Сегодня в ленте замаячил заголовок, который многие пролистнули, а зря. Президент России заявил, что РФ просит о скорейшем проведении референдума о будущем Армении: либо мы в Евразийском союзе (ЕАЭС), либо вы в Евросоюзе (ЕС).
На первый взгляд — жест доброй воли. Мол, мы за демократию, пусть народ сам решит свою судьбу. Но я предлагаю включить нашего фирменного «скептика» и посмотреть на эту «просьбу» под другим углом.
Словарный запас имеет значение
Обратите внимание на глагол «просит». В дипломатическом языке ядерной державы слово «просит» редко бывает синонимом «пожалуйста, если вам не трудно». Обычно это вежливая форма глагола «требует». Когда Москва «просит» определиться, это значит, что период стратегического терпения закончился. Игры в многовекторность, которые виртуозно вел Ереван последние годы, судя по всему, подходят к концу.
Почему именно сейчас?
Армения давно пытается усидеть на двух стульях. С одной стороны — безопасность и экономические преференции ЕАЭС. С другой — политические симпатии и гранты из Брюсселя. Но после недавнего охлаждения отношений с ОДКБ и намёков Пашиняна на то, что Россия «не помогла» в Карабахе, чаша весов, кажется, качнулась.
И вот здесь самое интересное. Москва не просто просит референдум. Она просит его скорейшего проведения. Это похоже на ультиматум с таймером. Пока Ереван раздумывает, не выйти ли из ОДКБ, и ведёт переговоры о безвизе с ЕС, ему говорят: «Хватит. Определяйся. Здесь и сейчас».
Свобода выбора или его иллюзия?
Давайте будем откровенны. Может ли Армения позволить себе выбрать ЕС? В условиях, когда её безопасность всё ещё критически зависит от российской военной базы в Гюмри, а экономика завязана на энергоносители и трансферты? Любой исход референдума, кроме «правильного», будет воспринят не как воля народа, а как недружественный шаг со всеми вытекающими для экономики и границ.
Этот референдум — он не про выбор пути. Он про демонстрацию лояльности. И просьба о его проведении — это не вопрос: «Чего вы хотите?». Это утверждение: «Мы должны знать, с кем вы, пока еще не поздно».
Вопрос к залу
Как вы думаете, это жест отчаяния союзника, который боится потерять последний форпост в Закавказье, или холодный расчёт прагматика, ставящего соседа перед фактом? И главное — есть ли у Еревана пространство для манёвра, или петля «суверенного выбора» уже затянута?
Делитесь мнением в комментариях. Только без истерик, давайте холодный анализ.
P.S. Пока все смотрели на заголовки про «сровнять с землёй», я решил копнуть тему, которая рисует контуры постконфликтного мира. О том, как нас медленно, но верно отрезают от привычного цифрового мира, читайте в моём Telegram, там я более резок: t.me/kaa_real