Драматическая сценка, вдохновленная атмосферой «перестроечного» кино и суровой реальностью начала 90-х.
Действующие лица:
1. Мария Ивановна (Учительница) — женщина старой закалки, в очках, голос которой слегка дрожит, но в нем чувствуется стержень.
2. Серёжа «Серый» — лидер троицы, сидит развалившись, в спортивной куртке поверх школьной формы. Дерзкий взгляд.
3. Димон — крепкий парень, «силовая поддержка» Серого. Постоянно что-то жует или крутит в руках.
4. Лёха — мелкий, суетливый, «подпевала». Начинает балаган, глядя на реакцию Серого.
5. Закадровый голос — спокойный, глубокий, как голос из документального фильма.
---
АКТ I: ВЫЗОВ
Обстановка: Класс литературы. На доске написано: «Нравственность — это разум сердца». Мария Ивановна стоит у стола с томиком Достоевского.
Мария Ивановна: ...И вот Достоевский говорит нам, что ни одна мировая гармония не стоит одной слезинки ребенка. В этом и есть корень доброты: сострадание к слабому.
Лёха (громко шепотом): Слышь, Серый, это она про того пацана из пятого «Б», которого мы вчера за гаражами «прессовали»? Оказывается, мы гармонию нарушили!
Димон (хохотнув): Да там слезинок было — на целое ведро.
Серый (перебивая учительницу): Мария Иванна, ну хорош. Какая доброта? Какое сострадание? Вы в окно-то посмотрите. Там на рынке у коммерсантов «сострадание» каждое утро в виде дани собирают. Сила — вот и вся нравственность. Кто сильнее, тот и прав. А эти ваши книжки — для терпил.
Лёха: Точно! У кого кастет, тот и классик! (Начинает кидать бумажные самолетики).
Димон: (стучит кулаком по парте, создавая ритм): Сила! Сила! Правда в силе!
Мария Ивановна (пытаясь перекричать): Тишина! Вы не понимаете, о чем говорите. Сила без души — это путь в никуда!
---
АКТ II: ГОРЬКАЯ ЛЕКЦИЯ
Обстановка: Учительница резко захлопывает книгу. В классе на мгновение становится тихо от этого звука. Она медленно идет к парте Серого.
Мария Ивановна: Хорошо, Серёжа. Давай поговорим о твоей «силе». Ты думаешь, ты первый такой? Знаешь, кто сидел на твоем месте пять лет назад? Игорь Волков. Такой же красивый, такой же «сильный». Тоже смеялся над Достоевским.
Лёха (затихая): Волчара? Тот самый, который на «БМВ» гонял?
Мария Ивановна: Да. Только вы видите его на «БМВ», а я видела его мать в черном платке на прошлой неделе. Она просила у меня пять рублей на хлеб, потому что «сильные» друзья Игоря даже памятник ему не поставили. Его просто закопали у забора.
Серый (неуверенно): Ну, это риск. Кто не рискует...
Мария Ивановна: Это не риск, Серёжа. Это математика. Твоя группировка — это не семья. Это очередь. Очередь на тот свет или на нары. Вы думаете, что вы волки, но на самом деле — вы просто дрова, которыми кто-то взрослый топит печку своего благополучия. Когда вас начнут «щелкать» по одному, твои «братья» первыми сдадут тебя, чтобы выторговать себе год свободы. В этом твоя «сила»?
Димон (перестает стучать, отводит глаза): Да че вы жути нагоняете...
Мария Ивановна: Я не нагоняю. Доброта — это не слабость. Это мужество не стать зверем, когда вокруг все превращаются в скотов. Чтобы ударить — ума не надо. Чтобы простить и помочь — нужна настоящая мощь. А у вас ее нет. Вы просто боитесь быть одни.
---
АКТ III: ТИШИНА
Обстановка: Звенит звонок. Но никто не вскакивает. Серый смотрит на свои кулаки. Лёха медленно комкает бумагу. Димон смотрит в окно.
Мария Ивановна: Идите. Урок окончен. Но помните: в настоящей жизни пересдачи не будет.
(Троица медленно, без привычного шума, собирает сумки и выходит из класса. Мария Ивановна остается у доски, стирая надпись про нравственность. Свет медленно гаснет, остается только луч на ней).
