Сознание от Вундта до Уотсона: четыре взгляда на одну загадку. Лекция 4

Краткий пересказ четвёртой лекции курса общей психологии (МГУ, 1997).

До философии был миф. В нём всё понятно: ударила молния - прогневался Зевс. Споткнулся - божество наказало. Но философ рискнул спросить: "А почему вообще в мире что-то есть? Почему есть добро, честь, совесть?" И ответил по-своему - через разумный смысл, логос. Философия - не частная наука вроде физики или биологии; она задаёт условия возникновения и язык наук. Психология, выросшая на пересечении философии, физиологии и психофизики, начала искать не "почему?", а "как?" - и уткнулась в главный вопрос: можно ли количественно оценить объём сознания? Вундт попытался экспериментально оценить объём сознания - косвенно, через психофизические процедуры с метрономом.

Одно и то же сознание Вундт измерял метрономом, Джемс отпускал в поток, гештальтисты собирали в целое, а Уотсон вычеркнул из науки, и все четыре взгляда до сих пор спорят, не в силах отменить друг друга.

Кстати, философский взгляд полезен и в быту. Увидит философ надпись "МММ - нет проблем" и спросит: у кого нет проблем? У того, кто верит в духов. А очередь за ваучерами? У людей есть какие-то бумажки, но понятия о деньгах у них нет. Они хотят жить вчера. Так философ предупреждает - не лишитесь того, что имеете.

Вундт и его метроном: как измерить поле сознания

Вильгельм Вундт в Лейпциге строил психологию по образцу естественных наук. Ему нужны были элементы. Сознание он описывал по аналогии с полем зрения - с фокусом и периферией. Его ученик Эдвард Титченер превратил эту метафору в трёхмерную модель - "волну внимания". Если сознание смотрит на предмет, оно подобно взгляду на шляпу-цилиндр: вид сверху даёт поле с центром и периферией, а вид сбоку - ступеньку. Высота этой ступеньки и есть ясность и отчётливость элементов в фокусе.

Объём сознания - количество связанных элементов, которое испытуемый воспринимает как целое. Вундт предъявлял наборы ударов метронома, начиная с 16 (8 пар), и просил сравнить: этот ряд больше, меньше или равен предыдущему? Экспериментально полученный объём сознания имел большой разброс - от 16 до 40 простых впечатлений (ударов). Разброс большой, потому что люди группируют удары по-своему: для одного единица - пара, для другого - четвёрка.

В центре сознания - поле внимания. Здесь элементы становятся ясными и отчётливыми. Ясность - это нахождение элемента в поле внимания, его чувственная чёткость, фиксируемая в интроспективном отчёте (не путать с познавательной ясностью). Отчётливость - это расчленённость содержания, способность различать соседние элементы, например, отдельные буквы в слове.

Объём внимания - около 4-6 элементов. Для внимания предел был заметно меньше, для сознания - шире. Речь не о "ячейках памяти", а о текущей ясности восприятия. Мест больше не сделать, но на каждом месте можно образовать другую единицу, группируя элементы через ассоциации: пространственные, временные, смысловые, по сходству или контрасту.

Сознание не статично. В нём действуют силы. Внешняя граница объёма сознания - за ней то, что мы не воспринимаем. На периферии действуют перцептивные силы: если что-то привлекает внимание - переходит границу. На внутренней границе - апперцептивные силы. Апперцепция - процесс, в результате которого элементы становятся ясными и отчётливыми (внимание как процесс), а единицы сознания укрупняются.

Опыт с немецким словом. Берут длинное немецкое слово - больше 6, а то и 10-12 букв. Испытуемый пытается последовательно удерживать и различать отдельные буквы. Объём внимания переполняется: последняя буква вытесняет первую. И вдруг испытуемый понимает, что это не набор букв, а слово. В этот момент все элементы собираются в центре - апперцепция объединила элементы в новую единицу. Субъективно: сначала лёгкое неудовольствие, потом чувство усилия, деятельности.

