Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
ProДеньги

Отец после смерти мамы угасал в одиночестве. Дочь забрала его к себе — и он ожил

После смерти жены отец стал угасать на глазах. Сидел один в квартире, перестал готовить, почти не выходил, замолчал. За полгода превратился из бодрого мужчины в старика. Дочь смотрела на это и решилась — забрала отца к себе, в свою семью. Многие отговаривали: «зачем тебе обуза, у тебя своя жизнь, муж, дети». А через год отец ожил. И сейчас говорит, что дочь спасла ему жизнь. История случилась в Кирове. Отцу, Борису Михайловичу, 74, дочери, Елене, 46. Я знаю её от самой Елены — она коллега жены. Рассказываю с её разрешения, потому что это про непростое и важное решение, перед которым рано или поздно встают многие: что делать с пожилым родителем, оставшимся в одиночестве. Борис Михайлович прожил с женой сорок восемь лет. Они были одним целым — всё вместе, всю жизнь. Когда жена умерла от инсульта, для Бориса Михайловича рухнул весь мир. «Папа всегда был сильным, бодрым, хозяйственным, — рассказывает Елена. — А после маминой смерти за несколько месяцев его будто подменили. Он перестал за с
Оглавление
Отец после смерти мамы угасал в одиночестве. Дочь забрала его к себе — и он ожил
Отец после смерти мамы угасал в одиночестве. Дочь забрала его к себе — и он ожил

После смерти жены отец стал угасать на глазах. Сидел один в квартире, перестал готовить, почти не выходил, замолчал. За полгода превратился из бодрого мужчины в старика. Дочь смотрела на это и решилась — забрала отца к себе, в свою семью. Многие отговаривали: «зачем тебе обуза, у тебя своя жизнь, муж, дети». А через год отец ожил. И сейчас говорит, что дочь спасла ему жизнь.

История случилась в Кирове. Отцу, Борису Михайловичу, 74, дочери, Елене, 46. Я знаю её от самой Елены — она коллега жены. Рассказываю с её разрешения, потому что это про непростое и важное решение, перед которым рано или поздно встают многие: что делать с пожилым родителем, оставшимся в одиночестве.

Как угасал отец

Борис Михайлович прожил с женой сорок восемь лет. Они были одним целым — всё вместе, всю жизнь. Когда жена умерла от инсульта, для Бориса Михайловича рухнул весь мир.

«Папа всегда был сильным, бодрым, хозяйственным, — рассказывает Елена. — А после маминой смерти за несколько месяцев его будто подменили. Он перестал за собой следить. Не готовил — ел что попало, всухомятку. Не выходил из дома. Сидел в кресле и смотрел в одну точку. Замолчал — раньше балагур, шутник, а тут двух слов не вытянешь. Я приезжала к нему — а он сидит в темноте, небритый, и квартира запущенная. Я поняла: он угасает. Просто угасает от горя и одиночества».

Борис Михайлович жил один в своём городе, в часе езды от Елены. Она приезжала по выходным, звонила каждый день. Но этого было мало. Отец таял между её визитами. Одиночество съедало его быстрее любой болезни.

«Я звоню — он не берёт трубку. Я в панике еду — а он просто заснул в кресле и не слышал. Но каждый раз у меня сердце обрывалось — а вдруг что. Я поняла, что так дальше нельзя. Что если я ничего не сделаю — я его потеряю. Не от болезни, а от одиночества и тоски».

Трудное решение

Елена решила забрать отца к себе. У неё семья — муж Сергей, двое детей-подростков, трёхкомнатная квартира. Места впритык, но есть.

Многие отговаривали. Подруги, родня: «Лен, ты с ума сошла? У тебя своя семья, муж, дети, работа. Куда тебе ещё старик-отец на руки? Это же обуза на годы. Найми сиделку, определи в хороший пансионат — сейчас приличные есть. Зачем взваливать на себя?»

Елена советовалась с мужем. Боялась, что Сергей будет против — всё-таки тесть в доме, это нагрузка на всю семью. Но Сергей сказал: «Лена, это твой отец. Если ему плохо одному — пусть живёт с нами. Разберёмся. Я не хочу, чтобы ты потом всю жизнь винила себя, что не помогла отцу, когда могла».

Поговорили с детьми — те согласились, любят деда. Освободили для него комнату (сын переехал к сестре, благо подростки).

