Ох, как бы я хотела (ага, спустя два года творческого простоя, хоти дальше), чтобы этот обзор нашёл свою целевую аудиторию.
Но, как нас учат фильм «Обсессия», фильм «Обезьяна», «Исполнитель желаний» и, храни их господь, коучи по трансёрфингу и манифестациям, желания нужно формулировать максимально точно. Потому что иначе вселенная обязательно покажет, что без внятного ТЗ результат ХЗ.
Поэтому формулирую предельно конкретно: хочу, чтобы после прочтения этой статьи вы влепили мне хорошую оценку. А ещё лучше — остались в комментариях обсудить теории, отсылки, детали и пасхалки, которых в фильме оказалось неожиданно много.
О чём там вообще?
Беару нравится его коллега Никки. Она красивая, харизматичная, инициативная и легко располагает к себе людей. Сам Беар является её полной противоположностью. Он настолько робкий и нерешительный, что даже во время репетиции любовного признания перед друзьями не может связать и двух слов.
Однажды вечером Никки звонит ему и предлагает встретиться компанией в баре. Заодно она жалуется, что случайно уронила в слив свой амулет с камнем. На первый взгляд это кажется незначительной деталью, но позже становится понятно, что камень появился в сюжете далеко не случайно.
Решив, что судьба наконец подарила ему шанс сделать что-то приятное для девушки своей мечты, Беар по дороге заглядывает в эзотерическую лавку. Подходящего амулета там не оказывается, но его глаз падает на винтажную волшебную палочку. Если её сломать и загадать желание, оно обязательно исполнится. По крайней мере, так утверждает изготовитель.
Вот только вручить подарок или поговорить о своих чувствах Беару снова не удаётся. Сначала обстоятельства складываются не в его пользу, потом друзья постоянно оказываются рядом, а в решающий момент он и вовсе всё портит самостоятельно. Когда Никки напрямую спрашивает, нравится ли она ему, он заявляет, что они просто хорошие друзья. Особенно болезненно это звучит потому, что вскоре выясняется: Никки увольняется и другого удобного момента уже может не представиться.
Тогда Беар идёт на крайние меры. Он ломает волшебную палочку и загадывает желание: «Хочу, чтобы Никки любила меня больше всего на свете».
Желание исполняется моментально, вот только не совсем так, как это обычно происходит в романтических комедиях. Никки действительно начинает любить его больше всего на свете. Буквально. Очень скоро эта любовь превращается в навязчивую идею, потом в одержимость, а затем и в настоящий кошмар, в котором становится страшно не только Беару, но и зрителям
Дальше предлагаю поговорить о темах, которые поднимаются в фильме. Будет много спойлеров, авторских домыслов и откровенной отсебятины, поэтому читайте на свой страх и риск.
«Когда ты в розовых очках, все красные флаги — это просто флаги»
Да, простите, но здесь как нельзя лучше подходит цитата из моего любимого «Коня БоДжека».
Когда заклятие начинает действовать на Никки, оно одновременно начинает действовать и на зрителя. Фильм буквально заставляет нас смотреть на происходящее глазами Беара и примерить те самые розовые очки, через которые любая проблема кажется незначительной, если рядом наконец оказался человек, о котором ты давно мечтал.
Сначала нам показывают только хорошие моменты под душевный инди-саундтрек. Вот они вместе готовят. Вот Никки лежит на кровати и бренчит на гитаре. Вот они читают книги и проводят время вдвоём. .
Ну подумаешь, после первого поцелуя девушка внезапно срывается и начинает кричать, что не понимает, что с ней происходит. Ну подумаешь, вместо фильма она весь вечер смотрит только на тебя. Ну подумаешь, достала твою мёртвую кошку из мусорного контейнера и устроила для неё алтарь. Просто небольшая странность. Небольшая чудинка. С кем не бывает?
Зато у них есть общие мемы. Хотя если заглянуть в телефон Никки, уже на этом этапе становится понятно, что поводов для улыбки здесь вообще-то нет.
