________________________________________________________________________________________________
ВСЕ ЧАСТИ:
________________________________________________________________________________________________
________________________________________________________________________________________________
________________________________________________________________________________________________
ЧАСТЬ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ. ХОЛОД
________________________________________________________________________________________________
Они вернулись через пять дней.
За это время заметно похолодало, ветер налетал порывами, и земля была укрыта тонким, но уже не тающим снежным пологом. Тёмный Сезон, который в этом году, казалось, и не войдёт в полную силу всё же вступил в свои права. Ханна куталась в мачехину накидку, глядя на селение, казавшееся сейчас неожиданно чужим, почти незнакомым, хотя она знала в нём каждый дом, каждую улочку, закоулок, каждое дерево. Она смотрела на тянущиеся из труб веретёнца дыма — серые, прямые, словно кто-то сверху подцепил все дома в селении и вот-вот готовился вытянуть его из этого мира.
Повозка скрипела на ухабах, Хадзу молчал, глядя вперёд, а Ханна смотрела на приближающиеся крыши Джано и чувствовала, как в груди разрастается тревога, которая появилась ещё тогда, в день отъезда. Она гнала её от себя, как назойливое насекомое, но она возвращалась леденеющими пальцами и сбивающимся дыханием.
Они въехали во двор.
Первое, что увидела Ханна — Мору Ан на крыльце. Та стояла, сложив руки на груди, и лицо её было бледным, измученным — как у человека, который не спал несколько ночей. Её глаза — жёлтые, но не яркие, как обычно, а будто выцветшие, немигающие — смотрели не на них, а куда-то поверх голов, в пустоту.
— Где Чанна? — спросила Ханна, спрыгивая с повозки, не дожидаясь, пока отец остановит коня.
Мора Ан не ответила. Только покачала головой — медленно, с трудом, словно кто-то невидимый крепко сжал её виски.
— Отвечай! — голос Ханны сорвался, и она замерла, будто во сне, не в силах сделать шаг. Тревога вырвалась откуда-то из глубины разума и обрушилась на неё паникой, от которой темнело в глазах.
— Утром, когда вы уехали, — наконец начала Мора Ан. Голос её был тихим, ровным, без единой ноты фальши. — Она ушла, как обычно, на ферму. Не вернулась.
Хадзу слез с повозки, подошёл к крыльцу. Он не понял ещё. Или не хотел понимать. Посмотрел на Мору Ан, потом на Ханну, потом опять на жену — и молчал.
— Мы искали, — сказала Мора Ан. — Обошли всё селение. Таркаса и Хуга я отправила в лес. Кару прошёл по дороге на ферму и обратно. Как она ходила.
Она замолчала. Опустила глаза.
— А потом... На обратном пути он нашёл корзину. На обрыве. Над рекой. Там, где...
________________________________________________________________________________________________
Ханна не помнила, как оказалась у реки. Ноги сами несли её по знакомой тропе — той, по которой Чанна ходила несколько раз в декаду. Трава была засыпана снегом, размывая край обрыва. Она не дослушала слова Моры Ан, она и так знала. Это было единственное место где сестра могла подойти к обрыву настолько близко, чтобы... Чтобы что?
Ханна опустилась на колени. Упёрлась руками в край обрыва, посмотрела вниз, на бурный, пенный поток.
— Она не могла упасть, — прошептала Ханна. — Она знала эту тропу с детства.
Рука скользнула по мокрому камню и она отпрянула назад, успев оттолкнуться второй рукой. Села прямо на снег не чувствуя холода, обхватила голову и стала молча раскачиваться вперёд и назад. Она смотрела прямо перед собой и не видела ничего, не слышала ничего, не чувствовала, как пошёл снег, который через несколько минут превратился в метель. Она не заметила, как пришёл отец, поднял её на руки и отнёс домой.
________________________________________________________________________________________________
— Трава мокрая была, — сказала Мора Ан. Она сидела за столом, на её лице плясали отблески огня из очага, делая черты резче, а морщины глубже. — Туман с гор спустился, было скользко. Может, она... подошла слишком близко... Я не знаю...
Хадзу сидел напротив, положив руки на столешницу — тяжёлые, грубые и совсем беспомощные сейчас. Он смотрел в одну точку на стене, где когда-то, в другой жизни, висел портрет Фрейны.
