— Маша, открой глаза! — Ольга повернулась к дочери. — Ему не ты нужна, ему твои деньги нужны!
Твоя тетя Света, его сестра, рассказала мне всю правду.
— Это вранье! — закричал Виталий. — Светка всегда меня ненавидела!
— Что вы мне с Игорем вообще дали в этой жизни? — Маша с вызовом посмотрела на мать. — Теперь мой настоящий папа будет мне помогать!
И мне, и моей дочке, своей внучке!
— Маш, ты слышишь себя? — Ольга чуть не разрыдалась. — Что значит «что мы дали»?
Игорь тебя с одиннадцати лет растил как родную дочь! Оплатил твою учебу в университете, помог вам с мужем на первый взнос для квартиры накопить.
У него своих детей нет, он всю душу в тебя вложил!
А где был твой «настоящий» папа все эти годы?
— Папа хотел общаться, просто ты ему запрещала! — Маша повысила голос. — Он мне сам все рассказал.
Ты выставила его мон.стр.ом, заставила заблокировать его везде.
А он страдал все эти годы!
— Господи, Маша, какую же чушь он тебе в уши залил! — Ольга всплеснула руками. — Какое «запрещала»?
Мы его алименты через судебных приставов выбивали со скан..далами!
Он скрывал свои доходы, бегал от приставов, лишь бы родной дочери лишнюю копейку не дать!
Ты же сама все видела, ты же не маленькая была!
— Это ты так все преподносила! — упрямо бросила дочь. — Папе просто было тяжело финансово, у него там тоже семья, две дочки растут.
А ты его только деньгами попрекала.
Он сейчас изменился, хочет наверстать упущенное.
Он любит меня и мою Алиночку!
— Маша, он объявился только тогда, когда узнал, что ты хорошо зарабатываешь и твой бизнес пошел в гору, — твердо сказала Ольга. — Я знаю твоего отца как облупленного.
Виталик пальцем о палец бесплатно не ударит.
Он эго.ист до мозга костей.
Пожалуйста, включи голову, пока не поздно!
— Да ты просто завидуешь, мама! — резко выкрикнула Маша. — Завидуешь, что у меня теперь есть любящий отец, а твой Игорь мне никто и звать его никак!
Не лезь в мою жизнь, мы сами разберемся!
Дочь развернулась и ушла.
А Ольга опустилась на стул и закрыла лицо руками.
Ей было невыносимо обидно за своего второго мужа, который действительно заменил Маше отца, никогда ни в чем ей не отказывал и искренне любил девочку.
***
Через неделю Ольга случайно встретила на рынке Светлану, двоюродную сестру своего бывшего мужа Виталия.
Они не общались много лет, но Светлана всегда была честной женщиной и к художествам брата относилась крайне критически.
— Оля, привет! — Светлана искренне улыбнулась и подошла ближе. — Как давно не виделись! Как Машенька?
— Привет, Свет, — вздохнула Ольга. — Маша нормально. Вот только...
Виталик объявился, играет роль любящего папы и дедушки.
Маша ему в рот заглядывает, а я места себе не нахожу.
Лицо Светланы мгновенно стало серьезным, она оглянулась по сторонам и понизила голос.
— Ой, Ольга, держи Машу от него подальше, если сможешь.
Виталька совсем покатился по наклонной. Пьет безбожно, из долгов не вылезает.
Его Тамара сейчас в больнице лежит, там дело плохо, операция нужна дорогая.
А дочки его от второго брака даже разговаривать с ним не хотят.
Сказали: «Ты всю жизнь на диване пролежал, ни копейки в дом не принес, теперь сам крутись».
Вот он и вспомнил, что у него Машка есть, да еще и при бизнесе.
— Я так и знала, — у Ольги сжалось сердце. — Но Маша мне не верит.
Говорит, что я во всем виновата, что я запрещала ему общаться, когда она маленькая была.
Она считает его святым!
— Какой там святой! — фыркнула Светлана. — Да он пальцем не пошевелил, чтобы ее найти, пока у самого хвост не прижало.
