В 1976 году в небольшом районе Лав-Канал на окраине города Ниагара-Фоллс в штате Нью-Йорк случилась необычная зима. Сначала выпало много снега, потом начались оттепели, и подземные воды поднялись очень высоко. Жители обычных домов в обычном американском пригороде заметили нечто странное. У них в подвалах начала появляться чёрная жижа с резким химическим запахом. Во дворах прорастали и тут же увядали растения. На школьном дворе начальной школы 99-й улицы из земли поднимались бочки. Дети возвращались из школы с ожогами на коже. Местные мамы стали замечать поразительное — у всех вокруг происходило одно и то же. Выкидыши. Рождения детей с пороками. Заболевания почек у малышей. Эпилепсия. Странные виды рака. Расследование, начатое несколькими отчаянными женщинами, привело к одному из самых страшных открытий в истории американской экологии. Их дома были построены на 22 000 тоннах токсичных химических отходов. И всё это было известно ещё за 30 лет до того, как туда переехали первые семьи.
Чтобы понять масштаб этой трагедии, нужно вернуться в 1890-е годы. Тогда американский предприниматель Уильям Лав начал строить большой канал между двумя притоками реки Ниагары. Канал должен был обеспечивать гидроэнергией будущий «индустриальный город мечты», который Лав планировал построить в этих местах. Однако проект провалился — финансирование закончилось. Канал был выкопан примерно на километр в длину, после чего работы остановились.
Брошенный канал лежал заброшенным несколько десятилетий. И в 1942 году его купила компания Hooker Chemical and Plastics Corporation. Эта корпорация была одним из крупнейших химических производств в регионе. Hooker Chemical начала использовать заброшенный канал как свалку химических отходов своего производства.
С 1942 по 1953 годы Hooker Chemical свалила в Лав-Канал около 22 000 тонн токсичных отходов. Среди них были чрезвычайно опасные вещества — диоксин (одно из самых ядовитых веществ, известных человечеству), полихлорированные бифенилы (PCB), хлорбензол, многочисленные пестициды. Всего среди отходов было идентифицировано не менее 248 различных химических соединений, многие из которых являются известными канцерогенами или вызывают тяжёлые врождённые дефекты.
В 1953 году Hooker Chemical закончила свалку и закрыла канал глиняной крышкой. Компания знала о крайней опасности захороненных отходов. И вот тогда произошло то, что многие сегодня называют одним из самых циничных решений в истории американского бизнеса.
В 1953 году школьный совет города Ниагара-Фоллс обратился к Hooker Chemical с просьбой продать землю над засыпанным каналом — городу была нужна новая школа. Hooker Chemical продала землю за один доллар. Один доллар. В договоре купли-продажи было включено короткое предупреждение о том, что под землёй захоронены химические отходы. Юридически компания снимала с себя любую ответственность за будущее использование земли.
Школьный совет проигнорировал предупреждение. Возможно, не понял всей серьёзности. Возможно, не захотел понимать. Школу 99-й улицы построили прямо над засыпанным канал. Более того, при строительстве рабочие сняли часть глиняного покрытия канала для других целей — что нарушило изоляцию отходов от поверхности. Вскоре рядом со школой начали строить жилой район — небольшие частные дома для рабочих ближайших заводов и фабрик.
К концу 1950-х район Лав-Канал был полностью застроен. В нём поселились около 800 семей — порядка 3000 человек. Это были обычные американские рабочие семьи. Дома стоили недорого, район считался хорошим местом для воспитания детей. Школа была рядом, парк (на том самом канале) — тоже. Никто из новых жителей не знал, что под их домами и под детским парком лежат тысячи тонн ядовитых отходов.
Первые годы всё было относительно нормально. Хотя уже тогда появлялись тревожные признаки — иногда на школьном дворе из земли вылезали странные металлические бочки, иногда дети жаловались на резкие химические запахи. На это никто не обращал серьёзного внимания.
Поворотным моментом стала зима 1975-1976 годов. Это была необычно снежная зима, за которой последовало очень дождливое лето. Уровень подземных вод в районе Ниагара-Фоллс резко поднялся. Глиняное покрытие, и так уже частично нарушенное, не выдержало. Химические отходы, лежавшие под землёй больше 20 лет, начали выходить на поверхность.
Жители стали замечать странные вещи. В подвалах появилась чёрная маслянистая жидкость с резким химическим запахом. Во дворах земля становилась горячей или, наоборот, ледяной. Растения умирали. На школьном дворе из земли вылезали ржавые бочки. У детей появились ожоги на коже после игры на улице. Резиновые подошвы детских ботинок растворялись от химикатов в почве.
И главное — люди начали болеть. По разным частям района — но особенно близко к каналу — стало происходить нечто странное. Беременные женщины теряли детей в выкидышах в несколько раз чаще, чем должно было быть. Дети рождались с пороками развития — отсутствующими конечностями, дефектами сердца, повреждениями мозга. Маленькие дети заболевали редкими болезнями почек, нервной системы. У взрослых стали часто встречаться странные виды рака. Эпилепсия. Астма. Хронические мигрени.
Долгое время никто не связывал это в единую картину. Каждая семья страдала отдельно. Местные врачи лечили отдельные симптомы. Городские власти не видели общей закономерности.
И вот здесь начинается главная история. В мае 1978 года местный газетный репортёр по имени Майкл Браун опубликовал серию статей о химическом загрязнении в Лав-Канал. Его исследование привлекло внимание молодой матери по имени Лоис Гиббс. Её 7-летний сын Майкл ходил в ту самую начальную школу 99-й улицы. У мальчика были загадочные проблемы со здоровьем — эпилепсия, иммунные нарушения. Лоис прочитала статьи Брауна и впервые заподозрила связь.
