Был такой хороший парень, Димка. Сидим как-то с ним на островах, противник насыпает, а он кричит мне "Нафига это нужно?!". "Что нужно?" кричу я в ответ, не понимая. "Ну вот это вот всё, торчать на островах по пояс в воде и ловить прилёты?" отвечает он.
А я не знал, что ответить. Честно, не знал. Есть БЗ, боевая задача, нас сюда на катере доставили уже после рассвета (рассвет мы обречённо встретили на воде, мотор заглох на подходе, Прапор матерился и возился с движком и, о чудо, запустил его), выгрузились в камышах, перетащили мы быстренько боеприпасы, провизию и всякий нужный скарб на сухое место, а в катер стали грузить тех, кого мы приехали менять, трехсотых и двухсотых, то есть раненых и убитых. Прапор орёт "Быстрее, быстрее! Сейчас крыть начнут!".
Катер уже срисовали с воздуха, там в небе постоянно чужие глаза (и наши тоже) висят и хищники кружат, как стервятники-падальщики. Отчалил катер, а мы остались. Странно, что по нам не ударили тогда, хотя могли, и шустрый катер тоже ушёл без потерь. Не ударили, хотя у них и арта дотягивается и миномёты и танчики и с воздуха что только не падает вниз. Или обленились, или их птичник-наблюдатель не смог связаться с артой, или подзабили, зная, что никуда нам с этого полузатопленного острова не деться. И мы, навьючились и пошли на точку, то есть на пост.
Нас прислали туда на неделю в тот раз (та неделя растянулась на полтора месяца), оборонять остров от вражеских ДРГ. Они тоже на катерах и надувных лодках пытались на эти острова зачем-то пробиться. Я уже потом осознал, что это какая-то вселенская глупость — защищать или атаковать острова, которые ничего не значат в стратегическом плане (хотя любой полководец вам важно скажет, про стратегическое назначение, перспективы и прочее бла-бла-бла). Полководца бы туда забросить на недельку в чулках от ОЗК, а то по карте с умным видом указкой водить они все мастаки.
Вообще, заметил, что при слове острова или лодка, знающие вздрагивают и меняются в лице. Потому что до островов нужно еще доплыть... На острове можно хоть деревом попытаться прикинуться, а на воде ты беззащитен, рыбой не притворишься. Ну а если доплыл — впереди то ещё дерби.
Моё дилетантское мнение — как плацдарм для накапливания живой силы и преодоления водной преграды броском вперёд эти острова не годятся — сверху всё видно, днём и ночью, зелёнка чахлая, не спасает, скрытно не накопиться даже по серому, это будет просто избиение живой силы. Как логистическая база тоже не пригодны эти острова — опять же, сверху любое движение заметно, а в одеялах-"невидимках" можно только неподвижно находиться в лёжке.
Работать с островов по тому берегу можно (как и им по нашему берегу тоже), но недолго, прилетает ответка, и кто не спрятался, тот либо устал до отупения либо новичок, а прятаться там и негде особо. Зачем тогда всё это? Разве что диверсантам временно перекантоваться, но это не база отдыха. Но командованию виднее.
Хотя я уже тогда понимал, что задавать такие вопросы отцам-командирам бессмысленно. Они и сами не знают ответа. Даже если генерала спросить, но генерала на передке я вообще никогда не встречал (мы даже не знали, кто командует нашей дивизией). Нет, они, конечно, что-то скажут, и это покажется верным и правильным ответом, но если начать пользоваться логикой, то всё упирается в тупик. Им приказали свыше, они приказали нам, а нам, кроме лягушек, и приказывать некому, да и те не слушаются.
Логика тут не работает. Она работает на низовом уровне, когда нужно спастись, и руки и ноги сами всё логично делают, чтобы выжить (голова при этом редко работает). Но если копнуть глубже... Попытаться разобраться в том, в чем и командование твоё не может разобраться... это дохлый номер.
Смысл для простого солдата — выжить на БЗ, не важно как, и вернуться. А если удастся при этом ещё накат отбить или вражескую группу диверсантов на островах перестрелять — то, если посчастливится — могут представить к госке (но вряд ли вручат, скорее, какой-нибудь штабной писарчук её получит). В общем, тухлое это дело — острова. Но есть такая профессия — Родину защищать и всё такое. Есть приказ — изволь выполнять, раз ты по зову сердца прибыл или денег захотел заработать или по Указу забрали.
Этот остров был маленьким и похожим на болото в зарослях камыша, кустов, деревьев, с редкими пригорками. Есть и другие, большие, прореженные протоками, но нам в тот раз выпала эта точка. Находились мы в лёжках, выкопанных ямках, сантиметров 40-50 в глубину, устланных целлофаном, глубже нельзя, предательски сочится вода, а лежать в воде — ну такое себе, хуже даже, чем стоять в воде.