Ты Маше открой глаза-то, пусть не д..рит.
Он же из нее все деньги выкачает под соусом «на лечение мачехи» или «на развитие бизнеса».
— Да я пыталась поговорить, Света, но мы только ругаемся. Она слушать ничего не хочет.
— Ну, тогда жди, когда он сам себя проявит. А он проявит, уж поверь мне.
Ему деньги нужны срочно, кредиторы его со всех сторон зажали.
Слова Светланы только подтвердили самые худшие опасения Оли.
Возвращаясь домой, она приняла решение: действовать мягко, но держать ситуацию под контролем.
Она не станет устраивать скан..далы, но будет рядом, когда Маше понадобится помощь.
***
Спустя еще две недели Маша сама позвонила матери.
— Мам, привет, — негромко произнесла дочь. — Ты не могла бы сегодня приехать ко мне вечером?
Алиночку нужно искупать, а муж задерживается на работе.
И... папа тоже обещал зайти.
Хочу, чтобы мы все вместе посидели, как нормальная семья. Без обид и упреков.
Пожалуйста.
Ольга посмотрела на Игоря, который сидел рядом на диване и ободряюще кивал ей.
— Хорошо, Машенька, я приеду, — спокойно ответила Ольга. — Помогу с внучкой.
Когда Ольга приехала к Маше, Виталий уже был там.
Он сидел в гостиной, вальяжно развалившись в кресле, и пил чай из дорогой чашки.
На нем был чистый, но явно поношенный костюм, а от самого Виталия исходил едва уловимый, но отчетливый запах перегара, который он пытался замаскировать мятной жвачкой.
— О, Оленька, привет! — фальшиво-радостно воскликнул Виталий, приподнимаясь с кресла. — Сколько лет, сколько зим!
Какая ты стала... представительная.
А я вот внучку нянчу.
Машенька у нас такая умница, весь дом на ней!
Ольга холодно кивнула, проходя мимо него.
— Здравствуйте, Виталий. Маш, где Алина? Давай я займусь ребенком.
— Она в детской, мам, — Маша выглянула из кухни. — Иди, я сейчас ужин накрою.
Ольга провела в детской около часа, играя с маленькой Алиной и укладывая ее спать.
Из гостиной доносились приглушенные голоса Маши и Виталия.
Наконец, когда внучка уснула, Ольга тихо вышла в коридор и невольно остановилась у полуоткрытой двери гостиной.
— Машенька, солнце мое, ты же понимаешь, в каком я положении, — жалобно говорил Виталий. — Тамаре совсем плохо, врачи говорят, медлить нельзя.
Нужны очень дорогие лекарства, да и операцию в частной клинике предлагают сделать быстрее.
Мне буквально триста тысяч рублей нужно перехватить.
Я все отдам, как только мой проект с недвижимостью выгорит.
Буквально через пару месяцев.
— Пап, триста тысяч — это очень большая сумма, — растерянно бормотала Маша. — Мы сейчас с Денисом все свободные деньги вложили в оборудование для студии.
У нас нет такой суммы наличными.
— Ну как же нет, Маш? — на секунду Виталий выпал из образа. — Ты же хозяйка студии!
У тебя постоянные клиенты, заказы.
Неужели ты для родного отца, для своей семьи не можешь найти денег?
Тамара ведь тебе не чужая, она всегда о тебе расспрашивала. Да и мне каково смотреть на ее мучения?
Если ты мне не поможешь, мне придется квартиру заложить.
Ты этого хочешь? Чтобы твой отец на улице остался?
— Нет, конечно, пап, — Маша заметно занервничала. — Но мне нужно с Денисом посоветоваться. Это ведь наши общие семейные деньги.
— Зачем с Денисом? — Виталий отмахнулся. — Мужчины этого не понимают.
Ты же сама зарабатываешь! Переведи мне со своего рабочего счета, делов-то на пять минут.
А Денису потом скажешь, если спросит.
Машенька, ну пожалуйста. Я ведь твой отец.
Я столько лет не мог быть рядом, а сейчас, когда мы наконец воссоединились, ты мне отказываешь в самый трудный момент?