Закадровый голос: 1992 год. Через три месяца Лёха получит свой первый срок за кражу. Димон пропадет без вести во время разборки у речного порта. Серёжа, лидер их маленького мира, выживет....
ПДО - 2505.
Атаманова М.Е. , Савина Е.Л. , Дьяконова Д. В. , Савченко А. А. , Карпенко А. А.
Пьеса без названия.
Автор. Зимний вечер. Пустырь за школой. Вместо фонаря — тусклый свет из окна подвала. На стене висит портрет Че Гевары, вырванный из журнала, и вырезка из газеты «Советская Россия» с заголовком «Не могу поступаться принципами».
На сцене — Пётр Семёнович в старом пальто. Он приколол портрет к фанерному щиту. Рядом сидит на корточках Мотор, греет руки дыханием.
Пётр Семёнович (не оборачиваясь). Я знаю, что ты здесь. Слышал твои шаги за пять минут. Учительская привычка.
Мотор. А я не прятался. Просто смотрел, как взрослый дядька вешает картинку на морозе. Ты кого агитируешь? Ворон?
Пётр. Тебя.
Мотор (встаёт, лениво). Меня уже агитировали. Соседний двор. Там дают нормальный разговор. А вы что даёте? Принципы? Я принципами сыт не буду.
Пётр. А дракой сыт будешь? Или больницей?
Мотор. Я пока живой. И мои пацаны — тоже. А ваши комсомольцы уже все в кооперативы подались. Кто торгует, кто крышует. Один Че Гевара на стенке остался.
Мотор садится на перевёрнутый ящик. Пётр Семёнович поворачивается к нему.
Пётр. Ты прочитал, что здесь написано? (показывает на газету)
Мотор. «Не могу поступаться принципами». Скукотища. Это Нина Андреева. Её в учительской обсуждают. А там ещё Че. Он хоть стрелял.
Пётр. И его убили. Потому что он тоже не поступался.
Мотор. Так зачем вы тогда? Глупость какую придумали — «антигруппировку». Вы нас не переделаете. Мы сами по себе. Свои понятия. Своя улица.
Пётр. А если я скажу, что не хочу тебя переделывать?
Мотор (удивлённо). А что тогда?
Пётр. Я хочу, чтобы ты знал: есть кто-то, кто не убежал. Не сдал. Не продал. Я стою здесь на морозе не потому, что верю в победу. Я стою, потому что не умею по-другому.
Пауза. Мотор смотрит в сторону, потом на портрет.
Мотор. И чего вы добьётесь?
Пётр. Ничего. Может быть, через десять лет ты вспомнишь, что какой-то старый учитель не пожелал стать бандитом или жертвой. И сам захочешь так.
Мотор (тихо). А если не захочу?
Пётр. Ты уже захотел. Иначе бы не сидел здесь и не слушал.
Мотор встаёт. Подходит к щиту. Поправляет покосившийся портрет Че Гевары.
Мотор. Криво висело. (Пауза.) Я приду завтра. Но не в отряд. Просто так. Погреться.
Пётр. Я буду здесь.
Мотор (уходя, не оборачиваясь). И лимонад приносите. Чай горячий. А то принципы принципами, а руки мёрзнут.
Пётр Семёнович (вслед). Принесу.
---
Автор. Он принёс. Чай в старом термосе. Мотор приходил ещё неделю. Потом пропал. Через два года Пётр Семёнович встретил его в троллейбусе — в форме курсанта военного училища.
Мотор (голос из темноты). Я не стал бандитом, Пётр Семёныч. Не стал. Спасибо вам за тот пустырь и за лимонад дурацкий.
Автор. Группировку они не победили. Но одного человека спасли. И это, наверное, и есть — «не могу поступаться принципами».
Медленно гаснет свет. Последним исчезает портрет Че Гевары.
Занавес.
Мухина Е., Болоболенко И., 2505
«Слово района»
Пьеса на двух человек в трёх действиях по мотивам атмосферы и социальных тем сериала «Слово пацана». Это оригинальное произведение с новыми персонажами и сюжетом.
Действующие лица
Андрей — 15 лет, отличник, недавно переехал в район.
Вадим — 17 лет, авторитетный участник местной группировки.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
«Чужой»
Зима. Вечер. Пустой двор между панельными домами. Скрипит снег. Андрей возвращается домой со школы. Его окликает Вадим.
