Нашла для вас, дорогие читатели, историю из реальной жизни, больше напоминающую психологический триллер. Она повествует о девушке, любимой дочери уважаемого человека, чью жизнь ее собственная любящая семья превратила в пылающий котел преисподней. Причем, с их точки зрения, они желали ей только добра. Как говорится, благими намерениями… Но обо всем по порядку.
Дочь архитектора
Эдит родилась в 1971 году в обеспеченной семье: её отец, Генри Джонс Ланчестер, был уважаемым лондонским архитектором. Семья дала ей прекрасное образование но, судя по всему, родители не вполне отдавали себе отчет в атмосфере, царящей в среде образованной молодежи.
Девушка окончила Биркбекский институт и колледж Марии Грей, сначала работала учительницей, потом – секретарём, причем не у кого-нибудь, а у Элеоноры Маркс, дочери Карла Маркса и одной из самых известных социалисток Англии.
В свободное время Эдит ходила на митинги Социал-демократической федерации, поддерживала суфражисток и в целом придерживалась взглядов, которые тогдашнее общество деликатно называло «чрезмерно передовыми».
Когда пришла любовь
На одном из собраний федерации в Баттерси она познакомилась с Джеймсом Салливаном – ирландским фабричным рабочим, таким же убеждённым социалистом, как и она сама. Они быстро нашли общий язык и сблизились.
При этом, Эдит даже не помышляла о замужестве: брак в её глазах был юридическим механизмом, превращавшим женщину в собственность мужа. Брачная клятва о «повиновении» особенно её возмущала. Поэтому они с Джеймсом решили просто жить вместе – как мы бы сейчас сказали, гражданским браком, хотя тогда это называлось иначе и куда менее нейтрально.
Эдит написала своей семье письмо с объяснениями. Реакция была предсказуемой: ужас, скандал, требования одуматься. Отец предложил крупное приданое, если она найдёт себе нормального мужа. Но, как мы понимаем, Эдит отказалась. Начало совместной жизни молодых было назначено на 26 октября 1895 года.
Профессиональный доктор
Вечером 25-го, накануне переезда Эдит к любимому, к ней явились ее отец, три брата и доктор Джордж Филдинг Бландфорд – специалист по психическим расстройствам, которого отец нанял заблаговременно. Эскулап же, в свою очередь, заблаговременно оформил документы о госпитализации: потому что профессионал он или кто.
Доктор провёл с девушкой короткую беседу. Главным вопросом был один: согласна ли она выйти замуж за Салливана? Эдит ответила без колебаний:
«Я принципиально против того, чтобы становиться чьей-либо собственностью».
И этого оказалось достаточно, чтобы Бландфорд объявил её душевнобольной. А теперь самое прекрасное: официальной причиной помешательства, вписанной в документы стало «чрезмерное образование». И было это не так давно: напомню, что на двое стоял самый конец 19 века.
Когда братья попытались вывести её из комнаты, Эдит начала сопротивляться и кричать. Тогда отец надел на неё наручники. Хозяйка пансиона, активистка Мэри Грей, бросилась на помощь и… получила меткий хук в челюсть от одного из братьев. Настоящее викторианское воспитание в действии, видимо.
Эдит потащили к карете, которая должна была доставить ее в психиатрическую лечебницу Приори в Роухэмптоне, на окраине Лондона.
Позже Бландфорд высказался публично и обосновал свою логику:
«Если бы она сказала, что намерена покончить с собой – я бы подписал свидетельство о сумасшествии без вопросов. Я счёл возможным сделать то же самое, когда она выразила намерение совершить самоубийство социальное».
Ну вы поняли: желание жить с мужчиной без брака – опасное заболевание.
«Красный флаг»
Скандал вспыхнул мгновенно. Газеты по всей Британии – а следом и в Америке – напечатали репортажи о «похищении мисс Ланчестер».
«Мы редко слышали о чём-либо более чудовищном», – писало одно из крупнейших национальных изданий.
Депутат парламента Джон Бёрнс, представлявший Баттерси, лично вмешался в дело. «Нью-Йорк Таймс» сообщала, что история «приковала к себе внимание трёх королевств» и что «ни одна газета за прошедшую неделю не напечатала меньше десяти колонок на эту захватывающую тему».
Эдит мало об этом знала, так как была заперта в четырех стенах, а газет ей, понятное дело, не приносили. Но она продолжала настаивать на своем.
Вечером 27 октября под зарешёченным окном лечебницы появился Джеймс Салливан с группой товарищей. Они пели «Красный флаг» – официальный гимн Социал-демократической федерации.
Что происходило внутри скорбного заведения в это время, Эдит рассказала позже: это были четыре дня физического, психологического и се**льного насилия.
Согласно Закону о сумасшествии 1890 года, без дополнительного свидетельства её могли держать в клинике не дольше недели. 28 октября явились двое комиссаров, побеседовали с Эдит и признали её психически здоровой, хотя и сочли её взгляды «глупыми» – что, по меркам той эпохи, было почти комплиментом. Эдит освободили на 4-й день заключения.
Семейная драма
Отец не сдался сразу. Он попытался добиться повторной госпитализации через комиссию, но, слава всем бюрократическим богам викторианской Англии, получил отказ. После этого Генри Ланчестер перестал общаться с дочерью. Они больше ни разу не увиделись.
Братья Эдит и доктор Бландфорд не понесли никакого наказания. Хозяйка пансиона Мэри Грей попыталась подать на одного из братьев в суд за нападение, но дело заглохло. Социалисты пробовали привлечь семью к ответственности за похищение – тоже безрезультатно.
Эдит вернулась к Джеймсу.
Невеста Франкенштейна
Они прожили вместе до смерти Джеймса в 1945 году – пятьдесят лет, без штампа в паспорте, в условиях социальной изоляции со стороны семьи и части общества. У них родилось двое детей: сын Уолдо и дочь Эльза.
Эльза Ланчестер стала голливудской актрисой. В 1935 году она сыграла главную роль в фильме «Невеста Франкенштейна» – и этот образ, с белой прядью в волосах и остановившимся взглядом, вошёл в историю кино.
Эдит Ланчестер умерла в 1966 году. Ей было 94 года.
Доктор Бландфорд, подписавший свидетельство о её «сумасшествии», прожил чуть меньше – и, насколько известно, своего диагноза так и не пересмотрел.