Сами понимаете, даже без воды это жалкое укрытие тоже так себе. Если замаскироваться — а маскировались мы как лесные боги, если накрыться специальным одеялом — больше лично от тебя ничего уже не зависит, впереди твой сектор обстрела, а позади... тип Москва, а точнее болотина, камыши, чахлые деревца и снова вода, вода, дельта.
Катера и лодки курсировали до островов редко и доплывали не всегда. Выжить в тот раз на том острове удалось не всем. И эвакуироваться удалось не всем, так получилось. Хорошо помню первую потерю — одно прямое попадание и от Лешего остались одни окровавленные тряпочки. Ему просто не повезло, Лешему. Он зачем-то вскочил и побежал, наверное психика не выдержала. Это было на третью неделю.
Это была первая потеря, но всем остальным удивительно везло. Колыма тогда сказал, что нас охраняет ангел-хранитель. А вот Лешего ангел сохранить не смог, потому что Леший потерял самообладание. А этого делать нельзя ни в кем случае. Низзя, как говорил Тунгус. А Ребба говорил, уже по другому случаю: если совсем прям нельзя, то немножечко таки можно.
Но три недели везения — это уже слишком. Ангел тоже устаёт. На четвёртую неделю за нас взялись основательно. Сначала остров забросали зажигалками — все наши замаскированные в траве лёжки сгорели. Удивительное дело, наблюдать, как горят деревья в воде. Фантастическое зрелище — огненный дождь, никогда такого не видел раньше. Да там всё фантастическое, если взглянуть со стороны. Но мы всегда были внутри ситуации, и со стороны на неё не глядели. С стороны мы могли смотреть только на другие горящие острова — их тоже иногда поджигали.
Чего только не было за эти дни, потом остров конкретно перепахали снарядами, затем минами, потом я не помню (я предпочёл забыть тот отрезок), и остались мы робинзонить одни с Димкой. Ели грибы с деревьев (они, о чудо, оказались не ядовитыми) и даже ползали ловить рыбу по серому (на червя, этих было навалом в земле). Продукты к тому времени закончились, а часть их сгорела ещё тогда, во время огненного дождя. Связи не было.
Я часто смотрел на него и думал, ну какой он солдат, худой, вихрастый, похожий на подростка, а когда улыбается — и вовсе на ребенка похож. Лицо веснушчатое, конопатое, улыбка на пол-лица. Солдат — это румяный парень с плаката, грудь колесом и застёгнутый на все блестящие пуговицы, а мы в своих лохмотьях были похожи на кого угодно, но только не на солдат. Быть может, на двух чумазых исхудавших Рэмбо, застрявших во вьетнамских джунглях. И нам ещё очень повезло, что мы не встретили ДРГ противника.
Ну вот таким он был, Димка, как подросток, но при этом был бойцом, честным, порядочным и никогда не подводил. И улыбался всегда, чаще непроизвольно, хотя казалось бы, чему тут улыбаться, плакать надо, а он думает о чем-то своём и лыбится.
Лодка за нами пришла совершенно внезапно, мы уже и ждать её перестали. Большая такая лодка, вместительная (а катер утопили, как потом выяснилось). Прапор орёт "Быстрее, быстрее!", смена выгрузилась, мы загрузились. Но в этот раз своих двухсотых мы грузить не стали, не успели, начался обстрел.
Прапор выводил лодку в дельту, когда по рации запросили помощь смежники. Их лодку едва не опрокинуло взрывом, когда они плыли на свой остров, но всех контузило и ранило. Прапор выматерился, но взял курс на тонущую лодку смежников, хотя там есть правило — при опасности спасайся сам. Но Прапор был человеком. Нашли мы её, ту лодку, перевалили к себе на борт всех этих раненых, благо лодка в этот раз у нас была вместительная, а вокруг султаны вспучиваются на воде - противник кроет. Я не знаю, как мы доплыли, честно. Я закрыл глаза и заткнул уши, а голову склонил к коленям. Но мы доплыли.
А Димка был... Хорошим он был солдатом. Впрочем, чего это я о Димке всё время прошедшем времени. Он и сейчас такой, только живет далеко, в Красноярском крае. Уже не солдат, отвоевался. В гости зовёт, а мне всё недосуг выбраться.
2026г. Андрей Творогов
От редакции. Желающие поддержать нашего автора военных рассказов могут это сделать, отправив какую-нибудь символическую сумму для А.Творогова на карту редактора ( Сбер 2202 2032 5656 8074 редактор Александр К.), или перевести донат через кнопку Дзена "Поддержать". Автор очень ценит Ваше отношение и участие и всегда выражает искреннюю благодарность. Вся помощь от читателей передается автору, за май она будет фиксироваться тут, вместе с вашими пожеланиями.
Рассказы А.Творогова публикуются только на нашем канале, прочитать их можно в этой подборке.