3
Кухня в доме была светлой и уютной. Белые занавески, герань на подоконнике, деревянный стол, покрытый клеёнкой в цветочек. Женщина поставила чайник, достала две чашки.
— Меня зовут Света, — сказала она, не глядя на Катю. — Светлана Сергеевна. Мне было 19, когда Игорь приехал в нашу деревню в командировку. Я так влюбилась, что не думала о последствиях. И тем более не думала что кому то причиняю боль. А потом Ирочка родилась, а он уехал в город. Обещал вернуться. И не вернулся.
Катя смотрела на свои руки, сцепленные в замок.
— Он умер, — сказала она. — Три дня назад. Инфаркт.
Света замерла. Чайник закипел, пар заволок окно.
— Как? — спросила она одними губами.
— Внезапно. Сердце. Мы не общались. Он ушёл от нас, когда мне было семь. Я его не видела почти тринадцать лет.
Света села напротив, уронив руки на колени.
— Он говорил о тебе.... — она замолчала, глядя куда-то сквозь Катю.
Катя достала из кармана билет, положила на стол.
— Я нашла это. И адрес на обороте.
Света взяла билет, провела пальцем по краю.
— 15-го у Ирочки день рожденья.
— Что уж теперь, человек то умер, сам там за грехи свои пусть отвечает.
— Он очень виноватым себя чувствовал, Катя. Очень.
Катя почувствовала, как к горлу подкатывает ком.
— Получается Ирочка... — голос дрогнул. — моя сестра?
— Да.
Из коридора донёсся шорох. Катя обернулась — в дверях стояла Ирочка,.
— Ты правда моя сестра? — спросила девочка серьёзно.
Катя не знала, что ответить. Она посмотрела на Свету, на Ирочку, на билет, лежащий на столе. На фотографию в своей сумке, где отец держал её на руках.
— Да, — сказала она. — Правда.
Ирочка улыбнулась. У неё была ямочка на левой щеке — точно такая же, как у Кати.