Почему многим современным христианам привычнее жить в давлении, тревоге и постоянной гонке, чем в безусловной любви
Оказывается, одного комикса, где Иисус лежит с человеком на траве, достаточно, чтобы некоторые христиане начали опасаться краха цивилизации.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
Несколько дней назад я опубликовал статью под названием «31 вопрос, который я хотел бы задать Богу лицом к лицу». К ней я добавил комикс The Naked Pastor, где Иисус лежит рядом с человеком на траве и говорит:
«Я ничего от тебя не жду и ничего не требую. Я просто люблю тебя».
Один читатель был глубоко возмущен.
«Этот комикс об Иисусе, который якобы ничего от нас не требует, — отрицание самого Христа. “Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди”. “Верующий в Меня дела, которые творю Я, и он сотворит”. Он вам не какой-то обкуренный хиппи, который хочет валяться с ромашками в волосах!»
Я думал об этом комментарии гораздо больше, чем, наверное, стоило бы. Потому что, как мне кажется, читатель возражал не просто против картинки. Этот комикс задел нерв, проходящий через огромную часть современного христианства.
Хотите в Китай? Все самое главное за 7 дней: горы Аватара, Великая Китайская стена, Терракотовая армия, небоскрёбы Шанхая и древние храмы. Маркетплейс авторских туров Clubok.Travel предлагает эксклюзивные авторские туры с русскоязычным гидом, продуманной программой от проверенных организаторов. Расширенная медицинская страховка в подарок. После тура вы бесплатно получите фотокнигу и видеоролик о вашем путешествии.
Тур в Китай: https://clubok.travel/china?utm_source=dzen&utm_medium=smm
Но прежде чем перейти к этому, вот само «оскорбительное» изображение.
Шокирует, правда?
Комикс о том, что Иисус любит человека безусловно, каким-то образом был воспринят как атака на само христианство. Можно подумать, там был изображен Иисус, раздающий кокаин и призывающий людей бросить своих детей.
Но нет.
Там был человек, отдыхающий рядом с Иисусом.
И этого оказалось достаточно, чтобы у кого-то сработала тревожная сирена.
Меня поражает, как быстро безусловная любовь была истолкована как безответственность. Комментатор увидел образ принятия и тут же услышал в нем разрешение стать ленивым, пассивным, духовно разложившимся и эгоистичным.
Я не думаю, что такая реакция возникла на пустом месте. Многих христиан приучили верить, что главная цель их отношений с Богом — быть полезными. Вера превращается в результат. Продуктивность. Послушание. Жертву. Служение. Духовные достижения.
В такой среде Бог, который просто любит людей, начинает казаться почти опасным.
Потому что если любовь дается свободно, что тогда будет со всей этой гонкой? Что будет с бесконечным давлением доказать свою серьезность? Что будет с идентичностью, построенной на том, чтобы быть нужным, избранным, полезным, радикальным, посвященным и духовно продуктивным?
Для некоторых христиан мысль о том, что Бог может любить их не за полезность, звучит не утешительно.
Она звучит пугающе.
Откуда это взялось?
Думаю, во многом такая реакция выросла из той версии христианства, которую унаследовали многие из нас. В ней любовь и послушание оказались настолько переплетены, что даже небольшая попытка их разделить начинает казаться опасной.
Справедливости ради, в христианстве всегда было и то, и другое. Иисус действительно призывал людей следовать за Ним. Он говорил о послушании, прощении, щедрости, любви к врагам, смирении и самоотречении. Комментатор в этом смысле не совсем неправ.
Проблема начинается тогда, когда послушание постепенно становится центром всех отношений с Богом.
Для многих христиан вера превращается в постоянную попытку доказать Богу свою серьезность. Внутри остается ощущение, что Бог всё время просит чуть больше посвящения, чуть больше самоотречения, чуть больше жертвы, чуть больше дисциплины.
Я до сих пор помню, как после некоторых молодежных проповедей сидел и думал:
«Хорошо… но как теперь вообще выглядит полная отдача Богу?»
Бог хочет, чтобы я перестал слушать какие-то группы? Должен ли я стать миссионером? Больше молиться? Чаще говорить об Иисусе в школе? Выбросить фильмы? Перестать думать о деньгах? Раздать всё?
Никто никогда до конца не объяснял, где граница. И именно это делало идею еще сильнее.
Ты всегда мог быть более посвященным, чем сейчас.
Из той среды вышло много хорошего. Она воспитала искренних людей, которые действительно хотели любить Бога и делать мир лучше.
Но она также тихо воспитала тревожных людей.
Многие из нас усвоили: близость к Богу зависит от того, насколько хорошо мы слушаемся, стараемся, сдаемся, сопротивляемся искушениям, служим, молимся, благовествуем и жертвуем. Духовно расслабиться было почти невозможно, потому что всегда существовал следующий уровень, которого нужно достичь.
