Когда я впервые наткнулся на мемуары Феликса Юсупова, я думал, что читаю выдумку. Переодевания в женское платье, выступления в кабаре под чужим именем, бегство от гусаров в январский мороз в коротком платье и брильянтах, это реальная биография одного из богатейших людей Российской империи.
Феликса Юсупова знают прежде всего как человека, причастного к истории с Распутиным, но если изучить его жизнь внимательнее, это событие оказывается самым обычным эпизодом в его биографии.
До революции Юсуповы считались богаче Романовых - им принадлежали десятки дворцов, шахты, заводы, земельные угодья по всей России.
Началось с детского платья
Феликс родился в семье, где ждали девочку, мать, разочарованная появлением сына, одевала его в платья до пяти лет. Сам Феликс в мемуарах писал, что нимало не огорчался - скорее, гордился.
В доме Юсуповых хранились несметные сокровища: жемчуг, бриллианты, изумруды, сапфиры, которые доставались по наследству и оценивались в миллионы рублей.
Первый настоящий скандал случился, когда Феликсу было лет двенадцать-тринадцать, вместе с кузеном они забрались в гардероб матери, извлекли оттуда платья, нарумянились, надели украшения и вышли гулять по Невскому проспекту в бархатных шубах не по росту, ночью.
На Невском их приняли за уличных девиц, чтобы отвязаться от кавалеров, мальчики отвечали по-французски: «Мы заняты» - и важно шли дальше. В конце концов забрели в ресторан «Медведь» - одно из самых модных заведений Петербурга того времени.
Заказали ужин, получили от офицеров записку с приглашением в отдельный кабинет, Феликс развлекался тем, что снимал жемчужные бусы и набрасывал их, как лассо, на головы соседей по залу, бусы лопнули и раскатились по полу под хохот публики.
Когда пришёл счёт, денег у мальчиков не оказалось, директор ресторана посмеялся и дал денег на извозчика, но утром прислал отцу счёт за ужин и рассыпанный жемчуг в придачу, говорят, стоимость жемчуга исчислялась десятками тысяч рублей.
Семь вечеров в кабаре
Настоящей вершиной авантюр стала история с кабаре «Аквариум» - одним из самых шикарных заведений Петербурга. Старший брат Николай, давний соучастник переодеваний, предложил идею: а не выйти ли Феликсу на профессиональную сцену?
Феликс нанял учителя вокала, разучил несколько песен, подобрал платье и парик, директор «Аквариума» прослушал «французскую певичку» и взял её в программу. На афише вместо имени стояли три звёздочки - для интриги, билеты на выступления продавались по повышенной цене.
Дебют едва не провалился, Феликс вышел на сцену, был ослеплён прожекторами, оцепенел от страха и поначалу пел так, что в зале из жалости кто-то захлопал, но потом разошёлся, песня «Тонкинка» вызвала аплодисменты, а «Прелестное дитя» - овацию, бисовал три раза.
За кулисами директор жал руку и преподносил букеты, Феликс элегантно протянул ему руку для поцелуя и едва сдерживал смех, поклонники слали цветы и любовные записки, один из зрителей прислал бриллиантовую брошь.
Так продолжалось шесть вечеров, на седьмой в ложе оказались старые знакомые родителей, они смотрели слишком внимательно, оказалось - узнали по сходству с матерью и по материнским бриллиантам, которые Феликс надел не подумав.
Разразился грандиозный скандал, отец был бледен от гнева, назвал сына злодеем, негодяем и позором семьи, сказал, что приличный человек не подал бы ему руки, велел выйти вон и так хлопнул дверью, что в соседней комнате со стены упала картина.
Карьера кафешантанной певички закончилась, но Феликс, по собственному признанию, игру с переодеванием не бросил, он продолжал появляться в женском платье в театрах и на маскарадах, уже более осторожно.
Король Эдуард и нечаянная победа
Однажды Феликс с братом отправились в парижский театр - брат в домино, Феликс в женском платье, в партере.
В антракте, когда зажёгся свет, Феликс заметил в ложе пожилого господина, который настойчиво его разглядывал в театральный бинокль, это оказался английский король Эдуард VII, известный любитель женского пола.
Брат, вернувшись из фойе, давился от смеха: к нему подошёл придворный и от имени его величества попросил сообщить, как зовут прелестную спутницу.
Феликс написал в мемуарах, что ему было приятно, не намеренная провокация, не спланированный розыгрыш - просто случайная встреча с монархом, который ни о чём не догадывался, королю так и не сказали правду.
Побег от гусаров в мороз
Феликс явился на маскарад в платье «Аллегории Ночи» - стальные блёстки, брильянтовая диадема. Гвардейский офицер, известный волокита, немедленно обратил на него внимание, пригласил ужинать у «Медведя» в компании трёх приятелей, все четверо были в гусарской форме.
Феликс согласился - именно потому что было опасно, в отдельном кабинете с цыганами и шампанским офицеры постепенно осмелели, Феликс отбивался как мог, самый смелый изловчился и сдёрнул маску. Феликс схватил бутылку шампанского и швырнул в зеркало, под звон разбитого стекла выскочил за дверь, крикнул на улице извозчика и помчался прочь.
И только в санях обнаружил, что в ресторане осталась соболья шуба - подарок матери, стоивший несколько тысяч рублей. Январь, Петербург, мороз, полуголое платье в блёстках, брильянты, потом он написал: «Кто бы мог подумать, что безумная красотка - сын достойнейших родителей».
Оксфорд
Три года в Оксфорде, Феликс прослыл дьяволопоклонником, ввёл моду на чёрные ковры, устраивал вечеринки, к которым английское общество было не готово, он появлялся на лекциях в женском платье, чем шокировал профессоров и студентов. Едва не стал главным подозреваемым в похищении греческого принца Христофора, пытался ночью похитить корову у забывчивой старухи - ту самую, которую честно купил накануне и о которой она забыла и ему пришлось убегать.
Что за этим стоит
Феликс Юсупов прямо писал: «Я любил только себя. Мне нравилось быть предметом любви и внимания».
При этом в нём не было злобы, розыгрыши - да, скандалы - да, но желания навредить - нет, он развлекался сам и невольно развлекал других, включая тех, кого разыгрывал. Даже с офицерами, которые его чуть не изнасиловали, он не пытался поквитаться.
Один из богатейших людей России семь вечеров подряд пел сопрано в кабаре ради удовольствия и был разоблачён собственными брильянтами. Потом в эмиграции он жил в скромной квартире в Париже, работал моделью в доме моды, писал мемуары, и ни разу не пожалел о своих выходках.