Правительство доработало проект закона о регулировании искусственного интеллекта. Обсуждения официально завершены, и по предварительным планам закон должен вступить в силу 1 сентября 2027 года.
Честно признаться, первые версии документа вызывали у экспертов, мягко говоря, недоумение. Но после того, как в текст внесли 428 замечаний, он стал выглядеть гораздо адекватнее. Давайте разберемся, где разработчики пошли навстречу бизнесу, а где «цензурные» моменты все же остались.
1. «Скрепный» ИИ: цензура переезжает в подзаконные акты
Изначально авторы хотели жесткой локализации: модель должна создаваться только на территории РФ, только российскими гражданами и только на наших данных. Бизнес забил тревогу: это не только нереалистично технически, но и полностью отрезало бы наших разработчиков от мировых Open Source библиотек.
Что в итоге: требование полной локализации убрали. Теперь достаточно, чтобы разработчик был российским юрлицом. Однако идеологический фильтр никуда не делся — требование соответствовать «традиционным российским духовно-нравственным ценностям» осталось в силе. Правда, специальную «комиссию по ценностям» убрали, а механизм проверки «спустили» на уровень подзаконных актов.
2. Маркировка контента: победа здравого смысла
Первая редакция обязывала все соцсети и маркетплейсы проверять контент на наличие «ИИ-следов». Это был бы настоящий кошмар: автоматических детекторов со 100% точностью не существует, а ручная модерация миллионов постов привела бы к краху площадок.
Как договорились:
- Маркировать контент теперь обязан владелец ИИ-сервиса, а не площадка.
- Обязательна только «машиночитаемая» метка в метаданных.
- Плашки на видео или картинках ставятся по соглашению сторон, а не принудительно.
- Платформы просто предоставляют техническую возможность — и никакой ответственности за отсутствие меток.
3. Реестр «доверенных» моделей
Сначала пугали тем, что в госсекторе и критической инфраструктуре (КИИ) можно использовать только модели, прошедшие суровую проверку ФСБ и ФСТЭК. Для малого бизнеса это означало бы монополизацию рынка, так как сертификация — это очень долго и дорого.
Итог: требование смягчили. Оно касается только крупных фундаментальных моделей и только там, где речь идет об объектах КИИ госорганов, работе с гостайной или принятии автономных решений без человека.
4. Авторские права и «презумпция вины»
Разработчики ИИ вздохнули с облегчением по двум пунктам:
- Авторское право: Генеративный контент больше не приравнивают к человеческому творчеству.
А учить модели можно на открытых данных, при условии, что автор не поставил защиту от парсинга. - Ответственность: Ответственность за использование ИИ в незаконных целях размазывалась по всей цепочке: разработчик → оператор → владелец сервиса. Но после возмущений
«Если художник рисует карандашом запрещённый контент, создатель карандаша не отвечает. Почему с ИИ должно быть иначе?»
Формулировки исчезли и теперь если пользователь использовал нейросеть для нарушения закона, виноват пользователь, а не разработчик.
5. Право на отказ от ИИ
Изначально требовать общения «без нейросетей» можно было бы от любого маркетплейса. В финальной версии это право ограничили только государственными органами и МФЦ. Бизнес выдохнул: инновации не задушили, а права граждан в социальной сфере защитили.
Итог: Закон стал более логичным и, главное, выполнимым. Да, идеологические рамки остались, но в технических вопросах (ответственность, права, требования к площадкам) разработчики наконец-то услышали мнение экспертов.
Как считаете, такая модель регулирования поможет развитию российского ИИ или, наоборот, создаст лишние барьеры? Пишите в комментариях!