Вадим: Эй, школьник. Ты новенький?
Андрей: Допустим.
Вадим: Допустим не подходит. Тут либо свой, либо чужой.
Андрей: А если просто человек?
Вадим: В нашем районе так не работает.
Пауза.
Андрей: Почему?
Вадим: Потому что район — это государство в государстве.
Андрей: И кто тут президент?
Вадим: Нет тут президентов. Есть старшие. Есть младшие. Есть свои правила.
Андрей: Какие ещё правила?
Вадим: Не бросать своих. Не врать своим. Не трусить перед чужими.
Андрей: И всё?
Вадим: Для тебя этого мало?
Андрей: Для меня это звучит как обычная дружба.
Вадим: Нет. Дружба заканчивается после школы. А группировка остаётся.
Андрей внимательно смотрит на него.
Андрей: И зачем люди туда идут?
Вадим: Потому что дома родители на работе. Потому что денег нет. Потому что всем хочется быть частью чего-то большого.
Андрей: И ради этого дерутся?
Вадим: Ради уважения.
Андрей: Уважение нельзя заработать иначе?
Вадим: Попробуй объяснить это району.
Темнота.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
«Слово»
Подвал жилого дома. Слышны голоса за стеной. Андрей и Вадим сидят на старых ящиках.
Андрей: Я наблюдаю за вами уже месяц.
Вадим: И что понял?
Андрей: Что у вас целая философия.
Вадим: Есть такое.
Андрей: Расскажи.
Вадим: Главное — слово.
Андрей: Почему именно слово?
Вадим: Потому что больше ничего нет.
Андрей: Не понимаю.
Вадим: Смотри. У начальника есть должность. У богатого есть деньги. У взрослого есть связи.
А что есть у пацана?
Андрей: Не знаю.
Вадим: Только репутация.
Пауза.
Вадим: Если ты сказал и сделал — тебе верят. Сказал и не сделал — ты никто.
Андрей: Но ведь люди ошибаются.
Вадим: Ошибка и предательство — разные вещи.
Андрей: А драки?
Вадим: Это уже другое.
Андрей: Что?
Вадим: Территория.
Андрей: Из-за дворов дерутся всерьёз?
Вадим: Не из-за дворов.
Андрей: А из-за чего?
Вадим: Из-за принадлежности.
Андрей: То есть?
Вадим: Когда у человека ничего нет, он начинает считать своим хотя бы район.
Андрей: И готов защищать его?
Вадим: До конца.
Андрей: Даже если это бессмысленно?
Вадим: Человек редко замечает бессмысленность, когда чувствует себя частью толпы.
Долгая пауза.
Андрей: Тебе самому никогда не казалось, что всё это неправильно?
Вадим: Каждый вечер.
Андрей: И что мешает уйти?
Вадим: Легко войти. Сложно выйти.
Темнота.
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
«Выбор»
Весна. Тот же двор. Ночь. Андрей сидит на лавке. Появляется Вадим.
Андрей: Ты выглядишь усталым.
Вадим: Сегодня одного парня забрали.
Андрей: За драку?
Вадим: За то, что слишком долго жил по законам улицы.
Пауза.
Андрей: Знаешь, что меня удивляет?
Вадим: Что?
Андрей: Все говорят про честь.
Вадим: И?
Андрей: Но почему-то никто не говорит про будущее.
Вадим молчит.
Андрей: Что будет через пять лет?
Вадим: Не знаю.
Андрей: Через десять?
Вадим: Тоже не знаю.
Андрей: Тогда ради чего всё это?
Пауза.
Вадим: Когда мы были маленькими, казалось, что район — это весь мир.
Андрей: А сейчас?
Вадим: Сейчас понимаю, что мир намного больше.
Андрей: Поздно понял?
Вадим: Нет. Поздно начинают понимать многие.
Андрей: И что ты будешь делать?
Вадим: Попробую жить без чужих правил.
Андрей: Получится?
Вадим: Не знаю.
Андрей: Страшно?
Вадим: Очень.
Андрей: Тогда почему решился?
Вадим: Потому что настоящая смелость — не идти за толпой.
Пауза.
Андрей: А что тогда такое уважение?
Вадим: Наверное, когда тебе не нужно никого бить, чтобы доказать свою ценность.
Они смотрят на освещённые окна домов.
