Если бы наш мир был устроен хотя бы относительно нормально, в нем преобладала бы простая и естественная истина: «все люди — братья». В нормальном, неискаженном обществе искренний интерес к незнакомцу, теплота и открытость были бы единственной адекватной реакцией на проявление человечности.
Но мы живем в реальности, которая устроена с точностью до наоборот. Весомая часть великих писателей-классиков, мыслителей и поэтов — людей, которых мы сегодня боготворим и цитируем, — проходили один и тот же круговорот разочарования. Лет до 35–40 они честно обивали пороги различных «культурных клубов», пытались встроиться в круги общества (а точнее — ада) и заглядывали буквально в каждую социальную сферу. А затем такие титаны, как Джек Лондон или Владимир Маяковский, неизбежно убеждались в одном: человеческий социум — это просто зверинец, который искусно имитирует подлинные чувства, копирует смыслы и косплеит разум.
И пока на словах в обществе транслируется романтическое «надежды юношей питают», на деле разворачивается жестокий и абсурдный сценарий.
Ловушка для искренности: почему здоровые люди вызывают скуку
Сценарий этот до боли знаком каждому целостному человеку. Молодой, культурный, поэтичный и здоровый парень лет с двадцати ищет даму сердца — искренне, без шкурного прагматизма, с готовностью любить и созидать. Но вместо ответного тепла он из года в год сталкивается с душным, чисто животным отпором. Лютый эгоцентризм, стандартные холодные отписки и тотальное непонимание женщинами своих собственных чувств. Юноше исполняется 25, 30 лет, но декорации не меняются.
При этом вокруг него разворачивается парадоксальная картина, напоминающая бал сатаны:
- У каждого клинического психопата — по верной девушке.
- У каждого нарцисса — послушный гарем.
- За холодным, эмоционально избегающим персонажем бегают сразу три кандидатки на его ледяное сердце.
Вся эта упоротая толпа годами отрабатывает свои детские психологические травмы, маниакально подыскивая партнеров, похожих на их деструктивных, холодных родителей. И на этом фоне веселый, открытый, эмпатичный человек вызывает у них лишь глухую скуку, безразличие или раздражение из-за отсутствия «финансовой заинтересованности».
Вместо того чтобы в 20 лет жениться по взаимной любви, вместе строить бизнес, развивать связи и уехать жить в цивилизованную страну — например, в Голландию, страну тюльпанов, или в Норвегию, к величественным фьордам и прибрежным скалам, — молодой человек вынужден годами наблюдать, как очередная «прекрасная дева» всеми силами своего эгоцентризма отбрыкивается от него. И тут же, словно верная слуга тьмы, бросается на амбразуру ради дисфункционального манипулятора.
Кривое зеркало отношений и противоестественный отбор
Если посмотреть на статистику, становится очевидно, что вся эта суета лишена всякого смысла. Большинство вокруг гордо заявляют, что они «в отношениях» или «замужем». Но 95% таких пар в итоге расстаются, а статистика разводов стабильно держится на катастрофической отметке в 80–85%. Они строят отношения непонятно с кем и непонятно ради чего. Достичь понимания, чтобы леди по умолчанию оставалась леди — то есть была открыта целостным, творческим, харизматичным людям и не вступала в деструктивные союзы, — в современных реалиях практически невозможно.
На уровне подсознания любого нормального человека эта ситуация вызывает закономерный гнев:
По логике вещей, у эгоистичных шкур, мудаков и прочих эмоциональных паразитов вообще не должно быть никаких отношений. Они не должны оставлять потомства, чтобы Земля наконец очистилась и дышать стало легче всем. А человек, который всю жизнь рефлексировал, искал подлинные смыслы бытия и хранил тепло, как раз достоин доверительных, близких отношений — или хотя бы честной, открытой дружбы.
Но система работает с точностью до наоборот. Стоит на горизонте появиться жуликоватому, холодному подлецу, как дева с нарциссической акцентуацией моментально включает режим «спасательницы». Она начинает его залюбливать, отогревать, свято верить, что он «обязательно исправится». И одновременно с этим она с легкостью сливает, утилизирует и вышвыривает из своей жизни редких, теплых и подлинных людей.
И это приводит в бешенство. Человек годами ждет от общества банальной осознанности и понимания, что именно он, как носитель созидательного начала, достоин любви, а не левый проходимец. Но сброд не любит эмпатичных парней с самого детства — со двора, детского сада и школьной скамьи. И в этом нет никакой мистики.
Диагноз от Карла Юнга: почему индивидуация делает вас врагом
Первым, кто научно объяснил этот феномен, был великий психиатр Карл Густав Юнг. Он наглядно показал, почему глубоко нездоровые, дисфункциональные системы способны так эффективно выживать, кооперироваться и разрастаться до масштабов огромных предприятий или целых государств.
Как только нормальный человек проходит тяжелый путь индивидуации — обретает свою истинную Самость, интегрирует Тень и становится подлинной, зрелой личностью, которая видит мир без иллюзий, — он мгновенно начинает вызывать отторжение у 95% окружающих. Почему? Потому что подавляющее большинство живет шкурной, полуживотной жизнью обывателей. Их цель — мелкая выгода, безопасный комфорт и манипуляции ради избавления от всего, что нарушает их сон.
Для нашего милого, эгоцентричного обывателя «неудобными людьми» и главными врагами становятся вовсе не нарциссы или психопаты. Врагами всегда оказываются Лермонтовы, Пушкины и Маяковские. Они говорят слишком сложным языком, мешают жить понятными животными инстинктами и создают невыносимый когнитивный диссонанс в их тесном мирке. Они — бельмо на глазу у серой массы.
Стая спасает своего представителя
Современная женщина, крутящая романы с персонажами животного типа ради «безопасности» и стабильности на работе, никогда не признается себе, что в этот момент она предает всё самое чистое и искреннее. В её логике нет понимания того, что она ведет пещерный образ жизни.
И эта духовная нищета рождает чудовищные двойные стандарты:
- Если нужно «спасти» Маяковского или Джека Лондона — общество брезгливо отправляет его к психологу с напутствием: «Полечись, парень, тебе тут никто ничего не должен». Психологическая индустрия быстро объяснит поэту, что его глубина — это его личная проблема, и научит его быть «удобным» и серым.
- Если нужно спасти шкурного, холодного, избегающего дядю с зеленой бутылочкой алкоголя в руке — его бросаются спасать всемером. Его отогревают, оправдывают его скотство, а затем бережно тащат к себе в постель.
И в этом кроется главный закон социума: стая всегда спасает только представителя своей стаи. Для этого биоценоза жуликоватый эгоист понятен, предсказуем и является своим. А Человек с большой буквы — носитель духа, осознанности и подлинной эмпатии — воспринимается стаей как чужеродная, опасная и глубоко враждебная форма жизни, которую нужно либо переделать под общий шаблон, либо уничтожить.