Откройте шкаф, возьмите две рубашки – свою и партнёра – и положите их рядом. Застёжки смотрят в разные стороны. И так уже лет сто пятьдесят минимум. Самое смешное: никто из ныне живущих точно не знает, почему.
Я думала, что это какая-то ерунда из разряда «всегда так было». Полезла читать – оказалось, у этой бытовой мелочи есть свой клуб серьёзных исследователей. Историки моды из Гарварда, авторы книг про мужской гардероб, антропологи XIX века. И ни один из них не может дать окончательного ответа. Зато версий собрано пять, и все звучат правдоподобно. Расскажу по порядку – от самой убедительной до самой обидной.
Сначала суть
Чтобы было понятно, о чём вообще речь. На мужской рубашке пуговицы пришиты к правой полочке (половинка переда рубашки/жакета), а петли – к левой. Когда вы застёгиваете, левая сторона ложится поверх правой. Удобно правше: правой рукой берёте пуговицу, левой держите петлю.
На женской рубашке всё ровно наоборот. Пуговицы – слева, петли – справа. Правая полочка ложится поверх левой. Правше неудобно.
И вот тут начинается интересное. Праворуких в мире около 90%. Женщин среди них не меньше, чем мужчин – даже чуть-чуть больше, по данным современных исследований. Логично было бы и женские пуговицы пришивать справа. Но нет.
Версия 1. Служанка-правша
Самая популярная и спокойная версия. Её охотно повторяют историки моды и дизайнеры.
Пуговицы в Европе вошли в обиход примерно в XIII веке. И это была дорогая, статусная штука. Носить рубашку или платье на пуговицах могли только состоятельные люди. А состоятельная женщина в те времена сама не одевалась. Сама – это моветон. У неё была горничная, камеристка или служанка, в зависимости от века и страны.
И вот тут включается простая логика. Служанка – тоже правша, как и большинство людей. Стоит она напротив госпожи. Если пуговицы пришить как на мужской рубашке, служанке придётся тянуться левой рукой через корпус. Неудобно. А если зеркально – правая рука горничной попадает ровно на пуговицы. Быстро, ловко, госпожа не нервничает.
Мужчины же, даже самые знатные, одевались чаще сами. Камердинер помогал с сапогами или фраком, но рубашку господин застёгивал лично. Поэтому пуговицы остались «под правую руку».
И всё бы хорошо, если бы не одна нестыковка. Пуговицы на женской рубашке как массовое явление появились только в 1860-х годах. А служанок как объяснение нам предлагают применительно к Средневековью – XIII–XIV векам. Получается, традиция родилась за пятьсот лет до того, как появился сам предмет, на котором она должна была закрепиться.
Историки моды выкручиваются так: рубашка просто унаследовала расположение пуговиц с того, что носили раньше – с платьев, корсажей, верхней одежды. Возможно. Но это уже не объяснение, а гипотеза поверх гипотезы: чтобы поверить в «служаночную» версию, надо сначала поверить, что и на средневековых платьях пуговицы располагались по тому же принципу – а с этим как раз сложнее всего.
Версия 2. Меч в правой руке
Эту версию любят повторять мужские журналы и сайты про моду. Логика такая. Джентльмен носил меч на левом боку – чтобы выхватывать его правой рукой. Если камзол застёгивается справа налево, то есть как на современной женской рубашке, рукоять меча цепляется за полу. Серьёзный фехтовальщик такого не потерпит. Поэтому мужская одежда застёгивается слева направо – чтобы пола откидывалась в правильную сторону, и оружие выходило без сопротивления.
Со временем мечи ушли. А привычка осталась. Когда в XIX веке появились пиджаки и сорочки в современном виде, портные сохранили традицию, перешедшую от военной формы.
К этой же версии примыкает теория про спрятанный пистолет. В XVIII–XIX веках состоятельные мужчины часто носили небольшое оружие за пазухой. Доставать его удобнее правой рукой, скользя между полами справа налево.
Историк моды Хлоя Чейпин из Гарварда формулирует осторожнее. Она говорит, что многие элементы мужской моды действительно тянутся из военной формы, и доступ к оружию был важнее всего остального. Но привязывать конкретно пуговицы к конкретному мечу – натяжка. Пуговицы на рубашках в массовом виде появились намного позже эпохи дуэлей.
Версия 3. Виноват Наполеон
А вот эта история бродит по интернету в десятках пересказов и обычно выглядит так. Наполеон, мол, не любил, когда его передразнивают. А передразнивали часто – особенно ту самую позу с рукой за лацканом. Дамы при дворе якобы изображали императора, прятали ладонь за корсаж и хихикали. Наполеон рассердился и приказал перешить женские застёжки на другую сторону – чтобы повторить жест стало неудобно.
