Так получилось, что в 1889 году, в дачном пригороде Одессы, Большой фонтан, в семье флотского инженера-механика Андрея Антоновича Горенко родилась дочь, которую назовут Анна. Русская поэтесса, переводчица, литературовед - Анной Ахматовой.
Анна недолго жила на юге. В 1890 году её семья переехала сначала в Павловск, а потом в Царское Село. Это место стало для неё поэтической колыбелью и одним из самых любимых. Об этом периоде она пишет: «Мои первые воспоминания – царскосельские: зелёное, сырое великолепие парков, выгон, куда меня водила няня, ипподром, где скакали маленькие пёстрые лошадки, старый вокзал и нечто другое, что вошло впоследствии в «Царскосельскую оду» («Коротко о себе», 1965).
Тут ходили по струнке,
Мчался рыжий рысак,
Тут еще до чугунки
Был знатнейший кабак.
Фонари на предметы
Лили матовый свет,
И придворной кареты
Промелькнул силуэт.
Так мне хочется, чтобы
Появиться могли
Голубые сугробы
С Петербургом вдали.
(Отрывок из стихотворения «Царскосельская ода», 1961)
Лето семья Горенко обычно проводила у моря – в Севастополе или Одессе. Несколько зим жили в Киеве, но главные события в жизни Поэтессы связаны с Царским Селом. В 1899 году она стала ученицей Мариинской женской гимназии, а в 1903 познакомилась с будущим мужем, начинающим поэтом Николаем Гумилёвым. Поэт сразу влюбился в красивую гимназистку, но она долго не отвечала ему взаимностью. Гумилёв даже пытался покончить с собой из-за несчастной любви. После множества признаний и стихотворений, посвящённых ей, Анна наконец согласилась выйти замуж. 26 апреля 1910 года она стала женой Николая Гумилёва. «Венчались мы за Днепром в деревенской церкви. В тот же день Уточкин летал над Киевом, и я впервые увидела самолёт».
В 1912 году вышел первый сборник стихотворений Анны Ахматовой под названием «Вечер». Книга была издана тиражом 300 экземпляров в журнале «Цех поэтов». В сборник вошло 46 произведений, а на обложке значился псевдоним Анна Ахматова, уже знакомый некоторым читателям по журнальным публикациям. Считается, что Анна позаимствовала это имя у своей прабабушки – татарской княжны Ахматовой. Отец Анны узнал о её поэтических увлечениях и попросил не «срамить» его имя, что повлияло на выбор псевдонима. «Вечер» стал значимым событием в литературной среде. Многие критики высоко оценили стихи Ахматовой, считая их выше произведений её коллег по «Цеху поэтов». Исследователи отмечают, что её поэзия напоминает разговорный стиль, словно это история, рассказанная в кругу друзей.
Сжала руки под темной вуалью…
«Отчего ты сегодня бледна?»
— Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.
Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот…
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.
Задыхаясь, я крикнула: «Шутка
Все, что было. Уйдешь, я умру».
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: «Не стой на ветру».
(«Сжала руки под темной вуалью…», 1911)
1 октября 1912 года происходит еще одно важное событие в жизни пары – на свет появляется их сын Лев Николаевич Гумилёв. Молодая мать посвящает своему ребенку следующие строки:
Загорелись иглы венчика
Вкруг безоблачного лба.
Ах! Улыбчатого птенчика
Подарила мне судьба.
(«Загорелись иглы венчика…», 1912)
В 1914 году издательство «Гиперборей» выпустило книгу Анны Ахматовой «Чётки». После этой публикации её заметили все, включая известных авторов и подражательниц, которые начали писать стихи в «стиле Ахматовой». Творчество Ахматовой стало символом новой поэтической эпохи. Вскоре появилась антология стихов, посвящённых ей. Ахматова писала, что в 1910-е годы символизм переживал кризис, и молодые поэты искали новые пути. Одни примкнули к футуризму, другие – к акмеизму. Вместе с друзьями по «Первому Цеху поэтов» – Мандельштамом, Зенкевичем и Нарбутом – она стала акмеисткой. Её стихи того времени воплощали основные идеи акмеизма.
Филолог Н. В. Недоброво, друг Анны Ахматовой, отзывался о её стихах так: «В поэзии Ахматовой ощущается удивительная благожелательность и восхищение людьми, которые мы забыли за годы, а, возможно, и за всю вторую половину XIX века. У неё есть дар героически освещать человека». Это было написано в рецензии на «Чётки», опубликованной в 1915 году. Вскоре потребность в таком взгляде на человека станет очевидной. После революции 1917 года Анна Ахматова остаётся в России, хотя её позиция отличается от многих других поэтов, оставшихся на родине. Она выбирает терпение, стойкость и верность своей культуре и стране, а не власти. Ахматова остаётся верной друзьям и главное — запечатлевает время в стихах. Она не принимает происходящее в России, но и не видит себя в эмиграции.