Со временем это меняет сам эмоциональный тон веры. Вместо того чтобы переживать Бога прежде всего как любящего, многие начинают переживать Его прежде всего как требующего. Даже если они никогда не скажут этого вслух, они носят в себе тонкий страх разочаровать Его.
Вот почему этот комикс так задевает некоторых людей. Образ Иисуса, который просто радуется присутствию человека и ничего не требует взамен, в такой системе почти кажется безответственным.
Некоторым людям нужно, чтобы Иисусу постоянно что-то от них было нужно
Чем больше я думал об этом комментарии, тем яснее видел, насколько странным становится наш религиозный язык, если перенести его в обычные человеческие отношения.
Представьте отца, который сажает своего восьмилетнего сына за обеденный стол и говорит:
«Сын, если ты действительно любишь меня, ты будешь соблюдать мои заповеди».
Ребенок, скорее всего, застынет над своими наггетсами и подумает, что случайно попал в секту.
Конечно, родители хотят послушания. По крайней мере иногда. Наверное, даже часто. Вы ведь не разрешаете детям выбегать на дорогу, бить незнакомцев в магазине или поджигать собаку лупой. В любых отношениях есть границы и наставление.
Но здоровая любовь не заставляет людей постоянно доказывать себя через послушание. Нормальный родитель не будит ребенка каждое утро словами:
«Сын, сегодня тебе нужно еще глубже сдаться мне. Я чувствую недостаток полного посвящения».
И всё же многие христиане тихо относятся к Богу именно так.
Есть это постоянное ощущение, будто Бог нас непрерывно оценивает. Достаточно ли мы серьезны? Достаточно ли послушны? Достаточно ли посвящены? Достаточно ли жертвенны? Достаточно ли полностью сдались Ему?
Можно провести годы с чувством, что Бог всегда хочет от тебя еще немного больше духовно.
Думаю, именно поэтому комикс так задел того читателя.
Иисус, который просто наслаждается пребыванием рядом с человеком и не требует немедленного духовного результата, кажется некоторым христианам безответственным, потому что их научили: весь смысл отношений с Богом — в послушании.
Для некоторых людей христианство имеет вес только тогда, когда оно требовательно. Если Иисус не нуждается от меня в чем-то постоянно, тогда что я вообще Ему предлагаю? Что делает меня духовно ценным? Что отличает меня от всех остальных?
И вот здесь становится неудобно, потому что религиозная идентичность часто незаметно переплетается с ощущением полезности для Бога.
Эго на самом деле любит заслуживать любовь, потому что заслуга создает иерархию. Она создает своих и чужих, сильных христиан и слабых христиан, послушных и «скомпрометированных».
Благодать немного разрушает эту систему.
Бог, который любит людей еще до того, как они стали духовно впечатляющими, куда труднее поддается контролю.
Иисус кажется гораздо менее тревожным, чем современное христианство
Одна из странных ироний во всем этом в том, что сама Библия снова и снова показывает Бога как Того, Кто ведет людей к покою, а не к бесконечной духовной тревоге. У христиан уже есть такие образы во всем Писании.
Псалом 22 буквально описывает Бога как Пастыря, который ведет усталых овец на зеленые пастбища и к тихим водам, чтобы они могли отдохнуть и восстановиться.
«Он восстанавливает душу мою ради имени Своего».
Эта строка отвечает на вопрос, зачем Бог вообще восстанавливает людей. Он делает это потому, что восстановление отражает Его характер. Пастырь, известный тем, что его овцы измучены, напуганы и постоянно из последних сил стараются, вероятно, не очень хороший пастырь. Состояние стада что-то говорит о том, кто его ведет.
И, если честно, образ из 22-го псалма не так уж отличается от комикса, который так возмутил людей.
Пастырь, ведущий усталых овец на траву у тихой воды, удивительно похож на Иисуса, лежащего рядом с человеком на траве и говорящего:
«Я ничего от тебя не жду и ничего не требую. Я просто люблю тебя».
Все это не означает, что христиане внезапно перестают думать о послушании или о том, как они живут. Овцы всё равно следуют за пастырем. Люди всё равно ранят друг друга, лгут, предают, ошибаются, прощают, растут и меняются.
Просто, на мой взгляд, есть огромная разница между человеком, который следует за пастырем, потому что чувствует себя рядом с ним в безопасности, и человеком, который слушается, потому что боится его разочаровать.
Пастырь в 22-м псалме не выглядит суетливым, требовательным, раздраженным или вечно разочарованным. Он выглядит Тем, Кто заботится о восстановлении измученных существ, потому что Он именно такой Пастырь.
