Рассказ
Глава 1. Встреча у Босфора
Тёплый ветер с Босфора играл прядями волос Лейлы, пока она, склонившись над мольбертом, пыталась уловить на холсте последние оттенки заката. Оранжевые и пурпурные полосы на небе отражались в воде, а силуэты минаретов вырисовывались чётким контуром на фоне угасающего света. Лейла глубоко вздохнула, окунула кисть в охру и добавила последний мазок — искру огня в отражение пролива.
Она отступила на шаг, оценивая работу, и в этот момент сзади раздался голос:
— Это вы нарисовали?
Лейла вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял молодой мужчина в дорогом льняном пиджаке. Его тёмные глаза с неподдельным восхищением смотрели то на картину, то на неё. Солнце подсвечивало его профиль, подчёркивая чёткие черты лица.
— Да, — коротко ответила Лейла, невольно поправляя выбившуюся прядь волос. — Просто закат. Ничего особенного.
— Ничего особенного? — он подошёл ближе к мольберту. — Вы смогли поймать момент, когда день уже уходит, но ночь ещё не наступила. Это магия.
Лейла почувствовала, как теплеют щёки. Она привыкла к равнодушию прохожих или коротким комплиментам туристов, но в его голосе звучало что‑то большее — искреннее восхищение.
— Спасибо, — она опустила взгляд на палитру. — Но это всего лишь упражнение.
Мужчина улыбнулся — мягко, почти застенчиво:
— Меня зовут Кемаль. Я часто гуляю здесь по вечерам, но никогда не видел, чтобы кто‑то так точно передавал дух Босфора.
— Лейла, — она кивнула, стараясь говорить ровно. — Я приезжаю сюда рисовать, когда есть время.
Они замолчали, глядя на воду. Судно медленно проплывало мимо, оставляя за собой серебристую дорожку. Вдалеке прогулочный катер огласил окрестности протяжным гудком.
Кемаль снова посмотрел на картину:
— Вы будто добавили в закат частичку души. Это больше, чем просто пейзаж.
Лейла невольно улыбнулась:
— Возможно, я просто влюблена в это место.
Их взгляды встретились — всего на мгновение, но в груди у Лейлы что‑то дрогнуло. Она поспешно отвернулась, делая вид, что собирает кисти.
— Мне, пожалуй, пора, — сказала она чуть громче, чем нужно. — Уже темнеет.
— Позвольте помочь, — Кемаль шагнул к мольберту, но Лейла быстро накрыла картину тканью.
— Не стоит, я сама справлюсь, — она начала складывать принадлежности, избегая его взгляда.
— Может быть, как‑нибудь ещё увидимся здесь? — в голосе Кемаля прозвучала надежда.
Лейла замерла, затем подняла глаза:
— Вряд ли. Я не всегда тут бываю.
Она быстро сложила мольберт, закинула сумку на плечо и, кивнув на прощание, пошла прочь вдоль набережной.
Кемаль остался стоять у перил, глядя ей вслед. Закат окончательно угас, и первые звёзды зажглись над Босфором. Он провёл рукой по волосам, улыбаясь про себя.
«Лейла», — тихо повторил он имя, будто пробуя его на вкус.
А Лейла, уже отойдя на несколько десятков метров, украдкой оглянулась. Кемаль всё ещё стоял там, силуэт на фоне тёмной воды. Она резко отвернулась и ускорила шаг, но сердце билось чаще обычного, а в памяти застыл его взгляд — тёплый, внимательный, будто он увидел в ней что‑то, чего она сама пока не знала.
Искра пробежала между ними — яркая, как отблеск заката на Босфоре, — но оба сделали вид, что это ничего не значит. Пока.