Мне голос был. Он звал утешно,
Он говорил: «Иди сюда,
Оставь свой край глухой и грешный,
Оставь Россию навсегда.
Я кровь от рук твоих отмою,
Из сердца выну чёрный стыд,
Я новым именем покрою
Боль поражений и обид».
Но равнодушно и спокойно
Руками я замкнула слух,
Чтоб этой речью недостойной
Не осквернялся скорбный дух.
(«Мне голос был», 1917)
После революции жизнь Анны Ахматовой становится особенно трудной. Несмотря на это, она не прекращает писать стихи. В 1917 году выходит её третий сборник – «Белая стая», в котором опубликовано стихотворение «Мне голос был», отражающее её переживания по поводу революционных событий. «Чётки», её популярное произведение, продолжают регулярно переиздаваться. Но кажется, что чёрная полоса, внезапно обрушившаяся на неё, уже не закончится. Её большая семья распалась: в 1915 году умер отец, во время революции пропал младший брат Виктор, а мать с сестрой уехали на Сахалин, где вскоре мать скончалась.
В 1918 году Ахматова разводится с Гумилёвым (сохраняя при том дружеские отношения) и выходит замуж за учёного-ассириолога и поэта Владимира Шилейко, с которым они расстанутся уже через три года. Об аресте Гумилёва она узнает 10 августа 1921 года, а через несколько дней поэт был расстрелян.
Не бывать тебе в живых,
Со снегу не встать.
Двадцать восемь штыковых,
Огнестрельных пять.
Горькую обновушку
Другу шила я.
Любит, любит кровушку
Русская земля.
(«Не бывать тебе в живых», 1921)
В 1921 году издательство «Петрополис» выпустило два сборника Анны Ахматовой — «Подорожник» и «Anno Domini MCMXXI» (в переводе с латинского — «В лето Господне 1921»). С тех пор наступила длительная пауза: стихи не создавались, а старые не переиздавались. Ахматова позже вспомнит этот период так: «Между 1925 и 1939 годами меня перестали печатать совсем… Тогда я впервые ощутила свою гражданскую смерть. Мне было 35 лет».
В 1922 году Анна Ахматова становится гражданской женой искусствоведа Николая Пунина и переезжает с ним в «Фонтанный дом» – один из дворцов графов Шереметевых. Тридцать лет она проведет под крышей этого дома на Фонтанке, где поэт переживет свои самые мрачные и тяжелые годы. Начинается эпоха «большого террора».
Так под кровлей Фонтанного Дома,
Где вечерняя бродит истома
С фонарем и связкой ключей, -
Я аукалась с дальним эхом,
Неуместным смущая смехом
Непробудную сонь вещей.
(Отрывок из «Поэмы без героя», 1962)
В годы, которые современники назвали «ежовщиной», в Советском Союзе осудили, отправили в лагеря и расстреляли миллионы людей. Среди жертв оказались друзья и родственники Анны Ахматовой. В 1935 году арестовали её близкого друга и соратника по акмеизму Осипа Мандельштама. В том же году были арестованы и её муж Н. Пунин, и сын Лев Гумилёв, студент исторического факультета. Ахматова долгие часы стояла в тюремных очередях, писала письма и собирала посылки для родных. Однако трагедия вернула поэтессе голос. Она прервала долгое молчание, и её стихи отразили всю боль народа, переживавшего тяжёлые времена. С 1935 по 1940 год Ахматова создала поэму «Реквием» – одно из своих самых известных произведений, посвящённое жертвам репрессий середины 1930-х годов.
«Вступление» поэмы посвящено описанию трагической правды того времени:
Это было, когда улыбался
Только мертвый, спокойствию рад.
И ненужным привеском болтался
Возле тюрем своих Ленинград.
И когда, обезумев от муки,
Шли уже осужденных полки,
И короткую песню разлуки
Паровозные пели гудки,
Звезды смерти стояли над нами,
И безвинная корчилась Русь
Под кровавыми сапогами
И под шинами черных марусь.
(Отрывок из поэмы «Реквием», 1939)
В поэме встречаются биографические детали: воспоминания о гибели мужа Николая Гумилева и аресте сына. Однако Анна Ахматова включает свою личную трагедию в поток общего горя. Она ощущает себя частью большого народа и говорит от его имени. Ахматова описывает людей, которые были рядом с ней в самые трудные моменты жизни. Она показывает, что даже не зная их имен, помнит каждого.
Опять поминальный приблизился час.
Я вижу, я слышу, я чувствую вас:
И ту, что едва до окна довели,
И ту, что родимой не топчет земли,
И ту, что, красивой тряхнув головой,
Сказала: «Сюда прихожу, как домой».
Хотелось бы всех поименно назвать,
Да отняли список, и негде узнать.
Для них соткала я широкий покров
Из бедных, у них же подслушанных слов.
О них вспоминаю всегда и везде,
О них не забуду и в новой беде,
И если зажмут мой измученный рот,
Которым кричит стомильонный народ,
Пусть так же они поминают меня
В канун моего поминального дня.