Вундт предъявлял ряды ударов и просил сравнить, а попутно обнаружил, что сознание похоже на поле зрения с фокусом и периферией, и объём этого фокуса — те самые 4-6 элементов, которые мы удерживаем ясными.

Джемс и поток без знаков препинания: почему сознание не остановить

Уильям Джемс, посетив лабораторию Вундта в Лейпциге, способствовал становлению американской экспериментальной психологии, организовав в Гарварде психологические занятия и лабораторную работу. Он взглянул на сознание иначе - как на процесс, и ввёл понятие "поток сознания". Даже когда человек не совершает усилий, что-то в нём течёт - остатки дневных впечатлений, воспоминания, планы.

Четыре свойства потока:

1. Индивидуальность. Каждое впечатление всегда окрашено личным отношением, существует только как часть моего сознания.
2. Непрерывность. Впечатления не разделены, одно набегает на другое. Текст без знаков препинания - лучший образ.
3. Неповторимость. Даже повторное впечатление попадает в новый контекст. Нельзя дважды войти в одну и ту же реку.
4. Избирательность. Более сильные впечатления задают направление потоку. Сегодня это называют селекцией, или избирательностью, внимания.

Модель Джемса - ручей, который сам прокладывает русло. Литература быстро подхватила эту идею. Джеймс Джойс в "Улиссе" попытался описать этот поток: последний эпизод - внутренняя речь засыпающей женщины, текст без знаков препинания. Вот как передаётся непрерывность.

Джемс увидел сознание не как структуру, а как поток — индивидуальный, непрерывный, неповторимый, и текст без знаков препинания, который позже подхватил Джойс в "Улиссе", и есть лучший образ этой идеи.

Фи-феномен и инсайт: когда целое больше суммы частей

Ассоцианистские модели сознания часто трактовали целое как сумму частей. Но в 1912 году Макс Вертгеймер, купив в детском магазине стробоскоп, показал иное. Он исследовал психологическую технику кино.

Фи-феномен. В темноте попеременно зажигаются две точки. При большом интервале (200 мс) видно две точки. При очень малом (30 мс) - две непрерывно горящие. А при промежуточном (50-100 мс) испытуемый видит одну движущуюся точку. Чистое движение - новое качество, не сводимое к простому сложению двух точек. Это гештальт - феномен, обладающий особым качеством по сравнению с суммой своих частей.

В повседневном восприятии мы обычно имеем дело с целостными образами, а не с отдельными элементами - фигурой и фоном.

Вольфганг Кёлер ввёл понятие инсайт. Во время Первой мировой войны Кёлер изучал шимпанзе на острове Тенерифе. Опыт: банан за решёткой, лапой не достать. В вольере есть палка. Три стадии: беспорядочная активность, бездействие (рассматривание), внезапно - инсайт: животное хватает палку и достаёт банан. Инсайт - не описание внутреннего переживания, а принцип организации проблемной ситуации: целостное усмотрение решения, когда части вдруг складываются в структуру, позволяющую устранить конфликт.

Кёлер описал "хорошую ошибку". Если палку, которой шимпанзе только что успешно достал банан, убрать, он не впадает в ступор. Он начинает собирать мусор и подталкивать его к цели - это понимание без решения. И "глупого шимпанзе": решение без понимания. Он может имитировать действия умного сородича: мощно прыгает, строит пирамиду в стороне, но по-настоящему не понимает, зачем.

Кёлер наблюдал три стадии: беспорядочная активность, бездействие, и вдруг — инсайт, когда шимпанзе хватает палку и достаёт банан, и этот принцип целостного усмотрения решения гештальтисты применили к мышлению.

