Его путь.
«Мужчина, Вам сейчас выдадут зонтик.
А что, ожидается дождь?
Да, ожидается ливень. Через пятнадцать минут доктор оповестит Вашу семью…»
Вспышки ламп в АРО, отрывистые команды врачей, невыносимый писк звуковых тревог приборов и аппаратов – все это вдруг начало стремительно отдаляться…
Мужчина неопределенного возраста стоял по середине бесконечного и темного коридора, растерянно смотря по сторонам. Ему не было страшно. Скорее любопытно, потому что он не ощущал боли. На левом глазу отсутствовала послеоперационная повязка, он мог видеть четко и ясно, без труда разглядывая мелкие детали. И самое главное, что он уверенно стоял на ногах, а тросточка в руках отсутствовала. «Со мной все хорошо» - подумал мужчина. Он обернулся и увидел себя со стороны. Вернее свое земное тело. Попытался сделать шаг назад, чтоб протянуть к нему руку, но пальцы прошли сквозь воздух. Вернуться! Во что бы то ни стало вернуться туда, назад! Но непреклонная сила мягко оттолкнула его в сторону. «Твое земное время истекло» - прозвучал голос в голове мужчины. Он машинально посмотрел на левое запястье, где были его наручные часы. За чертой нашего мира время потеряло привычный ход, стрелки часов замерли, указав время смерти: 21:15.
Коридор тянулся в бесконечность. Его стены были сотканы из густого тумана, забытых воспоминаний, принятых решений, исполненных мечт и пройденных испытаний. Воздух был пропитан пронизывающей влагой – это плакали там… В оставленной жизни. Вот он, обещанный дождь из слез тех, кого он любил. Они просачивались сквозь невидимые перекрытия, обрушиваясь на мужчину тяжелыми горькими каплями, пропитывая его одежду тяжелой, липкой тоской. Вдруг из серой пелены, навстречу мужчине шагнула фигура. Неземное, невесомое создание молча протянуло мужчине старинную резную трость. В одно движение над его головой раскрылся широкий, спасательный купол от дождя. Слезы отчаяния с тихим звоном ударялись о черную шелковистую ткань, но ни одна из них не могла больше коснуться плеч мужчины. Он был укрыт от боли, получая право идти дальше. Неуязвим. Защищенный безмолвной заботой. Защищал, но не отгораживал от любви жены и двух дочерей.
Еще через мгновение рядом с мужчиной возникла другая фигура. Все такая же безмолвная, будто соткана из покоя и умиротворения. Его Ангел-хранитель. Оберегая, как и при жизни. Он указал путь, осветив его легким мерцанием. Вперед… Ангел шел впереди, чуть замедляя шаг, дав возможность мужчине заглянуть в зеркало его дома. Вот старшая дочь в последний раз гладит своему отцу белую рубашку. Младшая перебирает фотографии. Жена трепетно готовит поминальный обед - все его любимые блюда при жизни. Зажигают свечу и мужчина вдруг ощущает ее тепло.
Ему разрешают сделать подарок своим близким в последний раз… И он выбирает эликсир для их душ от боли, потери, тоски и печали. «Моим девочкам»…
Все эти 40 дней он был где-то рядом. Тихим эхом отзывался в шорохах дома, был лучиком от солнца, отражаясь в кружке с чаем. Был невидимым крылом, касаясь наших плеч, когда нам было особенно тяжело. Он учился быть душой, а мы учились жить без него, без его земного присутствия.
Коридор подошел к концу. Впереди белая дверь с серебряной ручкой. Новый мир. Где нет боли, печали и лишь бесконечный теплый свет.
Папа остановился у самого порога. Тот самый мужчина. Он сложил зонт. Обернулся. В последний раз посмотрел на нас, слегка улыбнулся… «Ну, все, мои девочки. Пока.» и сделал шаг в СВЕТ…
02.12.1963 – 21.04.2026