— Какая разница, что там было? Главное, что я понял: ты была идеальной женой.
Да, у нас были трудности, но ты умела заботиться. И я решил дать нам второй шанс.
Мы можем начать все сначала.
Я даже согласен закрыть глаза на то, что ты за эти три года, прямо скажем, не помолодела.
— Тебе не нужны зимние сапоги, Лер, — Вадим аккуратно расправил манжет своей новой итальянской рубашки. — Посмотри на подошву своих осенних ботинок — она же высокая, почти четыре сантиметра.
Какая разница, кожа там внутри или байка?
До работы тебе идти пятнадцать минут. Не замерзнешь!
— Вадим, на улице минус двадцать, — тихо сказала Лера, разглядывая свои покрасневшие пальцы. — Я вчера пока дошла, у меня ноги заледенели.
А мне еще после первой работы нужно на вторую бежать. В аптеку на вечернюю смену.
— Вот именно, ты постоянно в движении, организм пашет, — отмахнулся муж. — А мне завтра на встречу с региональным директором. Как я могу пойти в прошлогодней куртке?
Мужчина — это лицо семьи, у него должно быть все самое лучшее. Я тебе уже показывал список?
— Какой список?
— На восемь листов. Я там все расписал: от бренда обуви до марки парфюма и качества трикотажа для дома.
У успешного мужчины каждая деталь должна говорить о его статусе.
— А у жены успешного мужчины пальцы на ногах должны синеть от холода? — спросила Лера.
— Ты утрируешь, как обычно. Лучше скажи, почему моя белая рубашка из бутика до сих пор не отглажена?
Я же просил менять их каждый день. И обувь...
Ты мою кожаную пару кремом обработала?
— Я только полчаса назад пришла со смены, Вадим. Я физически не успела.
— Значит, нужно планировать время лучше. Женщина обязана все успевать: и на работах работать, раз уж мы на квартиру копим, и дома уют создавать.
Чтобы в квартире пахло выпечкой, белье сияло белизной, а муж чувствовал себя королем!
— Знаешь что, Вадим? — тихо произнесла она, снимая обручальное кольцо. — Иди-ка ты со своим списком на восемь листов подальше.
— Ты с ума сошла?! Из-за каких-то сапог устраивать сцену?
Да ты без меня пропадешь! Кому ты нужна будешь в тридцать лет, замученная и вечно уставшая?
— Себе буду нужна. Забирай свои рубашки и уходи.
***
С тех пор прошло три года.
Вадим действительно ушел, громко хлопнув дверью и пообещав, что она приползет на коленях.
Не приползла.
Напротив, жизнь постепенно наладилась — Лера уволилась со второй работы, закрыла долги и наконец-то купила себе нормальные, невероятно теплые зимние сапоги на натуральном меху.
Но личную жизнь устраивать не спешила. На молоке, что называется, обожглась, и теперь дула на воду.
В тот понедельник вечером Лера вернулась домой уставшая — на работе был сложный день. Она мечтала только о горячем душе и хотя бы о бутербродах.
Она уже подходила к своей двери, когда заметила мужской силуэт, прислонившийся к стене в темном коридоре.
Сердце испуганно екнуло, но когда мужчина повернул голову, Лера замерла от удивления.
Это был Вадим.
Но не тот холеный щеголь в итальянской куртке, каким она его помнила.
На нем было довольно поношенное пальто, обут он был в грязные туфли. А в руках он держал дорожную сумку.
— Привет, Лерусь, — негромко произнес он. — А я к тебе. Жду вот уже полчаса.
Тебя на первой работе задержали или снова на вторую устроилась?
Лера медленно опустила пакет с продуктами на пол.
— Вадим? Что ты здесь делаешь?
— Да вот, решил, что нам нужно поговорить. Открой дверь, на площадке сквозняк, я совсем замерз.
Лера помедлила, но ключ в замке все же повернула.
Впускать его в квартиру не хотелось, но устраивать сцену в подъезде перед соседями хотелось еще меньше.
Они вошли в прихожую.
