Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Точка зрения

Была Анастасией — стала Сальмой и радуется этому: рассказываю, как ислам относится к женщинам

«Меня зовут Анастасия, это имя для меня выбрали родители, сейчас моё имя Сальма. Я не позорю свою национальность, вера — это не национальность». С подобными заявлениями сегодня всё чаще выступают русские женщины, принявшие ислам. В социальных сетях появляются блоги, авторы которых настойчиво убеждают аудиторию: смена имени, образа жизни, религиозных взглядов и системы ценностей якобы никак не связана с отказом от собственной культурной среды. Формально в одном они правы: национальность и религия действительно не являются одним и тем же. Русский человек может исповедовать любую веру или вообще быть атеистом. Однако проблема возникает тогда, когда вместе с новой религией человек начинает отказываться от привычных традиций, меняет имя, дистанцируется от собственной культуры и одновременно требует от окружающих делать вид, будто ничего существенного не произошло. Если Анастасия становится Сальмой, начинает подчёркивать свою новую религиозную идентичность и посвящает этому целый блог, то з
Автор: В. Панченко
Автор: В. Панченко

«Меня зовут Анастасия, это имя для меня выбрали родители, сейчас моё имя Сальма. Я не позорю свою национальность, вера — это не национальность».

С подобными заявлениями сегодня всё чаще выступают русские женщины, принявшие ислам. В социальных сетях появляются блоги, авторы которых настойчиво убеждают аудиторию: смена имени, образа жизни, религиозных взглядов и системы ценностей якобы никак не связана с отказом от собственной культурной среды.

Автор: В. Панченко
Автор: В. Панченко

Формально в одном они правы: национальность и религия действительно не являются одним и тем же. Русский человек может исповедовать любую веру или вообще быть атеистом. Однако проблема возникает тогда, когда вместе с новой религией человек начинает отказываться от привычных традиций, меняет имя, дистанцируется от собственной культуры и одновременно требует от окружающих делать вид, будто ничего существенного не произошло.

Если Анастасия становится Сальмой, начинает подчёркивать свою новую религиозную идентичность и посвящает этому целый блог, то закономерно возникают вопросы. Ведь речь идёт уже не просто о личной вере, а о демонстративном изменении образа жизни и культурных ориентиров.

Особенно странно выглядят попытки представить ислам как исключительно прогрессивную и освобождающую женщину систему взглядов. Достаточно открыть религиозную литературу, ознакомиться с традициями многих исламских обществ или посмотреть на положение женщин в ряде стран, где религиозные нормы оказывают серьёзное влияние на повседневную жизнь. Там можно увидеть ограничения, которые в современном светском обществе давно воспринимаются как пережиток прошлого.

Аллах в Коране говорит:

«Мужчины являются попечителями женщин, потому что Аллах дал одним из них преимущество перед другими и потому что они расходуют из своего имущества.
Праведные женщины покорны и хранят то, что положено хранить в отсутствие мужей благодаря заботе Аллаха. О тех женщинах, непокорности которых вы опасаетесь, увещевайте их, избегайте на супружеском ложе и бейте их».

Разумеется, миллионы мусульман живут по-разному, а исламский мир далеко не однороден. Однако отрицать существование серьёзных дискуссий о правах женщин, семейных ролях и свободе выбора внутри исламских обществ невозможно.

Вот ещё из Корана.

«Пророк сказал: Имра, не будет успешным тот народ, руководить делами которого стала бы женщина».
«Вы (женщины) часто проклинаете и проявляете неблагодарность к своим мужьям. Я не видел никого, кроме вас, кому настолько недостаёт ума и кто не в состоянии соблюдать религию. Нет никого, кто в большей мере, чем вы, мог бы заставить благоразумного мужчину утратить разум у женщины».

А в этой статье подробно объясняется отношение мусульман к женщине, чему они учат мальчиков с детства:

Поэтому, когда очередной блогер начинает рассказывать, что переход в ислам никак не влияет на идентичность человека и не меняет его отношение к собственной культуре, подобные заявления вызывают сомнения. Вера — это действительно не национальность. Но вера способна менять мировоззрение, образ жизни, круг общения, ценности и самоощущение человека. А когда меняется всё перечисленное, разговоры о том, что ничего не изменилось, выглядят не слишком убедительно.

Каждый вправе выбирать свою религию и свой жизненный путь. Но столь же естественно, что общество будет обсуждать последствия этого выбора и задавать вопросы тем, кто пытается представить серьёзные перемены как нечто совершенно незначительное.

-3