Мне кажется, многие современные христиане незаметно носят в себе гораздо более тревожный образ Бога, чем тот, который показан в псалмах и даже в самом Иисусе. Бог превращается в вечного духовного оценщика, который проверяет, достаточно ли быстро мы улучшаемся, достаточно ли стабильно слушаемся, достаточно ли глубоко сдаемся и достаточно ли серьезно относимся к вере.
Много лет я сам бессознательно относился к Богу именно так. Даже отдых мог казаться слегка безответственным. Если я слишком радовался жизни или просто существовал без очевидной духовной продуктивности, часть меня начинала тревожиться: не отдаляюсь ли я от Бога?
Но Иисус никогда не кажется мне суетливым. Он проводит огромное количество времени за едой с людьми, переходит из города в город, останавливается для разговоров, замечает тех, кого все игнорируют, и при этом почему-то никогда не выглядит спешащим. Половина евангельских историй выглядит так, будто Иисуса прервали по пути куда-то еще.
Мне кажется, многие христиане очень устали
Честно говоря, я думаю, что многие христиане несут в себе гораздо больше усталости, чем готовы признать.
Я помню периоды своей жизни, когда даже обычный просмотр телевизора вызывал у меня легкое чувство вины. Какая-то часть меня всегда думала: наверное, я должен делать что-то более духовное. Может, больше молиться? Читать что-то? Стараться сильнее? Быть как-то более осознанным в отношениях с Богом?
Это давление редко было драматичным. Оно просто тихо гудело на фоне.
Оглядываясь назад, я понимаю, насколько это странно, потому что сам Иисус часто выглядел гораздо спокойнее, чем тревожное христианство, построенное вокруг Него.
Современные христиане иногда ведут себя так, будто Бог нервно ходит по небесам туда-сюда и переживает, что люди слишком много радуются жизни. А тем временем Иисус готовит завтрак на берегу для своих измученных друзей после того, как они публично Его подвели.
Этот комикс на самом деле никогда не был о лени. Он был об отдыхе. О возможности того, что Божья любовь не висит на волоске каждый раз, когда мы боремся, ошибаемся, сомневаемся, расслабляемся, задаем вопросы или просто существуем как несовершенные люди.
Эта возможность тревожит некоторых, потому что тревога со временем начинает казаться духовной ответственностью. Если я постоянно оцениваю себя, постоянно стараюсь больше, постоянно слежу за своим послушанием и посвящением, значит, я хотя бы серьезно отношусь к Богу.
Отдых кажется опасным, потому что отдых требует доверия. Он требует поверить, что Божья любовь не зависит от постоянного духовного результата.
Может быть, кому-то из христиан это звучит безответственно.
Но для измученных христиан это звучит как вода в пустыне.
Возможно, мы сделали Бога немного странным
Иногда мне кажется, что христиане случайно начинают описывать Бога менее эмоционально здоровым, чем обычный хороший родитель.
Представьте десятилетнего ребенка, который после тяжелого дня в школе заходит на кухню.
— Пап, прежде чем ты что-то скажешь, мне нужно признаться. Сегодня у меня были проблемы. Я выругался на уроке, свалил всё на Джоша, до сих пор не убрал комнату и сказал маме, что почистил зубы, хотя я их вообще не чистил.
Отец смотрит на него и говорит:
— Слушай, я люблю тебя.
Ребенок замирает.
— Что? Прямо сейчас?
— Да.
— Но я же был непослушным.
— Я в курсе.
— Ты не собираешься драматично отозвать свое присутствие, пока я не докажу искренность покаяния несколькими днями видимых изменений?
— Нет. Тебе всё равно нужно извиниться перед учителем и убрать комнату. Но ты всё еще мой сын.
Вот так работает здоровая любовь.
Хорошие родители всё равно исправляют детей. Они учат их границам, ценностям, доброте, ответственности и самоконтролю. Послушание в семье имеет значение, потому что поступки имеют последствия, а люди могут ранить друг друга.
Но здоровые родители не заставляют детей заново заслуживать любовь после каждой ошибки.
И всё же многие христиане тихо представляют Бога именно таким. Бог у них вечно разочарован, вечно оценивает, вечно требует больше послушания, больше отдачи, больше серьезности и больше духовного напряжения, прежде чем наконец сможет расслабиться и радоваться нам.
Вот почему тот комикс так задел людей.
Иисус, который просто сидит рядом с человеком на траве и любит его, не требуя немедленного улучшения показателей, кажется подозрительным тем, кто вырос внутри христианства, построенного на достижениях.
В такой системе возникает предположение: безусловная любовь обязательно приведет к лени, компромиссам, безответственности и моральному краху.
Между тем большинство здоровых родителей понимают простую вещь: любовь, в которой ребенок чувствует себя в безопасности, обычно рождает лучшее поведение, чем постоянная тревога.
Честно говоря, подозреваю, что в духовной жизни это тоже правда.