. Наш мозг физиологически обожает логику и прямые связи. Когнитивное искажение под названием «вера в справедливый мир» заставляет нас думать, что если мы все сделали по закону, то нам ничего не грозит. Наша лимбическая система требует порядка и предсказуемости. Мы видим блестящую работу своих финансовых директоров, смотрим на рыночные котировки и ловим опасную иллюзию безопасности. Нам искренне кажется, что если дивиденды — это распределение прибыли, то они никак не могут быть частью стоимости привезенного три года назад станка.

Посмотрите на дело ООО «Шотт Фармасьютикал Пэккэджинг» (№ А09-1177/2024). Компания-импортер ввозила сырье от взаимосвязанного поставщика-учредителя. Декларант доказывал, что цены рыночные, все прозрачно, и первые две судебные инстанции его поддержали. А потом кассация просто перечеркнула эту логику. В апреле 2026 года Верховный Суд отказался рассматривать жалобу компании. Теперь для доначисления таможенных платежей инспектору не нужно долго и нудно доказывать, что дивиденды — это скрытая оплата за товар. Достаточно самого факта их выплаты иностранному учредителю. Человеческая природа не меняется. Государству нужны деньги, и оно находит самый короткий путь к их изъятию, просто меняя трактовку привычных терминов. То, что вчера было законной выплатой дохода инвестору, сегодня стало базой для взимания ввозной пошлины.

По мотивам этой истории вот к каким выводам я пришла.

Первое. Не существует железобетонных договоров с взаимозависимыми лицами, но есть грамотное финансовое планирование. Если вы платите дивиденды иностранному акционеру, который одновременно является вашим поставщиком, закладывайте таможенные доначисления в себестоимость товара уже сейчас.

Второе. Не существует справедливой оценки вашей сделки, но есть доказательная база, которая может спасти часть денег. Чем сложнее ваш производственный цикл внутри России и чем меньше ввозимое сырье похоже на конечный продукт, тем больше шансов отбиться в суде.

Третье. Не существует презумпции добросовестности импортера, но есть цена вашей беспечности. Надежда на то, что «мы же платим по рынку, нас не тронут», сейчас обходится слишком дорого. Таможня будет бить по самому факту перечисления денег за рубеж.