(Отрывок из поэмы «Реквием», 1940)
В финале эпилога Анна Ахматова словно заглядывает в будущее. Она просит, чтобы если когда-нибудь ей поставят памятник, то не там, где она когда-то была счастлива, а здесь — у тюремной стены. Вместе со своим страдающим народом она хочет остаться в памяти людей.
А если когда-нибудь в этой стране
Воздвигнуть задумают памятник мне,
Согласье на это даю торжество,
Но только с условьем — не ставить его
Ни около моря, где я родилась:
Последняя с морем разорвана связь,
Ни в царском саду у заветного пня,
Где тень безутешная ищет меня,
А здесь, где стояла я триста часов
И где для меня не открыли засов.
Затем, что и в смерти блаженной боюсь
Забыть громыхание черных марусь,
Забыть, как постылая хлопала дверь
И выла старуха, как раненый зверь.
И пусть с неподвижных и бронзовых век,
Как слезы, струится подтаявший снег,
И голубь тюремный пусть гулит вдали,
И тихо идут по Неве корабли.
(Отрывок из поэмы «Реквием», 1940)
Анна Ахматова долго боялась записывать свои поэтические строки. Она помнила их наизусть и делилась с близкими друзьями, надеясь, что кто-то из них доживет до перемен. На родине опубликовать поэму удалось только через полвека, в 1987 году.
Когда началась Великая Отечественная война, Ахматова оказалась в Ленинграде. Но вскоре врачи настояли на эвакуации, и она переехала в Ташкент, где оставалась до 1944 года. Война заставила ее забыть о личных переживаниях. В этот период Ахматова писала патриотические стихи, которые поднимали боевой дух солдат и жителей. Позже эти строки вошли в цикл «Ветер войны». Одно из ее стихотворений даже напечатала главная партийная газета «Правда».
Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.
Не страшно под пулями мертвыми лечь,
Не горько остаться без крова,
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.
Свободным и чистым тебя пронесем,
И внукам дадим, и от плена спасем
Навеки.
(«Мужество», 1942)
Даже в этом произведении, заметно отличающемся от ранних стихов Ахматовой, прослеживается важная мысль. Для Анны Ахматовой родина – это не идеологические лозунги, а «русская речь» и «великое русское слово», которое человек должен защищать.
В военное время Ахматова пишет новые стихи, но однажды всё резко меняется из-за одного события. 14 августа 1946 года публикуется постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) «О журналах "Звезда" и "Ленинград"», в котором творчество Анны Ахматовой и Михаила Зощенко подвергается резкой критике. В тот год Анна Андреевна предсказывает печальную судьбу своему творчеству:
Теперь меня позабудут,
И книги сгниют в шкафу.
Ахматовской звать не будут
Ни улицу, ни строфу.
(«И увидел месяц лукавый…», 1946)
Положение дел изменилось после смерти И.В. Сталина. Ахматовские переводы начали публиковать, но сборник оригинальных произведений вышел только в 1961 году. В следующем, 1962-м, Анна Ахматова завершила работу над «Поэмой без героя», которую писала двадцать два года. В этом произведении она подвела итог своей жизни и двадцатого века. «Людям моего поколения не грозит печальное возвращение — нам возвращаться некуда... Иногда мне кажется, что можно взять машину и поехать в дни открытия Павловского вокзала (когда в парках так пустынно и душисто) на те места, где тень безутешная ищет меня. Но потом я понимаю, что это невозможно. Не стоит врываться (да ещё в бензиновом танке) в хоромы памяти. Я ничего не увижу и сотру то, что сейчас так ясно вижу», — писала Ахматова в 1959 году.
…А не ставший моей могилой,
Ты, гранитный, кромешный, милый,
Побледнел, помертвел, затих.
Разлучение наше мнимо:
Я с тобою неразлучима,
Тень моя на стенах твоих,
Отраженье мое в каналах,
Звук шагов в Эрмитажных залах,
И на гулких сводах мостов —
И на старом Волковом Поле,
Где могу я рыдать на воле
Над безмолвием братских могил.
(Отрывок из «Поэмы без героя», 1962)
Анна Ахматова смогла стать настоящим голосом народа в дни страшных трагедий. Всю свою боль и боль окружавших её людей она превратила в стихи. Все воспоминания сохранила в словах, которые мы можем читать теперь. В какой-то момент Анна Ахматова думала, что её позабудут, а книги «сгниют в шкафу», но этого не случилось. Летопись двадцатого столетия, которую она рассказывает в своих произведениях, живет до сих пор.
Я научилась просто, мудро жить, Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу.Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь рябины желто-красной,
Слагаю я веселые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной.Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь
Пушистый кот, мурлыкает умильней,
И яркий загорается огонь
На башенке озерной лесопильни.Лишь изредка прорезывает тишь
Крик аиста, слетевшего на крышу.
И если в дверь мою ты постучишь,
Мне кажется, я даже не услышу.
(«Я научилась просто, мудро жить…», 1912)