В Липецкой области, недалеко от Данкова, есть село Баловнево. Здесь когда-то располагалась одна из самых интересных усадеб региона — Усадьба Муромцевых. Комплекс сложился в конце XVIII — начале XIX века и был связан с Матвеем Васильевичем Муромцевым — генерал-поручиком, государственным деятелем и первым тульским губернатором.
Сегодня об усадьбе напоминают несколько построек: Владимирская церковь, въездные ворота, водонапорная башня и остатки усадебного ландшафта. В статьях также упоминаются боковые флигели (сама я их не видела), но главный дом утрачен полностью.
Тем не менее даже оставшиеся постройки позволяют понять, насколько амбициозным был замысел.
Усадьба с большим размахом
По описаниям, баловневская усадьба была устроена с большим размахом. Главный дом насчитывал более ста комнат, рядом располагались флигели, парк, фруктовый сад, каскадные пруды, фонтаны, грот, беседки и мостики. Это была не просто загородная усадьба, а крупный архитектурно-парковый комплекс.
Особенно интересно, что комплекс создавался на сложном рельефе — среди оврагов и перепадов высоты. Для обычного строительства такая местность была бы неудобной, но для пейзажного парка она, наоборот, давала большие возможности: пруды можно было устроить каскадом, виды — раскрывать постепенно, а маршрут по парку рассчитывать на смену впечатлений.
В этом смысле Баловнево хорошо вписывается в усадебную культуру XVIII века. Дворянская усадьба тогда была не только местом проживания, но и способом показать вкус, образование и положение владельца.
Владимирская церковь: европейский силуэт
Главная сохранившаяся постройка усадьбы — церковь Владимирской иконы Божией Матери. Она производит неожиданное впечатление: это православный храм, но его композиция напоминает западноевропейские церкви. Причина прежде всего в двух симметричных колокольнях, которые фланкируют западный фасад. Такой приём для русской храмовой архитектуры не самый привычный, поэтому здание часто сравнивают с католическими храмами.
Церковь строилась долго. Её начали при Матвее Васильевиче Муромцеве, а завершали уже при его сыне Матвее Матвеевиче. В архитектуре храма видны черты раннего классицизма: симметрия, ясная композиция, форма круга, портики, строгий ритм архитектурных элементов. Но при этом здание не кажется сухим или типовым — наоборот, оно запоминается именно своей необычностью.
Авторство храма иногда связывают с Василием Баженовым. Это красивая версия, и стилистически она кажется соблазнительной: достаточно вспомнить, как Баженов работал с необычными силуэтами и псевдоготическими мотивами. Но документальных подтверждений этому нет, поэтому корректнее говорить осторожно: проект приписывают Баженову, но атрибуция остаётся спорной.
Сейчас храм отреставрирован. Снаружи он выглядит цельно и торжественно, но внутри впечатление совсем другое: белые стены, почти пустое пространство, отсутствие росписей.
Ворота, похожие на триумфальную арку
Ещё один выразительный элемент усадьбы — въездные ворота. По размеру они действительно больше напоминают не простые ворота в имение, а триумфальную арку.
Когда-то таких въездов было три, но до нашего времени сохранились западные ворота. Их архитектура построена на классических формах: крупный арочный проём, фронтон, строгие членения. Верх украшали белокаменные вазоны: центральный был крупнее, боковые — меньше. Сейчас сохранился только один.
Такие ворота важны не только как декоративная деталь. Они задавали парадный въезд и сразу показывали статус владельцев. Даже сегодня ворота помогают понять, что перед нами было не рядовое сельское имение.
Водонапорная башня в духе английской готики
Водонапорная башня формально инженерное сооружение, но выглядит она весьма эффектно.
Башню построили в 1880-е годы. Она снабжала водой усадебный дом, фонтаны и грот. Воду в резервуар поднимали с помощью конного привода. По воспоминаниям и описаниям, в оконных проёмах находились часы, а в верхнем ярусе могли размещаться колокола.
Архитектурно башня напоминает английскую готику: вытянутый силуэт, ощущение вертикального движения, декоративная «замковость». Это хороший пример того, как в усадебной культуре даже утилитарная постройка могла становиться частью художественного замысла.
Что случилось с главным домом
Главный усадебный дом не сохранился. В 1918 году он сгорел, а затем был разобран на кирпичи. Это особенно значительная утрата, потому что именно он был центром всей композиции.
По описаниям, дом был с большим количеством комнат, богатой отделкой, библиотекой, коллекциями картин и предметов искусства. Центральный объём был связан с боковыми флигелями, а со стороны парка раскрывались виды на пруды и овраги.
Сегодня о главном доме можно говорить в основном по описаниям и сохранившейся планировке. На местности уже трудно представить его реальный размер без старых изображений и исторических справок.
Растрелли, Баженов и Екатерина II: где факт, а где легенда
С Баловневым связано несколько красивых легенд. Усадебный дом иногда приписывают Растрелли, а храм — Баженову. Также встречается рассказ о том, что Муромцев строил усадьбу для приёма Екатерины II или что императрица бывала здесь.
Такие истории легко понять: усадьба действительно была необычной, а архитектура выглядит слишком выразительно для рядового провинциального имения. Хочется связать её с именами самых известных мастеров эпохи.
Но здесь важно разделять легенду и подтверждённый факт. Документальных доказательств авторства Растрелли и Баженова нет. Версия о Баженове в отношении Владимирской церкви часто повторяется, но остаётся дискуссионной. История с Екатериной II тоже требует осторожности: её можно упомянуть как предание или местную версию, но не как установленный факт.
Баловнево ценно не потому, что его обязательно нужно привязать к громкому имени. Оно ценно само по себе — как редкий пример провинциальной усадьбы, созданной с почти столичным размахом.