Присаживайтесь поудобнее, налейте чаю покрепче, а лучше, чего покрепче чаю. Сейчас я перескажу вам Чеховскую "Попрыгунью" так, что вы либо захотите жениться на врачах, либо запрёте всех художников на хрен в Третьяковку. Возможно, что после этого вы уже не захотите читать оригинал. Или наоборот, откроете его немедленно, чтоб посмотреть не наврал ли я где.
Внимание! Данный пересказ содержит чёрный юмор, сарказм, намёки на интеллигенцию, неподобающее отношение к медикам и откровенные издёвки над людьми искусства. Беременным и впечатлительным читать лёжа.
Часть I: Два сапога - пара, или Как выйти замуж за скучного человека (искусство, блин)
Итак, знакомьтесь: Ольга Ивановна Дымова. Не запоминайте её фамилию, она всё равно поменяет её, как только найдёт кого-то с деньгами. Это женщина, чей внутренний датчик "гениальности" сломался к херам на этапе заводской сборки. Она - как шведский стол: вроде и всего понемножку, а сыт не будешь. Поёт - так себе, как кот, которому наступили на хвост, но окружающие, боясь прослыть быдлом, говорят: "О, талант!". Рисует - вроде мазня, но все вокруг шепчут "стиль". Лепит - непонятно то ли сфинкса, то ли таксу, но это "экспрессионизм, дурак!". Короче, классическая дамочка из 19-го века, которая обожает "высокое" и смертельно боится быть как все. Если бы она жила в наши дни, у неё был бы инстаграм с фильтрами и цитатами Ницше под фото с завтраком.
И есть у неё муж, Осип Степаныч Дымов. Друзья, а вот тут стоит это имя запомнить, потому что этот мужик - единственный адекватный персонаж, за что его весь рассказ и будут иметь ввиду. Дымов - врач. Но не пластический хирург, который, который лепит силиконовые сиськи на миллион, а простой, типичный врач-трудоголик. Он не гениален, он просто очень хорошо работает. Он лечит людей днём, режет лягушек ночью, переводит с немецкого медицинские книжки и выглядит как типичный "ботан": некрасивый, мешковатый, с кривой улыбкой. Для Ольги он как скучная овсянка на завтрак: полезно, сытно, но так тосклиииииво.
Ольга вышла за него замуж, потому что он пашет как проклятый, стабильный, богатый (приносит 500 рублей в месяц, по тем времанам огого!), и абсолютно не ревнует. Свободы много. Идеальная схема: есть дурак-спонсор, который молча оплачивает твои художественные безобразия, пока ты развлекаешься с "интересными людьми".
И Ольга, естественно, устраивает дома вертеп, прости господи, то есть салон. Каждую среду к ним ломятся все творческие неудачники города из мира искусства: актёры, которые забыли текст роли, художники, которые забыли, где купили краски, и музыканты, играющие так, что собаки во дворе воют от тоски. И среди всей этой толпы неудачников особо выделяется один тип - Рябовский.
Часть II: появление "гения", который не вылез из грязи
Рябовский - художник-пейзажист. Представьте себе хипстера 19-го века: бородка клинышком, взгляд потусторонний, в кармане дыра, в голове - ветер. Рисует он, кстати, ничего так. Местами даже талантливо. Но сам он - ленивая скотина, каких поискать. Он считает, что гений имеет право пить, гулять, изменять женщинам и смотреть на них свысока.
Ольга, конечно, сразу втюривается. Потому что Дымов говорит про "микробов", а Рябовский про "божественную синеву неба". Для Ольги Рябовский - это как красная икра на чёрствой булке. Вроде не наешься, но дорого-богато.
Она начинает ходить к нему в мастерскую типа "посмотреть этюды". Дымов, естественно, замечает, что жена стала пропадать, но вместо того, чтобы устроить скандал с битьём посуды, этот идиот поступает по-джентльменски. Он говорит: "Милая, ты так устала в городе. Поезжай-ка ты на Волгу с художниками. Отдохни. Рисуй. Вдохновляйся. А я тут поработаю".