Ольга решила, что пора вмешаться.
— Виталя, а какой именно проект с недвижимостью у тебя должен выгореть? — входя в комнату, громко спросила она. — Ты кому брешешь?
Виталий мгновенно побледнел, его глаза забегали, а добродушная маска любящего отца начала стремительно сползать с лица.
— Ольга, не лезь не в свое дело! — грубо огрызнулся он. — Мы с дочерью разговариваем.
Твое мнение здесь никого не интересует.
— Мам, прекрати! — Маша вскочила со стула. — Зачем ты опять начинаешь?
Ты вечно все портишь! Тебе просто завидно, что папа ко мне вернулся!
— Маша, открой глаза! — Ольга повернулась к дочери. — Ему не ты нужна, ему твои деньги нужны!
Твоя тетя Света, его сестра, рассказала мне всю правду.
Он погряз в долгах, его выгнали с работы.
Его собственные дочери от второго брака знать его не хотят, потому что он всю жизнь сидел у них на шее!
И Тамара его заболела, это правда, но он ни копейки на ее лечение сам не заработал.
Он пришел к тебе, потому что больше никто в этом городе не соглашается давать ему в долг!
— Это вранье! — закричал Виталий. — Светка всегда меня ненавидела!
Маша, не слушай эту злобную ба..бу! Она всю жизнь мне завидовала, разрушила нашу семью, а теперь и наши с тобой отношения хочет уничтожить!
— Разрушила семью? — Ольга горько усмехнулась. — Я разрушила?
Когда ты ушел к другой женщине, оставив меня с ребенком на руках и без копейки денег?
Когда я на трех работах разрывалась, чтобы Машу прокормить, пока ты алименты скрывал?
Маша, спроси у своего «любящего» папы, почему он не искал встречи с тобой все эти годы?
Почему не пришел на твой выпускной?
Почему не поздравил со свадьбой?
Маша переводила растерянный взгляд с матери на отца.
— Пап... это правда? — тихо спросила она. — Ты действительно не искал меня все эти годы? Ты же говорил, что мама не давала…
— Машенька, ну что ты слушаешь эту истеричку! — залебезил папаша. — Ну были трудности, не было у меня на тебя времени.
Но я ж тебя люблю! Ты моя единственная надежда!
Мне нужны эти деньги, Маша! Срочно!
Мне кредиторы житья не дают, они мне угрожают!
Понимаешь ты это своими к..риными мозгами или нет?!
Маша наконец-то «прозрела».
Перед ней был не благородный, несправедливо обиженный судьбой отец, а опустившийся, агрессивный мужчина, который пришел исключительно ради собственной выгоды и мгновенно перешел на оскорбления, как только его прижали к стенке.
— Что ты сейчас сказал? «К..риными мозгами»?
То есть... мама была права? Тебе просто нужны были мои деньги?
— Да пошли вы все! — заорал Виталий. — Связался на свою голову с неблагодарной де..вкой!
Да если бы не я, тебя бы вообще на свете не было!
Ты обязана мне помочь! Слышишь? Обязана по закону!
Я на алименты подам, будешь мне до конца жизни платить, раз сейчас добровольно помочь не хочешь!
— Уходи, — велела Маша отцу. — Уходи из моего дома. Чтобы я тебя здесь больше никогда не видела!
— Да и пожалуйста! — злобно бросил Виталий, хватая свою куртку. — Пожалеете еще! Приползете на коленях, да поздно будет!
Нерадивый папаша ушел, а Маша бросилась просить у мамы прощения. За то, что не поверила, обвинила отчима во всех гре.хах…
Стыдно ей было неимоверно.
***
Виталий, оставшись без поддержки дочерей и погрязнув в долгах, лишился своей доли в квартире и теперь ведет маргинальный образ жизни, продолжая жаловаться случайным собутыльникам на «неблагодарных детей».
Маша же полностью прекратила любые контакты с биологическим отцом.
Перед отчимом извинилась, и Игорь ее простил. Потому что иначе просто не мог.