Когда он принёс Ханну, Мора Ан послала Таркаса за лекарем, тот пришёл, осмотрел её, заглянул в глаза, послушал дыхание. «Ничего, — сказал он. — Отойдёт. Молодой организм. Здоровый разум. Справится». Он дал Море Ан успокаивающий и сонный настои, сказал, как давать Ханне, и ушёл, сочувственно качая головой. Они дали Ханне снадобье, уложили в постель и она уснула, дыша тяжело, но ровно.
— Надо найти тело, — сказал он вдруг. — Надо знать...
Мора Ан опустила глаза. Помедлила с ответом ровно настолько, чтобы создать паузу, в которой умещается горе, но не умещается ложь.
— Река быстрая, Хадзу. Камни острые. Если она упала... вода унесла её далеко. За ущелье. В Концентрические Озёра. А там... сам знаешь... там омуты. Глубина. Ил.
— Ты хочешь сказать, что мы не найдём её.
— Я хочу сказать, что мы должны быть готовы к этому. Люди прошли вниз по течению до самых Озёр. Ничего не нашли...
Хадзу поднял голову. Посмотрел на жену долгим, тяжёлым взглядом. В его глазах, мутных от горя, мелькнуло что-то, чего Мора Ан не видела давно. Не подозрение — нет, до подозрений он ещё не дошёл. Вопрос.
— Вы ругались? — спросил он. — Когда нас не было.
Мора Ан замерла на миг. Только на миг. Потом медленно выдохнула, и её лицо приняло выражение усталой, измученной женщины, которую мучает совесть.
— Нет, — сказала она. — Ты знаешь. Она не любила меня. Но я... Мы никогда не ругались. Ты знаешь.
— Знаю, — сказал Хадзу, и в его голосе не было уверенности. Было что-то другое. Желание верить. Потребность верить. Потому что если не верить — остаётся только пустота, а пустоту он уже знал. Она была его спутницей задолго до того, как Мора Ан переступила порог.
Он встал. Подошёл к бутыли с самогоном, стоявшей в углу. Налил полстакана, выпил не закусывая. Не поморщился.
— Хадзу, — сказала Мора Ан тихо. — Не надо.
— Не надо? — спросил он, не оборачиваясь. — Чего ради? Я... не верю, что это происходит... Может, это просто морок, сон... Может, я проснусь утром, и ничего этого не будет...
Мора Ан встала. Подошла к нему сзади, положила руки на плечи — горячие, цепкие пальцы. Он не отстранился, но и не двинулся навстречу ей. Стоял, как дерево, в которое ударила молния: снаружи ещё держится, а внутри уже всё выжжено.
— Мы справимся, — сказала она. — Я помогу тебе. Мы поможем друг другу.
— Ты не знаешь, — ответил Хадзу. — Ты не знаешь, что это такое — потерять дитя. У тебя сыновья. Они здоровы. Они рядом. Я и сам даже не знаю ещё... Но чувствую, как оно уже горит во мне...
Мора Ан промолчала. Но пальцы её на миг сжались — сильнее, чем следовало, — и тут же ослабли.
— Я знаю, не так, но знаю, — сказала она после паузы. — Я не спала почти все эти ночи, хотела только, чтобы дверь открылась... и она вошла...
Хадзу не ответил. Налил ещё. Выпил.
В комнате стало тихо. Только угли потрескивали в очаге да гудел в трубе ветер.
— Я пойду в мастерскую, — сказал наконец Хадзу. — Мне нужно...
Он не договорил. Не знал, что ему нужно. Может быть — забыться. Может быть — умереть. Может быть — просто лечь и не вставать.
Он взял бутыль и вышел. Шаги его тяжело застучали по коридору, потом скрипнула дверь, потом закрылась, и всё стихло.
Мора Ан осталась одна.
Она стояла посреди комнаты, глядя на огонь. Жёлтые глаза её горели — ровно, холодно. В груди не было ничего. Ни радости, ни облегчения, ни страха. Только усталость. Тяжёлая, глубокая, как дно озера, куда река унесла тело Чанны.
— Нужно? — прошептала она, повторяя его слова. — Тебе нужно? А ты знаешь, что тебе нужно?
Она усмехнулась — горько, одними уголками губ.
— Никто никогда не знает. Но всё равно делают вид.
Она подбросила в очаг полено, ещё одно и ещё. Зелёные искры взвились вверх и унеслись в трубу.
_______________________________________________________________________________________________
________________________________________________________________________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
________________________________________________________________________________________________