Представьте, что у вас в холодильнике кусок торта. Вы ушли на работу, а когда вернулись, то обнаружили, что торт съеден, а на тарелке записка: "Я тут съел кусочек, пока тебя не было, но это просто потому, что он был со сгущёнкой". Вот так и чувствовал себя Дымов. Он сам отправил жену на измену, да ещё и билеты оплатил. Ну что ж… Гениально, доктор!
Часть III: Волга, романтика и первые сопли
Поездка на Волгу. Тут духовность зашкаливает. Природа, лодки, закаты. Ольга плывёт на пароходе, а Рябовский рядом рисует этюд. И вот он смотрит не на воду, а на неё, и выдаёт: "Вы - чудная".
Ольгу это так проняло, что она чуть в обморок не рухнула прямо за борт. "Чудная! - думает она. - Он меня заметил! Гений заметил меня, провинциальную мышку!".
Начинается романтика. Рябовский лепечет ей про краски рассвета. Ольга вздыхает про тлен бытия. Муж остался в Москве и шлёт ей письма: "Дорогая, наверное, деньги кончились, высылаю ещ". А Ольга даже не открывает их, потому что у неё сейчас духовный рост.
Но тут, как это обычно бывает, проходит неделя, и Рябовский начинает понимать, что Ольга - это не богиня, а просто навязчивая тёлка. Он быстро устаёт от неё. Он - художник, ему нужно новое, а тут одна и та же баба каждый день, одна и та же грудь, одна и та же жопа, одни и те же сопли про "небеса". Он начинает пить. Сначала культурно - с рыбаками. Потом некультурно - с местными барышнями. Он игнорирует Ольгу, называет её "утомительной" и в какой-то момент говорит фразу, за которую его хочется отлупить этюдником: "Если бы я тебя не слушал, я бы, может быть, создал шедевр".
Ольга рыдает. Она устраивает истерику с битьём посуды и кричит: "Ты меня не ценишь!". И тут Ольга прозревает. Нет, не до конца - будет ещё пару глав. Она понимает, что вместо гениального любовника подцепила алкаша-эгоиста, у которого кисти грязные, мысли грязные, а будущее только в канаве.
Она ожидала, что любовник будет как Porsche - быстрый, красивый и дорогой. А получила Жигули шестой модели: колбасит, дымит, вечно просит "налить".
Ольга возвращается в Москву, к Дымову. Но не с повинной - о, нет! С обидой на весь мир. С таким видом, будто это не она шл*ха, а мир вокруг говно. Дымов встречает её с цветами, с улыбкой, с ужином. Он купил ей новую шубу на последние деньги, потому что он дурак. Он не знает, что его жену только что трах*л художник с Волги (и мысленно, и, скорее всего, физически), и этот художник потом назвал её утомительной.
Но Ольга не унимается. Она продолжает бегать к Рябовскому тайком. Тот уже прячется от неё за мольберт, говорит: "Ольга, отстань, я картину не закончил". Но для неё это звучит как "Приходи завтра, я буду более страстным".
Часть IV: Подвиг, или Как доктор убил себя ради дуры
А в это время Дымов, пока его жена скачет по художникам, работает как раб на галерах. Утром - больница, днём - частные пациенты, вечером - перевод немецких статей. Он пишет диссертацию, потому что хочет доказать своей неверной жене, что он тоже не лыком шит.
И тут происходит МЕДИЦИНСКИЙ ЭКШН, от которого у всех медиков сейчас дёргается глаз. Привозят мальчика с дифтеритом. Дифтерит - это такая херня, когда горло перекрывается плёнками, и ребёнок задыхается. Лечить это можно по-разному. Но есть один смертельно тупой способ: отсасывать эти плёнки через трубочку ртом, рискуя залететь самому. Это как играть в русскую рулетку, где в барабане четыре патрона.