Даже когда она делает откровенно жуткие вещи вроде бутерброда с кошатиной, Беар продолжает искать максимально мягкие формулировки и репетировать разговор о личных границах. Даже после сцены, где она среди ночи стоит в углу комнаты и рыдает из-за того, что любит его сильнее, чем он её, он в конечном итоге просто перекатывается на бочок и засыпает?!Я до сих пор не уверена, что меня сильнее смутило в этой сцене: сама Никки или реакция Беара на происходящее.
Кстати, если вам показалось, что её лицо в этот момент выглядит особенно жутко, то вам не показалось. Для фильма действительно использовали специальный макияж, создающий эффект «зловещей долины».
Думаю, это было сделано ещё и для того, чтобы визуально разделить настоящую Никки и её одержимую часть. Настоящая Никки выглядит измученной и загнанной в угол, тогда как заклятие всеми силами пытается скрыть её состояние и удержать красивую иллюзию, в том числе и при помощи вазы с искусственными цветами.
Идея обладания идеалом и дружелюбие, принятое за флирт
Ещё до появления магии фильм показывает очень важную вещь: Беар влюблён вовсе не в настоящую Никки. Он любуется её страницей в соцсетях, наблюдает за тем, как она помогает бездомному, радуется разговорам на работе и искренне считает её идеальной девушкой. Проблема лишь в том, что он почти ничего не знает о ней как о человеке.
О том, что она давно не общается с отцом, Беар узнаёт от Иэна. О том, что между Иэном и Никки долгое время существовали отношения формата «друзья с привилегиями», ему рассказывает Сара. И чем больше информации открывается зрителю, тем заметнее становится разница между настоящей Никки и образом, который существует в голове Беара.
Да, Никки была с ним добра. Да, она по-дружески подшучивала над ним и делилась своими переживаниями. Иногда она даже невольно подпитывала его самооценку фразами вроде «только с тобой я могу поговорить об этом». Но проблема в том, что Беар практически не слышал того, что она пыталась сказать.
В одной из сцен Никки рассказывает ему о своём творчестве и о том, что пишет историю о любви. В ответ Беар тут же спрашивает, любовный ли это роман. Никки это огорчает, потому что ему даже не приходит в голову, что любовь бывает дружеской, семейной, платонической или какой-то ещё. Для него любовь существует только в одном формате, и именно поэтому он постоянно интерпретирует дружелюбие Никки как романтический интерес.
На протяжении всего фильма складывается ощущение, что Никки никогда не воспринимала Беара как потенциального партнёра. Скорее как младшего брата или очень близкого друга. На это намекает Сара. На это намекает сама Никки. И особенно хорошо это видно в сказке, которую она рассказывает друзьям, когда её настоящая личность на короткое время начинает пробиваться сквозь действие заклятия.
Сказка про Гензеля и Гретель
При первом просмотре эта сцена показалась мне абсолютно нелепой. Никки внезапно начинает рассказывать свою странную версию сказки про Гензеля и Гретель. Казалось бы, причём здесь вообще дети, ведьмы и пряничные домики?
А потом до меня дошло. В оригинальной сказке Гензель и Гретель были братом и сестрой. В версии Никки всё меняется. Её Гретель готова на всё, чтобы Гензель полюбил её, а сама любовь возникает неестественным образом — благодаря магическому вмешательству ивовой веточки.
По сути, Никки пересказывает собственную историю. Только делает это единственным способом, который у неё ещё остаётся. Настоящая Никки уже практически не может напрямую влиять на происходящее, поэтому пытается говорить намёками. И тут же у неё случается очередной прорыв наружу.
На протяжении всего фильма зритель вместе с персонажами постоянно игнорирует её попытки достучаться до окружающих. И эта сцена ничем не отличается от остальных. Никки буквально говорит людям, что с ней происходит что-то ужасное, что ей нужна помощь, но окружающие воспринимают это как очередной заскок.
Почему Никки показалась такой знакомой многим зрителям?
Практически сразу после выхода фильма TikTok заполнили мемы, нарезки сцен и обсуждения персонажей. И довольно быстро стало заметно, что многие зрители увидели в Никки что-то болезненно узнаваемое.
Разумеется, фильм не ставит ей никаких диагнозов, да и делать подобные выводы по художественному персонажу было бы довольно странно. Но неудивительно, что многие начали проводить параллели с реальными людьми, склонными растворяться в отношениях, болезненно переживать дистанцию и строить всю свою жизнь вокруг одного человека.
