Среди несчастных одиноких детей, которые стали разменной монетой в политическом хаосе и смуте, оставленных после себя Генрихом VIII, нельзя не вспомнить и про бедную Марию Стюарт. Собственно, о ней и так постоянно вспоминают, когда рассказывают о Елизавете I – буквально по булгаковскому «Помянут меня, вспомнят и тебя». Мария Стюарт – трагическая и не самая льстящая образу «королевы-девственницы» фигура, жертва сурового политического тупика и религиозных распрей, в которые погрузил Англию, Шотландию и Францию эгоистичный, недальновидный и импульсивный отец ее кузины.
Мне очень нравится Саманта Мортон, исполнившая роль Марии Стюарт в фильме «Золотой век», мне кажется, она отлично передает чувства и переживания шотландской королевы в последние годы заключения и перед казнью. Правда, ее критиковали за сильный шотландский акцент, который для человека, выросшего во Франции, был неестественным. В мини-сериале «Королева-девственница», где Марии в исполнении Шарлотты Виннер уделяется совсем немного экранного времени и даже без реплик, ее письма Елизавете озвучены с выраженным французским акцентом, как и должно быть.
К слову, именно в этом мини-сериале сценаристы для описания коллизии с Елизаветой, Марией и сфабрикованным заговором обратились именно к знаменитому роману Стефана Цвейга «Мария Стюарт», взяв оттуда и историческую сюжетную линию, и эмоциональное состояние Елизаветы вокруг этой истории, и художественные визуальные приемы, включая описание казни шотландской королевы.
Как снятый по мотивам романа Цвейга, позиционируется и франко-швейцарский фильм 2013 года «Мария – королева Шотландии» режиссера Томаса Имбаха. На мой взгляд, он немного недооценен и имеет незаслуженно низкие рейтинги. Произошло это, очевидно, от некого диссонанса содержания и формы, довольно непривычного массовому зрителю сочетания исторической костюмной драмы и нелинейного, сбивчивого, артхаусно-экспрессивного повествования. Поэтому фильм, для полноты восприятия, требует, во-первых, хорошего знакомства зрителей с основными вехами жизни Марии, а во-вторых, общей насмотренности нестандартных авторских фильмов.
«Мария – королева Шотландии» охватывает всю историю женщины, имевшей по рождению так много прав, но нигде так и не обретшей ни настоящего дома, ни настоящего царства. То есть, с рождения и отправки в пятилетнем возрасте во Францию до возвращения в Шотландию, рождения будущего Якова VI (Якова I Стюарта), заточения в мрачных замках и казни в Фотерингее.
Здесь нет эпичных и масштабных битв и захватывающих поворотов сюжета, как в эпических экранных полотнах. Нет и подробных описаний политических хитросплетений и интриг, как у Цвейга. Все эти этапы и важные события в жизни королевы, включая свадьбы, влюбленности, заговоры и смерти, нам показывают как бы «из головы» ее самой. В довольно рваных, хаотичных, часто задумчиво-медитативных воспоминаниях или вспышках-впечатлениях, в звучащих за кадром ее письмах Елизавете, с которой она так и не встретилась и которую так по-настоящему не узнала.
Мария словно постоянно пытается понять, о чем же ее жизнь была изначально, в чем ее главный смысл и предназначение, за что с ней так странно и причудливо обошлась судьба, и могла ли она хоть что-то сделать по-другому? Если она королева, почему ей нигде так и не пришлось толком поцарствовать? Если она просто женщина, почему ей нельзя любить, растить самой своего сына и выбирать жизнь, которая ей нравится?
К француженке Камиль Рутерфорд, исполнившей главную роль, разумеется, претензий из-за акцента быть не могло, но критиковали ее общую «блеклость» и вялость, нехарактерную для довольно энергичной и страстной Марии. Но если учесть, что и сама главная героиня на экране – это не столько настоящая королева Шотландии, сколько ее же воспоминание о самой себе, все встает на свои места. Именно такой, вероятно, видит себя, свои былые устремления и страсти взрослая и сильно уставшая от многолетнего и заточения и одиночества женщина.
Хорошо знакомый нам Анайрин Барнард, исполнивший роль непутевого красавца лорда Дарнли, второго мужа королевы и отца того самого Якова I, заметно выделяется на фоне других мужских персонажей. Очень сразу понятно, чем Дарнли ее при встрече покорил и почему романтичная, выросшая при галантном французском дворе девушка ему поверила. Все, что происходит с Марией и ее мужем дальше – пусть и несколько приглаженный, но вполне исторически и психологически достоверный результат ее романтического ослепления и женской наивности.
Легко поверить, что именно личная история Марии, легко жертвующей властью ради чувств к мужчине, в свое время окончательно отвратила ее кузину Елизавету от вступления в брак. Женское счастье и королевская власть несовместимы, и мало того – королевская власть, на самом деле, требует и многих других серьезных личных жертв. Это не просто статус, доставшийся тебе при рождении – это порой невероятно мучительный и долгий путь, с самого начала обреченный на одиночество.
Умение разбираться в людях, выбирать себе союзников, создавать альянсы – особое королевское искусство, которому, скажем прямо, Марию никто не учил. Да и не стремился – уж слишком всем окружающим удобно было использовать ее статус в своих целях. Разменная монета в чужих играх, инструмент для бесконечного удовлетворения чужих амбиций, предлог для заговоров и интриг, Мария Стюарт, кажется, словно бы никогда и не была, не чувствовала себя самой собой. И ее жизнь, и смерть так и остались в истории странным эпизодом – туманным воспоминанием о том, что так никогда и не произошло.