И Дымов, будучи святым идиотом и гениальным врачом, делает это. Отсасывает. Мальчика спасает, а сам получает до фига дифтерийных палочек в глотку.
Проходит пара дней. Дымов приходит домой с лёгким насморком. Третий день - температура. Он кашляет.
А в этот вечер у Ольги снова вертеп. Она, ёпрст, зовёт гостей. И среди них - Рябовский. Этот тип приходит пьяный в стельку, приносит какую-то недорисованную мазню, говорит, что это "гениально", и даже не здоровается с Дымовым.
Дымов, чтобы не мешать великому уходит в свой кабинет. Сидит там, кашляет кровью, но не жалуется, потому что он мужик.
Часть V: Смерть, которая прочищает мозги (но поздно, дура)
Через час вваливается его друг - Коростелёв. Это ещё одиг адекватный персонаж во всей этой истории. Он сразу видит, что Дымову хреново. Он заглядывает ему в глотку, бледнеет как простыня, вылетает в гостиную и орёт благим матом:
- Осип умирает! Дифтерит! Он отсасывал эти плёнки, идиот!
Все гости замирают. Бокалы падают. Рябовский давится коньяком.
Ольга бежит в кабинет. Там Дымов мечется на кушетке. Лицо синее, дышит тяжело, как паровоз на спуске.
И вот тут самый смешной и самый страшный момент, который придумал Чехов. Дымов, лёжа на смертном одре, в бреду, когда его организм уже отключается, когда он задыхается, шепчет:
— Ольга... дорогая... только... не говори жене... пусть думает... что я от тифа... не надо её расстраивать...
Этот мужик, лёжа на смертном одре, заражённый по собственной глупости, думает о том, чтобы его жена-изменщица не расстроилась!
Ольга в этот момент прозревает. Она смотрит на лицо умирающего мужа и понимает, что он - великий. Что он - тот самый настоящий гений, которого она не замечала. А все её Рябовские - просто говно на палочке по сравнению с этим человеком, который отсасывал плёнки у мальчика и переводил немецкие тексты ночами ради её шубки.
Она кидается к нему с криками: "Осип, не смей умирать! Я тебя люблю!".
А он умирает. Бац - и нет героя. Всё. Тишина. Только Коростелёв вытирает слёзы и плюёт в сторону гостиной.
Финал
Что остаётся Ольге? Стоять посреди комнаты с открытым ртом, смотреть на труп мужа, которого она не ценила, и понимать, что вся её жизнь - это пшик.
Она стрекоза из басни Крылова, только не пела, а прыгала по х*ям. Скакала от одного "гения" к другому, пока настоящий герой молча тащил её на своём горбу, отсасывал дифтеритные плёнки и переводил немецкие книжки ради её скучной шубки.
Чехов назвал рассказ "Попрыгунья" не потому, что она прыгает в высоту, а потому что она прыгает по жизни как блоха: туда-сюда, туда-сюда, без цели, без смысла, только чтобы выпить крови побольше.
Мораль для блога (жиза, блин):
Если вы нашли мужчину, который работает, не ноет, приносит деньги домой и смотрит на вас щенячьими глазами - не бегите к художнику на Волгу. Художник, скорее всего, законченный алкаш с манией величия и с засохшей краской под ногтями. А ваш "скучный" мужик - это реальный герой, который при случае отсасывает дифтеритные плёнки (в переносном смысле) и спасает мир.
А когда он умрёт, вы будете стоять в луже слёз с кучей недорисованных этюдов и чувством, что лох - это не он, а вы.
Вердикт: "Попрыгунья" - гениальный рассказ, который надо читать в школах до того, как девушки начнут шерстить тиндер в поисках "творческих натур".
Подписывайтесь! Чтоб не пропустить как я перескажу "Ионыча" так, что вы захотите сжечь свой дачный участок к чертям собачьим.