Особенно интересно было читать комментарии девушек, которые признавались, что местами узнавали в Никки себя. Не в сценах с убийствами, разумеется, а в куда более бытовых и неприятных вещах. В попытках подстроиться под партнёра. В желании разделять все его интересы. В стремлении стать именно той версией девушки, которая понравится ему больше всего.
Вспомните, как после смерти Сары Никки копирует её внешний вид, рисует на себе похожие татуировки и даже пытается курить, хотя раньше это вообще не было частью её личности. Это выглядит одновременно жутко и трагично, потому что за всем этим легко увидеть человека, который настолько потерял собственное «я», что уже не понимает, где заканчиваются чужие желания и начинаются его собственные.
Наверное, именно поэтому фильм работает так хорошо. Под чудовищной гиперболой здесь скрывается вполне реальный человеческий страх — потерять себя ради любви.
«А что плохого в том, чтобы быть со мной?»
Да, сцена убийства Сары невероятно напряжённая. Да, проходка реверсом выглядит по-настоящему жутко. Да, лицо Никки в отдельных моментах способно обеспечить пару бессонных ночей особо впечатлительным зрителям.
Но самым страшным моментом фильма для меня всё равно остаётся совсем другая сцена.Настоящая Никки наконец получает возможность ненадолго вернуть контроль над собственным телом. Измученная, сломленная и доведённая до отчаяния, она просит Беара помочь ей избавиться от заклятия просто прикончив ее. И в ответ слышит:
«А что плохого в том, чтобы быть со мной?»
На этом моменте у меня буквально отвисла челюсть. Потому что Беар даже не пытается осознать масштаб происходящего. Перед ним человек, который прямо говорит, что его лишили свободы воли. Человек, который месяцами наблюдал за происходящим изнутри собственного тела и ничего не мог изменить. Но в Беар слышит только отказ. Он не ужасается. Не чувствует вины. Он просто обижается.
И именно в этот момент становится окончательно понятно, что фильм никогда не был историей о любви. Это история о желании обладать.
Даже после звонка производителю волшебных палочек, где он фактически слышит агонию настоящей Никки, его первой мыслью становится не отмена желания и не попытка всё исправить.
Он хочет изменить формулировку. Не «пусть ничего этого не будет», а «пусть Никки любит меня как друга». И чем больше думаешь об этом, тем неприятнее становится. Особенно если вспомнить, что идея дружбы приходит ему в голову уже после того, как он узнаёт о прошлом Никки и Иэна.
Через весь фильм красной нитью проходит ещё одна тема — безответственность Беара.Когда кошка съедает таблетки, он задаётся вопросом, как она вообще смогла это сделать. Хотя очевидно, что проблема не в кошке. Это он оставил таблетки там, где животное могло до них добраться.
В финале фильм возвращает нас к камню тигрового глаза. Настоящая Никки носила его как защитный талисман, а затем передала Беару. Осознанно или нет, но это выглядит как символическая передача ответственности. Теперь её безопасность находится в его руках. И что он делает с этой ответственностью? Просто кладет на раковину, перед тем. как наглататься таблеток, оставляя волшебную палочку на столе.
Оставляет без присмотра буквально единственный предмет, способный изменить ситуацию рядом с отчаявшейся одержимой версией Никки. Результат оказывается предсказуемым - она загадывает зеркальное желание.
И вот тут, впервые за всё экранное время мы видим у Беара по-настоящему влюблённый взгляд. Не восторг обладателя приза, не удовлетворение исполненной фантазии, а именно любовь. Становится понятно, что до этого он не любил Никки вообще. Ему нравилось обладать ею, нравилось чувство собственной значимости рядом с девушкой, которую он считал недосягаемой, но не сама Никки.
Беар умирает ровно так же, как жил: оставляя последствия своих решений разгребать кому-то другому. Заклятие исчезает, в настоящая Никки наконец возвращает контроль над собственным телом. И остаётся одна среди руин чужих желаний. С тремя трупами, оружием в руках и жизнью, которую теперь придётся собирать заново по кусочкам.
И, если честно, после финальных титров мне было страшно именно за неё