Звучит красиво. Но это байка.
С Наполеоном связано множество легенд про одежду. Но ни в указах императора, ни в воспоминаниях современников, ни в дневниках портных нет ничего о таком распоряжении. Это позднейшая выдумка, скорее всего XX века, которая хорошо ложится на ухо и поэтому пересказывается снова и снова.
Так что Наполеона из списка вычёркиваем. Он, возможно, во многом виноват перед Европой, но в пуговицах – нет.
Версия 4. Чтобы кормить ребёнка
Логика такая. Женщине удобнее держать младенца на левой руке – правая, рабочая, остаётся свободной. Антропологи действительно фиксируют эту закономерность: большинство женщин-правшей инстинктивно прижимают ребёнка именно слева.
Правая рука у матери остаётся свободной. И если пуговицы на её рубашке пришиты слева, она может одной правой рукой расстегнуть лиф и приложить ребёнка к груди. Не дёргая малыша, не перекладывая его с руки на руку.
Версия трогательная и интуитивно понятная. Слабое место – такое же, как у первой. Современная рубашка с пуговицами – дитя XIX века. А кормили грудью женщины и раньше. Если бы расположение пуговиц действительно диктовалось материнством, оно закрепилось бы намного раньше и на других видах одежды – но там никакой строгой системы нет.
Тем не менее в списке версий она держится прочно. Хотя бы потому, что красивая.
Версия 5. Чтобы было видно: ты – женщина
Самая неприятная теория. И, возможно, самая близкая к правде – по крайней мере, для эпохи XIX века, когда пуговицы на женской рубашке стали обычным делом.
Хлоя Чейпин из Гарварда обращает внимание на любопытную вещь. В 1880-е годы в моде у женщин был «маскулинный» стиль: жакеты, рубашки, галстуки – всё, что раньше считалось мужским гардеробом. При этом во многих странах и городах за публичное переодевание в мужскую одежду женщину могли арестовать. Закон был серьёзный, не шуточный.
И вот зеркальное расположение застёжки, по мнению Чейпин, могло служить своеобразной юридической лазейкой. Внешне жакет похож на мужской – но пуговицы пришиты на другую сторону, значит, формально это всё-таки женская вещь. Носи – и не нарушай закон.
А в 1894 году британский исследователь Хэвлок Эллис в книге «Man and Woman: A Study of Secondary and Tertiary Sexual Characters» («Мужчина и женщина: исследование вторичных и третичных половых признаков») высказал ещё более прямолинейную идею. Женские пуговицы пришивают зеркально, чтобы подчеркнуть: женщина слабее мужчины, у неё «меньше точности и быстроты движений», ей сложнее одеваться, и пусть это будет заметно прямо в крое.
Сегодня такое читать неприятно. Но Эллис писал это совершенно всерьёз, и его книгу читали в Европе и Америке как современную научную работу. И, возможно, как раз эта идея – о «знаке отличия» – помогла закрепить традицию, которая иначе давно бы исчезла.
Так почему до сих пор не поменяли?
Самый честный ответ звучит скучно: потому что привычка.
Вспомните правило «помехи справа». Оно действует и в России, и в Британии, и в Японии – везде одинаково, хотя движение в этих странах разное. Изначально это правило придумали для левостороннего движения: водитель сидит справа, помеха справа – у него под боком, логично. Когда в начале XX века принимали международную конвенцию, страны с правосторонним движением просто согласились с уже готовой формулировкой – менять не стали. Россия подписала и закрепила: машин в стране почти не было, спорить было не о чем. С тех пор прошло больше ста лет. Автомобилей миллионы. Правило живёт. Просто потому, что один раз записали – и переучивать теперь всех дороже, чем оставить как есть.
С пуговицами история ровно такая же. Мужчины не носят мечей. Женщины давно одеваются сами. Грудью кормят без оглядки на крой блузки. Технически перенести застёжку на другую сторону – вопрос одного решения на фабрике. Но покупатели не требуют, производители не предлагают, и зеркальная традиция спокойно дожила до 2026 года.
Хотя кое-что сдвигается. У молодых унисекс-брендов всё чаще встречаются рубашки и блузки с одинаковой «мужской» застёжкой. Левшам, кстати, такие удобнее независимо от пола. Так что какие-то трещины в вековой привычке уже есть.
А вы когда-нибудь задумывались, насколько вам реально удобно или неудобно с текущим расположением пуговиц? Может, всю жизнь застёгивали на автомате и даже не задавались вопросом – а что, если бы было иначе?