И Елена поехала к отцу. Сказала: «Пап, собирайся. Переезжаешь к нам. Хватит тебе тут одному пропадать».

Борис Михайлович сначала отказывался — «не хочу быть обузой, я тут привычный». Но Елена настояла. И, честно говоря, отец не очень-то и сопротивлялся — в глубине души он погибал от этого одиночества и был рад, что его спасают.

Как он ожил

Первые недели было непросто всем. Притирка, теснота, новый уклад. Но потом случилось то, ради чего всё затевалось.

Борис Михайлович начал оживать.

«Папа попал в живой дом, — рассказывает Елена. — Где утром все встают, завтракают, спешат. Где вечером все собираются, ужинают, разговаривают, спорят, смеются. Где внуки бегают, шумят, что-то рассказывают. И папа постепенно включился в эту жизнь. Перестал сидеть в темноте — стал частью семьи».

Отцу нашлось дело. Он стал помогать — встречать внуков из школы, готовить (вспомнил, что отлично готовит), чинить всё в доме, возиться с младшим внуком над уроками по математике (Борис Михайлович — бывший инженер). Он снова стал нужен. И это его воскресило.

«Через несколько месяцев это был другой человек, — говорит Елена. — Побрился, приоделся, повеселел. Снова шутит, балагурит, как раньше. Готовит нам свои фирменные блюда. С внуками сдружился — они его обожают, он им и друг, и учитель. По вечерам мы все вместе за столом, и папа в центре, рассказывает истории из молодости. Он ожил. Я вернула себе отца, которого почти потеряла».

Что говорит отец

Борис Михайлович сказал дочери недавно фразу, которую она запомнила.

«Леночка, ты спасла мне жизнь. Я ведь там, один, уже не жил — доживал. Сидел и ждал, когда за мамой следом. Мне незачем было вставать по утрам, не для кого готовить, не с кем говорить. Я угасал и не сопротивлялся. А ты меня забрала — и я снова живу. У меня снова есть для кого вставать, есть кого встречать, есть с кем поговорить. Внуки, вы, дом полный жизни. Я снова нужен. Спасибо тебе, доченька. Ты вернула мне жизнь».

Елена признаётся, что были и трудности — теснота, бытовые трения, нагрузка. Старый человек в доме — это не всегда легко. Но она ни секунды не жалеет.

«Да, тяжеловато бывает. Тесно, хлопотно. Но когда я вижу папу живым, весёлым, в кругу семьи — я понимаю, что приняла единственно верное решение. Я не смогла бы спокойно жить, зная, что отец угасает в одиночестве в часе езды от меня, а я отгородилась своей жизнью. Это мой отец. Он меня вырастил. Теперь моя очередь о нём заботиться».

Что за этим стоит

Перед выбором, что делать с пожилым родителем, оставшимся в одиночестве, рано или поздно встают очень многие. И простого, правильного для всех ответа нет. У кого-то нет физической возможности взять родителя к себе. У кого-то отношения такие, что совместная жизнь невозможна. Кому-то действительно подойдёт хорошая сиделка или достойный пансионат. Это не вопрос с одним верным решением — каждая семья решает по своим обстоятельствам, и нет тут плохих и хороших.

Но история Елены показывает важную вещь. Для многих пожилых людей, особенно недавно овдовевших, главная угроза — не болезни, а одиночество. Человек, выпавший из живой среды, оставшийся один на один с тишиной и горем, угасает с пугающей скоростью. И часто именно возвращение в живую, тёплую, наполненную людьми среду — а не лекарства и не уход — возвращает его к жизни.

Геронтологи подтверждают: включённость в семью, ощущение нужности, ежедневное общение продлевают жизнь пожилых людей и сохраняют их здоровье и ясность ума лучше многих лекарств. Человеку нужен человек. Особенно в старости.

«Я никому не навязываю своё решение, — говорит Елена. — У всех свои обстоятельства. Но если у вас есть возможность не оставлять пожилого родителя в одиночестве — подумайте об этом. Иногда мы спасаем их не лекарствами и не деньгами, а просто тем, что забираем к себе, в живой дом, к людям. Я свою папу так спасла. И это лучшее, что я сделала в жизни».

А вы сталкивались с таким выбором — что делать с пожилым родителем в одиночестве? Как решали в вашей семье? Это очень непростой вопрос, и любой опыт ценен — напишите в комментариях.

Больше интересного у нас в канале Макс.