В кофейне «Амброзия» сидел Платон Пантелеймонович Похотливый, чей облик выражал такую нестерпимую эрудицию, что даже мухи на потолке старались жужжать в ямбе. Его ноги в панталонах цвета «смущения юной весталки» были скрещены с таким изяществом, будто он боялся расплескать свою внутреннюю культуру.
На столе томился нечитаный фолиант, а в глазах Платона Пантелеймоновича застыла вся скорбь мира по поводу отсутствия латыни в меню. Он мнил себя последней подпоркой цивилизации, горько сетуя на то, что современные облака плывут совершенно хаотично, явно не читавши Буало-Депрео и не имея ни малейшего представления о композиционной стройности.
«Мир есть текст, – благостно думал он, поправляя пенсне. – И текст этот требует искусного переложения. Мы живем в эпоху бесконечного парафраза».
Тут Платон Пантелеймонович замер, пораженный собственной глубиной. Слово «парафраза» приятно щекотало нёбо. Он представил, как читает об этом лекцию в огромной аудитории.
«Господа, – шептал он про себя, – парафраза – это ведь не просто пересказ. Это передача смысла другими словами, сохранение сути при полной смене декораций. Когда мы заменяем прямое наименование описательным оборотом, мы создаем новую реальность. Сказать "царь зверей" вместо "лев" – это ли не триумф человеческого духа над грубой материей?»
В этот момент за соседним столиком пухлая дама в шляпке-пирожке, потянувшись за эклером, случайно задела локтем сахарницу. Белый песок посыпался на скатерть, а дама ойкнула:
– Ах, какая досада, рассыпала сладость!
Платон Пантелеймонович вздрогнул. В его голове провернулись ржавые шестеренки.
– Сладость, мадам? – произнес он вслух, и голос его из бархатного баритона вдруг стал напоминать скрип несмазанной тачки. – Вы изволили использовать парафразу. Назвали сахар – сладостью. Весьма, весьма... символично. Ведь что такое парафраза в руках мастера? Это способ вуалировать низменное.
Он подался вперед, и пенсне его подозрительно блеснуло.
– Вот вы, мадам, рассыпали сахар. Белый, кристаллический... А ведь это парафраза чистоты. Но мы-то знаем, что под этой белизной! Вы же, когда говорите о «приятном досуге», наверняка подразумеваете не чтение псалмов. Парафраза – это когда вместо того, чтобы прямо сказать: «У этой бабищи филейная часть как у ломовой кобылы», говорят: «Она обладает формами, достойными кисти Рубенса».
Дама поперхнулась эклером. Платон Пантелеймонович уже не смотрел на лепнину. Его взгляд спустился к ее щиколоткам, а тон потерял всякую литературность.
– Понимаете, к чему я клоню? – просипел он, облизывая пересохшие губы. – Вся наша жизнь – это один большой грязный парафраз. Погода сегодня «влажная»? Так это же прямой намек, черт возьми! Когда по радио говорят про «атмосферные осадки», я-то слышу, как природа потеет от похоти. А эти ваши «дамские угодники»? Тьфу! Скажите прямо: кобели, ищущие, где бы пристроиться к юбке.
Он стукнул кулаком по столу, заставив чашки звякнуть.
– Вот взять мировую политику. «Разрядка международной напряженности» – ну не смешите мои семейники! Это же чистой воды парафраза того, что происходит в дешевых номерах за вокзалом после третьей стопки. Когда один зажимает другого в углу и требует... уступок. Взаимных, так сказать, проникновений интересов в глубокие тылы противника.
Платон Пантелеймонович окончательно сполз со стула, тяжело дыша.
– И вы, мадам, в вашей шляпке... Вы – парафраза искушения. Под этими кружевами – мясо, обычное потное мясо, которое хочет, чтоб его помяли в темном углу. Хватит уже этих «возвышенных чувств» и «платонических симпатий». Это все слова, чтоб прикрыть зуд в чреслах! Парафраза – это фиговый листок. А я хочу сорвать его и увидеть...
Дама, не дослушав о том, что именно хотел увидеть Платон Пантелеймонович, подхватила ридикюль и с невероятной для ее комплекции скоростью вылетела из кофейни.
Похотливый остался сидеть, тяжело сопя и глядя на рассыпанный сахар.
– Ушла, – пробормотал он, возвращая пенсне на переносицу. – Не вынесла интеллектуального накала. Обычная парафраза бегства. А на деле – просто дура, испугалась настоящего ценителя словесности.
Бонус: картинки с девушками
Подписывайтесь, уважаемые читатели. На нашем канале на Дзене вас ждут новые главы о приключениях эксцентричного Платона Похотливого.