Лоис Гиббс была обычной женщиной — без высшего образования, домохозяйкой, без какого-либо опыта общественной деятельности. Но она была матерью больного ребёнка. Она начала самостоятельное расследование. Ходила по соседям, опрашивала их о здоровье детей. И постепенно собрала шокирующую картину. По её данным, в районе Лав-Канал больны примерно каждая семья. Выкидыши, врождённые дефекты, рак, эпилепсия, заболевания почек — это происходило не отдельными случаями, а повсеместно.
Лоис Гиббс основала Ассоциацию домовладельцев Лав-Канал. Это была организация, которую составляли в основном такие же обычные домохозяйки. У них не было ни денег, ни связей, ни опыта. Зато у них был железный аргумент — их дети болели и умирали.
Сначала городские и штатные власти отмахивались от обращений Гиббс и её соседок. Чиновники называли их «истеричными домохозяйками». Эксперты говорили, что нет научных доказательств связи между захоронениями и болезнями. Hooker Chemical категорически отрицала свою ответственность.
Но Гиббс не сдавалась. Она привлекла внимание прессы. Журналисты стали приезжать в Лав-Канал и снимать репортажи. В августе 1978 года в New York Times появилась большая статья о ситуации. Произошёл медийный взрыв. По всей Америке люди увидели и услышали о маленьком районе, где из подвалов сочились яды, а дети рождались с врождёнными дефектами.
В августе 1978 года Управление здравоохранения штата Нью-Йорк наконец провело собственные исследования. Результаты потрясли учёных. В почве, воздухе и воде района были обнаружены десятки токсичных веществ в концентрациях, в сотни и тысячи раз превышающих безопасные нормы. Жители Лав-Канал действительно жили в окружении ядов.
2 августа 1978 года губернатор штата Нью-Йорк Хью Кэри объявил Лав-Канал зоной чрезвычайной ситуации. 7 августа президент США Джимми Картер сделал то же самое на федеральном уровне. Это был первый в истории США случай, когда президент объявлял чрезвычайное положение из-за искусственно созданного загрязнения. Началась эвакуация. Сначала эвакуировали 239 ближайших к каналу семей. Государство выкупало их дома и переселяло их в другие места.
Но Гиббс и Ассоциация домовладельцев настаивали — этого мало. Загрязнение распространилось далеко за пределы первоначальной зоны. Сотни других семей продолжали жить в опасности. Борьба продолжалась ещё два года. В мае 1980 года Картер объявил вторую чрезвычайную ситуацию и эвакуировал ещё 700 семей. В общей сложности эвакуировали около 950 семей — почти весь район.
После эвакуации Лав-Канал был обнесён забором. Его объявили зоной отчуждения. Уцелевшие дома снесли. Землю покрыли новыми слоями глины и засыпали. Канал был превращён в закрытую могилу для своих ядов.
Hooker Chemical (к тому моменту уже поглощённая корпорацией Occidental Petroleum) в результате длительных судебных процессов вынуждена была выплатить около 200 миллионов долларов компенсаций. Бывшие жители Лав-Канал получили деньги — но это не вернуло им здоровья и не воскресило умерших детей.
Случай Лав-Канал имел огромные последствия для всей Америки. В 1980 году Конгресс США принял закон, известный как Superfund Act. Он создал специальный фонд для очистки загрязнённых территорий и установил принцип «загрязнитель платит». С тех пор более 1300 загрязнённых мест по всей Америке были включены в список Superfund и очищены или находятся в процессе очистки.
Лоис Гиббс, бывшая домохозяйка, превратилась в одну из самых известных экологических активисток Америки. Она основала Центр здоровья, окружающей среды и справедливости — организацию, помогающую местным сообществам бороться с экологическими угрозами. Её работа продолжается до сегодняшнего дня.
Что осталось от этой истории. Прежде всего, она показывает чудовищную цену неконтролируемой промышленной деятельности. Hooker Chemical знала, что захоранивает крайне ядовитые отходы. Школьный совет знал, что покупает землю над могильником. Городские власти знали о потенциальной опасности. Но никто не задумывался о последствиях. В результате тысячи людей десятилетиями жили в окружении ядов и расплачивались здоровьем своих детей.
Во-вторых, история Лав-Канал — это история о силе обычных людей. Если бы не упорство Лоис Гиббс и её соседок, ничего бы не произошло. Власти отмахнулись бы, корпорации отрицали бы свою ответственность, журналисты прошли бы мимо. Несколько обычных женщин, не имевших ни денег, ни связей, ни специального образования, заставили правительство США изменить экологическое законодательство. Это редкий пример того, как мать, борющаяся за здоровье своего ребёнка, может изменить страну.
И в-третьих, эта история — мрачное напоминание о том, сколько подобных «бомб замедленного действия» может лежать под нашими городами. Лав-Канал не был уникальным случаем. По всей Америке (и не только Америке) тысячи мест были загрязнены промышленными отходами в течение XX века. Многие из этих захоронений до сих пор не обнаружены или не очищены. Это значит, что прямо сейчас, где-то в мире, могут быть районы, где люди живут над ядами и не знают об этом. И только новая Лоис Гиббс с детьми, страдающими непонятными болезнями, сможет сделать так, чтобы правда вышла наружу.
А вы как считаете, кто в первую очередь должен нести ответственность за подобные катастрофы — корпорации, государство или сами жители, неосторожно покупавшие землю? Делитесь в комментариях.