В мире активно набирает оборот тренд на так называемую суверенизацию интернета, или, простым языком, его гулагизацию. Возможность высказывать все, что вы думаете, надежно прячась за дефолтной аватаркой и вымышленным никнеймом, безопасно делать заявления, в том числе на политическую тематику, — кажется, такой интернет мы начинаем терять.
Согласно недавнему отчету международной организации Freedom House, лидером по строительству цифрового гулага сегодня является Мьянма. С 2021 года страна управляется военной хунтой, которая имеет полный контроль над всеми провайдерами, устраивает цифровые шатдауны и жестоко подавляет любое инакомыслие, чтобы скрывать систематические нарушения прав человека.
Сразу за Мьянмой идет Китай. Десятилетиями строившийся Великий китайский файрвол ныне представляет собой самую развитую модель государственного цифрового контроля. КНР давно заблокировала все западные платформы, которые не пошли на сделку. Государство цензурирует не только сам контент, но и алгоритмы социальных сетей, из-за чего любые материалы, противоречащие идеологии партии, резко теряют охваты. Фильтры цензуры затрагивают даже морально-нравственную сферу: под блокировку попадают блогеры, демонстрирующие роскошь и не слишком социалистический образ жизни, а также любой негативный контент вроде пожаров, ДТП и конфликтов.
Следующим в рейтинге самых несвободных интернетов идет Иран, где тотальный шатдаун и отсутствие доступа к сети могут длиться месяцами, из-за чего гражданам приходится покупать терминалы Starlink на черном рынке с огромной переплатой. После Ирана в списке располагается Россия. От почётного первого места с конца российский интернет пока отделяет отсутствие общенациональных длительных шатдаунов, а также то, что покупка Starlink или установка VPN по закону на данный момент не преследуются тюремными сроками. Однако у государства есть обыкновение увеличивать свой аппетит и масштабировать наглость, когда нет особого противодействия.
То, что происходит сегодня, было абсолютно предсказуемо еще в 2019 году, когда был подписан закон об обеспечении устойчивой работы российского сегмента интернета, ставший первым звоночком к тотальному вооружению Роскомнадзора. Исполнительная служба сейчас работает с огромной скоростью и остервенением: блокируются обходные пути, VPN-сервисы, вводятся белые списки, а местные приложения принуждают не впускать пользователей с включенным VPN. Похоже, что силовые ведомства, пользуясь околовоенной обстановкой, просто хотят подчинить себе интернет, пока это сделать максимально легко.
Тенденции к строительству цифрового гулага заметны и в либеральном мире. Если в авторитарных странах действуют грубо, топором, то в Европе по интернету работают аккуратненько и деликатно, словно новым скальпелем. Здесь все начинается не с прямых запретов, а с деанонимизации ради самых благих целей — например, защиты детей.
Целый ряд стран ЕС, а также Австралия и Новая Зеландия ввели законы, ограничивающие доступ в интернет несовершеннолетним. Чтобы зарегистрироваться в соцсети, родителям теперь приходится сканировать свое лицо. Интернет по паспорту практически наступил. При этом сами дети легко обходят ограничения через фейковые аккаунты, дропов или VPN, из-за чего евробюрократы уже начинают заявлять, что VPN вредит детям и его нужно ограничивать. Настоящая причина кроется не в заботе о подрастающем поколении, а в стремлении к тотальному контролю за людьми. Если бы политиков действительно беспокоило психологическое состояние детей, их алгоритмическая зависимость и тревожность, они бы занялись регулированием рекомендательных систем соцсетей, уничтожающих дофаминовую систему.
Да даже взять блокировку на Ютубе наших RT, Соловьева и т.д, это не есть хорошо. Нельзя считать одну пропаганду правильной, а другой нет. Конкуренция должна быть честной. Это то же самое если демократы в США, которые будут иметь большинство в конгрессе, заблокируют все что связано с республиканцами, той Америки уже не будет.
Возрастная верификация — это маленький монстрик, который со временем превратится в многоголовую гидру. Сначала идет борьба против анонимности, затем начнется давление на VPN-сервисы, следом — борьба с шифрованием в мессенджерах под предлогом защиты от мошенников, а в итоге от площадок потребуют регулировать рекомендации, как в Китае. В 2022 году Еврокомиссия уже предлагала инициативу по борьбе с материалами насилия над детьми, которая быстро получила в народе название «чат-контроль». Проект предполагал, что алгоритмы должны сканировать абсолютно все частные переписки граждан. Это вопиющая инициатива, полностью противоречащая строжайшему европейскому регламенту по защите персональных данных GDPR. И хотя Европарламент тогда проголосовал против, решение не было единогласным, а значит, попытки залезть людям в трусы продолжатся через новые поправки.
Многие либеральные политики смотрят на опыт блокировок и облизываются. Во Франции, Германии, Швейцарии и Люксембурге создаются национальные мессенджеры для госсектора. Пока их использование добровольно и касается только чиновников или военных, но у государств в любой момент может появиться удобный повод перевести туда всех остальных — например, защита демократических выборов от автократичных режимов, закупающих ботов для продвижения лояльных кандидатов. Ответное строительство цифровых заборов в перспективе приведет к уничтожению самого явления интернета как гигантской глобальной платформы для обмена опытом, знаниями и юмором.
В отчете Freedom House украинский интернет пока оценивается как частично свободный. Несмотря на военное положение, массовых блокировок внутри сети не наблюдается, забанен лишь ряд российских ресурсов, что обусловлено национальной безопасностью. Строительство суверенного интернета там толком не обсуждается, однако стратегически Украине совершенно не выгодно иметь рядом изолированную Северную Корею. Смысл любого закрытого интернета заключается в том, чтобы полностью исключить влияние на информационное поле извне, из-за чего население лишается возможности узнать правду и проверить факты, как это было в СССР. Тем не менее, на фоне внутренних политических дискуссий в Украине тоже звучат призывы к удушению условного Telegram, и идея захода в сеть через государственные цифровые сервисы уже не кажется фантастикой.
Демократические общества долгие годы смеялись над запретами в тоталитарном мире, но либеральный политический класс в это время учился на чужих ошибках, чтобы сделать контроль еще эффективнее. Тренд запущен, а остановить скатывающийся автомобиль гораздо легче в начале горы, чем в самом конце. Анонимность в интернете — это первая цель для политиков всех стран на ближайшие годы, и ее методично будут выдавливать под эгидой самых светлых идей.