Андрей: Получается, слово всё-таки важно.
Вадим: Важно.
Андрей: Только не слово района.
Вадим: А слово человека.
Свет постепенно гаснет.
ЗАНАВЕС.
Силина В., Есенкова В. 2513
Название: «Красный пионер»
Жанр: Трагикомедия / Социальная драма
Действующие лица:
* ВИКТОР ПЕТРОВИЧ: Учитель истории, идеалист.
* ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА: Учительница литературы, романтик.
* БАРСУК: Лидер дворовой банды «Черные коты».
* ОЛЕГ: Школьник, член созданной учителями группы.
---
### ДЕЙСТВИЕ 1. Идея
Кабинет истории. Осень 1990 года.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
*(Монолог)* Время изменилось? Нет. Принципы вечны. На улице вакуум, который заполняется грязью. Мы заполним его цементом идей. Нина Андреева учит не предавать прошлое, Че Гевара — бороться с хаосом здесь и сейчас.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА:
«Черные коты» снова избили ученика. Милиция бессильна.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
Мы создадим свою структуру. Не пионеров, а партизан. Дисциплина Андреевой плюс романтика Че. Назовем их «Красный Клинок».
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА:
Синтез сталинизма и кубинской революции? Это винегрет, Виктор!
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
Это единственный способ выжить. Найди тех, кого еще не сломали.
*(Смена сцены: подъезд. Барсук курит.)*
БАРСУК:
Учитель смотрит на меня как на экспонат.
СЕРЁГА «ФИЛОСОФ»:
Он хочет лепить из нас глину.
БАРСУК:
Мы — битое стекло. Слепишь — порежешься.
---
### ДЕЙСТВИЕ 2. Эксперимент
Подвал-штаб. Портреты Че и плакат Андреевой.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
*(Инструктаж Олегу и другим)* Правило Андреевой: держи слово, даже если ломают ноги. Правило Че: люби справедливость, ненавидь беспредел. Вы не деретесь, вы давите авторитетом Истории.
*(Врывается Барсук с битой.)*
БАРСУК:
Профсоюз стукачей открылся? Че Гевара в 42-й школе? Смешно.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА:
Че тоже начинал с малого, Анатолий.
БАРСУК:
*(Олегу)* Предал двор ради красного галстука?
ОЛЕГ:
*(Твердо)* Я нашел принцип. «Не могу поступаться принципами».
БАРСУК:
*(Удивленно)* Сталинизм и революция... В этом есть извращенный стиль.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
Присоединяйся. Твоя энергия нужна для строительства нового мира.
БАРСУК:
А я там кто? Генсек?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА:
Команданте.
*(Барсук опускает биту, усмехается. Виктор Петрович выглядит тревожно.)*
---
### ДЕЙСТВИЕ 3. Крах
Школьный двор. Зима. Противостояние двух групп.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
Сложите оружие и начните читать! Мы предлагаем амнистию!
СЕРЁГА «ФИЛОСОФ»:
Вместо рэкета — взаимопомощь! Вместо наркотиков — литература!
БАРСУК:
*(Выходит вперед)* Тише. Ваша идея красива, как памятник Ленину. Но жизнь не по книгам пишется. Мои нашли склад спирта — это бизнес. Ваши предложили грамоты за сдачу алкоголя.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
Это моральный выбор!
БАРСУК:
Мораль в 90-м — роскошь. Вы склеили несочетаемое: хватку КГБ и душу революционера. Получился монстр, который не знает, куда идти. «Коты», расходимся. И «Клинков» больше нет.
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА:
*(Со слезами)* А что будет с ними?
БАРСУК:
Они вырастут. Станут кем угодно. Но не благодаря вашему уставу. А вопреки всему. Идите домой, учителя.
*(Барсук уходит. Олег снимает красный галстук и кладет на снег. Серёга бросает в сугроб книгу Че Гевары.)*
ОЛЕГ:
Я хочу домой. Мама ждет.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
Мы проиграли?
ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА:
Мы опоздали. История пишется другими чернилами.
ВИКТОР ПЕТРОВИЧ:
Андреева была права: принципами нельзя поступаться. Но наши принципы оказались фантомами.
(Звучит медленное фортепиано. Снег засыпает галстук и книгу. Свет гаснет.)*
КОНЕЦ
Шепелева А., Франк О., Кищенко П. 2513