То, что в недавнем прошлом ребёнок «впитывал с молоком матери», было в своих основаниях здоровым с точки зрения запаха и вкуса. Натуральные запахи и вкусы позволяли детям за внешне видимым учиться распознавать то, что было глубинно сущностным, истинным. Как говорила знаменитая героиня русских народных сказок: «Здесь русским духом пахнет».
Стилистика еды многих современных детей – это стилистика «фастфуда». Когда мы спешно едим, то не даём себе шанса вкусить, что же именно мы едим. Таким же образом мы глотаем «безвкусную информацию», механически листая, скроля видеопродукцию социальных сетей. И также глотаем безвкусное подобие еды, которая должна обмануть нашу печень подсластителями, усилителями, красителями, ароматизаторами.
Неистинность еды тождественна неистинности образовательной продукции в школьных учебниках и тестах. Её пресность пытаются скрыть и взбодрить остротой стрессов ВПР, ОГЭ и ЭГЭ, а также увеличением скорости проглатывания учебного материала. В результате получаем «фастфудовское образование», лишённое вкуса и аромата, когда в образовательных скачках нет времени для послевкусия.
Потому детям нечего смаковать в школе, негде вбирать ароматы музыки, математики, истории. Потому и дети становятся пресными, потому они (особенно подростки) и ищут чего-нибудь остренького в жизни.
Привыкшее к фастфудовской безвкусице сегодняшнее поколение взрослых совершенно равнодушно (бездушно) вбирает в себя «ароматизаторы и вкусы, идентичные натуральным». Потому так легко воспринимается идея «цифрового образования», когда с экранов детям вещает учитель, как бы идентичный натуральному. Но как писал в своих стихах Н. Гумилёв: «Дурно пахнут мёртвые слова».
Особенное усердие у взрослых проявляется в том, чтобы сделать жизнь подрастающего поколения тотально сладостной. Это сразу закрывает путь к здоровой взрослой жизни, полной проблем и горечи, для преодоления которых требуется сильная воля, а не опыт растворения в сладостной эйфории ничегоделания.