Вадим тут же по-хозяйски разулся, заглянул в зеркало и поморщился.
— Что-то у тебя тут как-то блекло стало, — заметил он, проходя в гостиную без приглашения. — И порядка особого нет.
Почему вещи на стуле висят? И выпечкой совсем не пахнет. Разленилась без меня окончательно?
Лера закрыла входную дверь и осталась стоять в коридоре.
— Вадим, ты пришел ко мне домой спустя три года, чтобы покритиковать порядок?
Говори быстро, что тебе нужно, и уходи.
У меня нет времени на пустую болтовню, я устала.
Он обернулся и обиженно скуксился.
— Ну зачем ты так грубо? Я пришел с миром.
Подумал, что мы оба наделали глупостей. Три года — большой срок, чтобы все переосмыслить.
Я готов тебя простить и вернуться.
Лера не выдержала и тихо рассмеялась.
— Простить меня? За что, интересно? За то, что я не захотела больше гробить свое здоровье ради твоих брендовых рубашек?
— Ну, положим, ты тоже была не права, — Вадим сел на диван и закинул ногу на ногу. — Проявила эго..изм, а семья — это всегда компромисс.
Но я посмотрел на современных женщин...
Знаешь, они все какие-то меркантильные стали. Им только деньги подавай, рестораны, курорты.
Никакого уважения к мужчине, никакой заботы.
Никто не хочет создавать домашний очаг.
— Ах, вот оно что, — Лера сделала шаг вперед. — Твоя новая пассия не захотела работать на двух работах, чтобы ты ходил в бутиковых вещах?
Или она просто указала тебе на дверь, когда поняла, что за твоим «статусом» ничего нет, кроме огромного эго?
Вадим покраснел.
— Какая разница, что там было? Главное, что я понял: ты была идеальной женой.
Да, у нас были трудности, но ты умела заботиться. И я решил дать нам второй шанс.
Мы можем начать все сначала.
Я даже согласен закрыть глаза на то, что ты за эти три года, прямо скажем, не помолодела.
Лера смотрела на него и поражалась его наглости.
Человек искренне верил, что делает ей огромное одолжение, возвращаясь в ее жизнь.
— Вадим, ты себя вообще слышишь?
Ты приходишь в мой дом, где я сама себе хозяйка, где меня никто не упрекает за немытую тарелку или отсутствие свежего пирога и права еще качаешь?
Ты что, предлагаешь мне снова стать твоей прислугой?
Снова терпеть твои поучения о том, какая должна быть «настоящая женщина»?
— Ну почему сразу прислугой? — недовольно буркнул он. — Я же говорю, мы будем жить вместе.
Ты будешь заботиться обо мне, я — позволять тебе быть рядом с успешным мужчиной.
Кстати, мне временно нужно пожить у тебя. У меня сейчас небольшие финансовые трудности, бизнес-проект требует вложений, пришлось временно съехать со съемной квартиры.
Но это ненадолго, буквально на полгода.
Ты же поможешь мне встать на ноги? Мы же не чужие люди.
— То есть ты пришел ко мне, потому что тебе негде жить и не на что покупать свои дорогие рубашки? — напрямую спросила Лера.
— Зачем ты все так опошляешь? — Вадим поморщился. — Я обратился к тебе как к близкому человеку.
Ты все равно одна, у тебя никого нет.
Зачем тебе куковать в этой квартире одной? Вдвоем же веселее.
Будешь готовить мне нормальную еду, а то я на полуфабрикатах весь желудок испортил.
Лера подошла к дивану и указала рукой на дверь.
— Встань и уйди.
— Лер, прекрати устраивать истерики, — Вадим даже не пошевелился. — Ты ведешь себя глупо.
Тебе уже за тридцать, другого шанса устроить личную жизнь у тебя не будет.
Кому ты нужна с таким характером? Подумай о будущем.
— Я о нем только и думаю, — твердо ответила она. — И в моем будущем тебя нет. И никогда больше не будет.
Забирай свою сумку и выметайся, пока я не вызвала полицию.