Кстати, это похоже на экзамен. Студент что-то читал, но материал непонятен. Преподаватель с натяжкой ставит тройку. А если есть понимание - это уже четвёрка. Пять - это когда уже понимание и знание деталей. И не надо отвечать на немой вопрос "За что тройка?" - студент скажет: "Я то же самое говорил", и ситуация будет похоже как у "глупого шимпанзе".

Вслед за Вертгеймером и Кёлером, изучавшими восприятие и мышление, идею гештальта подхватили практики. Фриц Перлз, основатель гештальттерапии, применил её к личности. Личность не сводится к сумме свойств. Важно жить "здесь и сейчас". Перлз предлагал практику: писать "Здесь и сейчас я..." - чтобы отследить, когда уходишь в прошлое или забегаешь в будущее. Перлз трактовал тревожность как необоснованное забегание вперёд, скованное дыхание. Как палец учителя медленно движется по журналу - и в классе тишина от тревоги. Зачем забегать вперёд? Спроси себя: "Где я?"

Фигура и фон. Обычно выделяется только фигура, фон не замечают. Перлз предлагал: если картина надоела, обведи её мысленно по контуру, представь фигуру фоном, а фон - фигурой. Тогда в фигуре может появиться новое. Ожидая автобус, не смотри только на автобус (фигуру) - наблюдай фон. От беспокойства автобус не приедет быстрее.

Титченер против Уотсона: почему интроспекция не наука

Аналитическая интроспекция (Титченер) в рамках структуралистской традиции требовала не называть предмет, а описывать чистые ощущения - избегать "ошибки стимула". Это позволило открыть свойства сознания, элементы, ассоциации.

Интерес к медитации неожиданно сделал некоторые интроспективные практики Титченера вновь понятными современному читателю. Долго рассматривая объект, можно начать замечать новые впечатления и наблюдать их по отдельности.

Ограничения метода:

• Можно наблюдать только себя. Титченер считал, что, изучив себя, можно подставить себя на место ребёнка или животного - но это сомнительно.
• Интроспекции надо учить, а обучение порождает разные навыки в разных школах (Вундт, Титченер, Джемс). Интроспекция бывает не только аналитической, но и систематической - испытуемый говорит то, что требует теория.
• Данные субъективны. Классики отвечали: метод объективен, поскольку позволяет количественную обработку и отвечает научным требованиям своего времени.

Именно здесь классическая психология сознания столкнулась со своей главной проблемой - как доказать, что её данные объективны.

Джон Уотсон нанёс главный удар. Он заявил: объективно только внешне наблюдаемое, повторяемое и фиксируемое прибором. Сознание этим требованиям не удовлетворяет. Уотсон предложил исключить сознание из науки и сделать предметом психологии поведение. В раннем бихевиоризме под удар попало не только сознание, но вообще весь язык внутренних психических состояний. Так родился бихевиоризм.

Как психология выжила после удара бихевиоризма

Первый ответ: объективно то, что можно наблюдать извне. Но поведение - слишком узко.

Второй ответ: объективны не сами наблюдаемые факты, а понятия, которые мы вводим для их объяснения. Мы не можем залезть в голову обезьяне и увидеть "инсайт". Но без этого понятия мы не объясним, почему она вдруг схватила палку. Объективность - в объяснительной силе.

Третий ответ: объективны такие сознательные представления, которые включены в практику, в реальную жизнь и нужны для её осуществления.

Исследовательская психология сознания, гештальт, поток Джемса, интроспекция - всё это не исчезло. Просто перестало быть единственной наукой. Сегодня мы можем выбирать: смотреть на сознание как на структуру, поток, гештальт или поведение - в зависимости от вопроса.

Сознание у разных школ оказалось разным — структурой, потоком, гештальтом, поведением, и психология XX века выросла не из согласия между ними, а из их конфликта, оставив нам не один ответ, а несколько способов спрашивать.

Сознание у разных школ оказалось разным: структурой, потоком, гештальтом, поведением. Психология XX века выросла не из согласия между этими школами, а из их конфликта.