Эта история основана на одном из самых известных и задокументированных мистических инцидентов в морской истории — бесследном исчезновении трех смотрителей маяка на островах Фланнана (Шотландия) в декабре 1900 года. До сих пор это дело остается нераскрытым.
Джеймс Дукат (43 года) — Главный смотритель маяка. Прагматичный, сухой и строгий шотландец. Ветеран маячной службы. Не верит в мистику, доверяет только инструкциям, логарифмам и толщине каменных стен. Его лицо испещрено глубокими морщинами от постоянных ветров.
Томас Маршалл (28 лет) — Второй помощник. Выносливый, исполнительный, но склонный к меланхолии. В глубине души суеверен, знает местные легенды об «островах духов», хотя тщательно скрывает это от начальника.
Дональд МакАртур (40 лет) — Опытный моряк, временно заменяющий заболевшего третьего смотрителя. Вспыльчивый, шумный, любитель выпить в порту, но на вахте — кремень. Однако его психика оказывается уязвимой перед абсолютной изоляцией.
——————— –—————————-
Остров Эйлин-Мор возвышался над свинцовыми водами Атлантики, как гнилой зуб. Местные жители называли эти клочки суши «Семью Охотниками» и верили, что здесь обитают духи океана, которым не по нраву присутствие человека. Но Британское правительство решило иначе, возведя на самой высокой точке острова 22-метровый каменный маяк.
Вечер 12 декабря 1900 года начинался обыденно. В круглой кухне маяка уютно трещал уголь в печи.
— Ветер меняется, Джеймс, — проворчал МакАртур, с силой ставя железную кружку с чаем на деревянный стол. — Барометр падает так быстро, словно мы проваливаемся в преисподнюю.
Дукат, не отрываясь от заполнения вахтенного журнала, методично промокнул чернила пресс-папье.
— Это Атлантика, Дональд. А мы на куске скалы. Чего ты ожидал? Тропического бриза?
— Я с четырнадцати лет в море, Дукат, — огрызнулся МакАртур, нервно дергая себя за усы. — Я знаю, как пахнет шторм. Но этот ветер… Он звучит иначе. Вчера ночью, когда я дежурил на галерее, мне показалось, что кто-то позвал меня по имени.
Томас Маршалл, спавший до этого на узкой койке у стены, резко сел. Его глаза лихорадочно блестели.
— Ты тоже это слышал? — тихо спросил он.
Дукат с грохотом захлопнул журнал и тяжело посмотрел на подчиненных.
— Отставить эти россказни! — рявкнул главный смотритель. — Маршалл, ты читаешь слишком много дешевых романов. МакАртур, твой мозг, видимо, еще не просох после последней побывки на Большой земле. Это ветер гудит в вентиляционных шахтах. Запомните: мы в самом безопасном месте на всем побережье. Стены толщиной в пять футов. Нас не достанет ни один шторм.
13 декабря начался ад. Ураган обрушился на Эйлин-Мор с такой яростью, что казалось, будто сам океан решил стереть маяк с лица земли. Волны высотой в тридцать метров с грохотом разбивались о скалы, обдавая фонарную башню солеными брызгами.
Снаружи царил кромешный мрак, прорезаемый лишь мощным лучом света. Внутри башни творилось нечто необъяснимое. Вибрация камня сводила с ума.
— Держи трос! Держи его, дьявол тебя дери! — кричал сквозь рев бури Дукат, пытаясь закрепить ставни на нижнем ярусе.
Маршалл, бледный как полотно, повис на веревке, его руки были стерты в кровь.
— Джеймс! — закричал он, перекрывая шум. — Драйверный кран сорвало! Море поднимается! Оно уже у западного причала!
— Не пори чушь! Западный причал на высоте ста футов над уровнем моря! Ни одна волна туда не доберется!
Но когда они спустились на первый уровень, то увидели, что тяжеленные металлические ящики, прикрученные к скале болтами, были вырваны с корнем и искорежены, словно фольга.
Вечером того же дня Дукат внес знаменитую, реально существующую запись в журнал: «13 декабря. Шторм, какого я никогда не видел. Ветер от норд-веста. Маршалл спокоен. МакАртур плачет».
Плачущий старый морской волк МакАртур сидел забившись в угол кухни. Он раскачивался из стороны в сторону, бормоча:
— Они идут. Они поднимаются по лестнице. Слышите? Шлеп… шлеп… Мокрые шаги по камню.
— Замолчи! — Дукат схватил его за грудки и встряхнул. — Никого там нет! Дверь заперта на два засова!
— Они не используют двери, Джеймс, — прошептал МакАртур, глядя сквозь начальника стеклянными глазами. — Море пришло забрать свое.
14 декабря шторм достиг апогея. Даже прагматичный Дукат начал сдавать. Он сидел за столом, обхватив голову руками. В журнале появилась новая запись: «Все молятся».
— Почему мы молимся, Джеймс? — тихо спросил Маршалл, глядя в пляшущее пламя керосиновой лампы. — Ты ведь говорил, что нас спасет инженерия.
— Инженерия трещит по швам, Томас, — хрипло ответил Дукат. — Я сегодня смотрел в окно. Я видел…
Он осекся.
— Что ты видел? — настаивал Маршалл.
— Лица, — пробормотал Дукат, словно в бреду. — В гребнях волн. Огромные, бледные лица, сотканные из пены. Они смотрели на свет. Они тянулись к нему.
15 декабря 1900 года ураган внезапно стих. Наступил мертвый штиль. Океан стал гладким, как зеркало. Туман плотным саваном окутал остров.
В башне стояла давящая, неестественная тишина.
— Нужно проверить западный причал, — сказал Дукат, застегивая штормовку. Его голос звучал ровно, но движения были механическими, как у заведенной куклы.
— Я пойду с тобой, — отозвался Маршалл, надевая свой непромокаемый плащ.
Они повернулись к МакАртуру. Тот сидел в одной рубашке. Его непромокаемый плащ сиротливо висел на крючке у двери.
— Дональд, ты остаешься на вахте, — приказал Дукат. — Следи за котлом. Мы скоро вернемся.
МакАртур ничего не ответил. Он смотрел в окно, туда, где в тумане скрывались скалы.
Дукат и Маршалл вышли в серую мглу. Как только тяжелая железная дверь захлопнулась за ними, МакАртур вдруг вздрогнул. Туман за окном начал сгущаться, принимая причудливые, извивающиеся формы. И тут он услышал это снова. Не шум ветра. Не крики чаек.
Отчетливый, хоровой шепот, зовущий его по имени.
МакАртур медленно поднялся. Он не стал надевать плащ. Не стал брать куртку. В одних сапогах и рубашке, с широко распахнутыми глазами, он подошел к двери на галерею, отодвинул тяжелый засов и шагнул в ледяной туман.
Через одиннадцать дней, 26 декабря, к острову подошло спасательное судно «Гесперус». Главный смотритель Джозеф Мур, прибывший на смену, поднялся на маяк.
Он нашел запертые ворота. Внутри было холодно и тихо. Часы на стене остановились. В кухне на столе стояла нетронутая еда. В шкафу сиротливо висел один непромокаемый плащ — плащ Дональда МакАртура.
Люди исчезли с острова бесследно. Ни тел, ни следов борьбы. Лишь на западном причале, на немыслимой для волн высоте, был сорван дерн, а тяжелые железные краны оказались скручены в спираль.
Что заставило опытного смотрителя выбежать на мороз без верхней одежды? Какая сила смогла уничтожить портовые сооружения на стофутовой скале? Океан хранит свои тайны, и духи «Семи Охотников» по-прежнему стерегут остров Эйлин-Мор.