— Да ты блефуешь! — Вадим поднялся. — Из-за чего ты меня выгоняешь? Из-за того, что я попросил немного поддержки? Да ты эго.истка, Лера!
Вся твоя независимость — это просто маска. Да ты будешь локти кусать, но я больше не вернусь!
— И слава богу, — спокойно ответила Лера. — Твое отсутствие — это лучшее, что случалось со мной за последние годы.
Ныряй в свои туфли грязные и мотай отсюда. Прощай, Вадим.
— Ты еще пожалеешь, — зло прошипел он, хватая свою сумку. — Ты даже не представляешь, какую ошибку совершаешь.
Женщина без мужчины — это пустое место. Кто тебе розетку починит? Кто сумки тяжелые донесет?
— Донесу сама, а для розеток есть мастер, которому я плачу деньги, и он не требует за это отглаженных рубашек и моей жизни в придачу.
Иди уже.
Вадим мигом обулся и выскочил за дверь, напоследок изо всей силы шарахнув ею о косяк.
***
Через две недели Лера сидела в кабинете репродуктолога.
Приятная женщина-врач в белоснежном халате внимательно изучала ее медицинскую карту.
— Ну что же, Валерия Дмитриевна, анализы у вас отличные. Показатели здоровья позволяют планировать беременность.
Но я обязана спросить: вы твердо уверены в своем решении? Растить ребенка одной — это большой труд.
— Я уверена, доктор, — без колебаний ответила Лера. — Я шла к этому решению осознанно.
Три года я пыталась понять, чего хочу от жизни, и поняла, что хочу подарить жизнь новому человеку.
Я финансово независима, у меня есть свое жилье, стабильная работа и, главное, огромное желание быть мамой.
— Это замечательно, — кивнула врач. — К сожалению, многие женщины решаются на этот шаг от безысходности или под давлением общества.
А вы спокойны и в себе уверенны несмотря на… эммм… отсутствие рядом мужского плеча.
— Просто я поняла, что больше не хочу тратить время на поиски «идеала» или терпеть чужие капризы ради того, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям.
Жизнь слишком коротка, чтобы откладывать свое счастье на потом.
***
Через полгода Лера встретилась с подругами в кафе. Ее свободный трикотажный свитер уже не мог скрыть заметно округлившийся живот.
— Ну как наш будущий инженер поживает? — с улыбкой спросила Марина, осторожно касаясь ее живота. — Толкается?
— Еще как толкается, — улыбнулась Лера, нежно поглаживая живот. — Особенно по вечерам, когда я ложусь спать.
Наверное, требует, чтобы я ему сказку почитала или колыбельную спела.
— Ой, Лерка, ты так изменилась, — заметила Катя. — Прямо расцвела...
— Я просто чувствую себя на своем месте, — тихо ответила Лера. — Наверное, это и есть настоящее счастье.
Когда ты точно знаешь, ради чего просыпаешься по утрам, и когда тебе есть ради чего жить.
— А про Вадима ничего не слышно? — поинтересовалась Марина. — Он после развода с тобой уже дважды женат был вроде.
— Слышно, — Лера пожала плечами. — Мама недавно видела его бывшую тещу, мать его третьей жены.
Рассказывала, что у него все совсем плохо, набрал долгов, пытался провернуть какой-то сомнительный проект, но прогорел.
Сейчас живет на окраине города в крошечной комнате, разносит заказы из ресторанов да кафе.
И все так же ищет «настоящую женщину», которая согласится его содержать.
Только желающих почему-то нет.
— Ну и поделом ему, — отрезала Катя. — Каждый получает то, что заслужил. Его эго.изм его же и погубил.
— Наверное, — согласилась Лера. — Но мне, честно говоря, все равно. Это его жизнь и его выбор.
А у меня своя жизнь, и я ей абсолютно довольна.
***
У Леры родился совершенно здоровый мальчик, до двух лет она его воспитывала одна.
А потом встретила мужчину, который и ей, и Ванечке стал настоящей опорой.
Супруг Леры малыша усыновил, дал ему свою фамилию. Ребенок растет в полной семье.