- В час дня! С детьми! В кафе "Ветер"!
Георгий разговаривал с женой короткими фразами и никогда не ждал от нее ответа. Если приказал, значит все должны подчиняться и неважно, что у кого-то могут быть свои дела.
- Хорошо - пролепетала Неля вслед мужу, хотя могла бы и не говорить ничего, он ее в последнее время совсем перестал слышать. С тех пор как начал жить привольно и богато, а каким путём приходило это богатство, жена боялась думать.
Над страной неслись яростные ветра перемен, наглые тащили всё что могли выдрать с корнем, слабые прятались по норам и тихо плакали, а средненькие пытались выжить, не попадая под ноги сильным. Георгий был из наглых, он сбил в стаю нескольких тренеров из спортклуба и они занялись экспроприацией нечестно нажитого добра. Или честно нажито, что было совершенно неважно для крепких мужчин, которые хотели жить хорошо и брали всё подряд у тех, у кого что-то было. Почувствовав возможность жить роскошно, Георгий быстро превратился из обычного инженера, занимающегося на досуге с подростками в клубе, в матерого волка-рэкитера. Он с детства занимался боксом, были у него медали и грамоты в своё время, но из всего этого он к взрослой жизни вынес одно - сила это власть. Когда к этому сочетанию добавились деньги и безнаказанность за их добычу, ребята вовсю расправили широкие плечи. В своем городке его банда обложила данью всех, кто имел мало-мальский доход, позволяющий положить масло на хлебушек. Их ненавидели, но боялись жаловаться кому бы не было, знали что и милиция получает от них на лапу. Поэтому молча отсчитывали деньги и рыночные торговцы и руководители небольших предприятий оставшихся на плаву. И только филиал крупного завода, ещё выпускающий очень нужную стране продукцию, был пока недоступен провинциальным ребятам в кожаных куртках. У тех была своя крыша и когда Георгий с ребятами попытались наехать, им вежливо указали на дверь. И посоветовали связаться с неким Герычом в столице, дескать он и будет решать, иметь вам долю здесь или нет.
Может пугали, может блефовали, но ребята не стали искать никого, вместо этого навели справки, когда на предприятии могут появиться большие деньги. Сбыт большой партии намечался на днях и вся банда подготовилась чтобы сорвать куш, а потом пересидеть где-нибудь. А у Георгия был ещё и свой план, о котором его дружбаны не догадывались и знать им об этом не полагалось.
Неля с детьми пришла в кафе заранее, пришлось их забрать из школы, потому что ослушаться мужа означало навлечь на себя гнев. А это было равносильно самоубийству, легче было сделать себе харакири, чем ждать сурового наказания от мужа, у которого кулаки как кувалды. Никакие уроки не послужили бы оправданием, если жена не привела кого-нибудь из детей в назначенное время. Так было всегда, Георгий приучил жену подчиняться беспрекословно с первых же дней совместной жизни, а дети выросли в среде всеобщего послушания и не знали, что бывает по-другому.
Поэтому за столиком они терпеливо ждали главу семейства почти до двух и вжались в стулья, когда тот прибежал запыхавшись.
- Закажешь потом детям мороженое - приказал он жене, поставил под стол небольшую сумку и придвинул к ее ногам - это разделишь поровну с моими родителями и не вздумай зажать себе больше. А я уезжаю и не знаю, вернусь ли вообще, скорее всего вы меня больше не увидите.
- Куда ты - робко спросила Неля, а дети удивлением и страхом рассматривали отца, таким они его видели впервые. Георгий нервничал и стараясь не показывать своего волнения сжимал кулаки, но тщательно спрятанный страх пробивался бледностью на лице и капельками пота на лбу.
- Тебя это не касается - гаркнул он на жену, повернулся к детям и с неожиданной нежностью сказал, глядя в глаза старшему сыну - всегда помните этот день и не забывайте отца! Я рисковал жизнью, чтобы вы жили хорошо!
Он ушёл не оглядываясь, а жена и дети еще минут десять сидели не понимая, что делать дальше. Тишину нарушила официантка, она подошла к семье, которая уже больше часа торчала здесь и ничего не заказывала, все ждала папу у которого деньги.
- Ну так вы закажете что-нибудь или нет - спросила она, не скрывая раздражения - а то занимаете столик бесплатно, люди из-за вас не могут себе места найти.
Какие люди не могли найти места, если в зале кроме них, сидели всего несколько человек, Неля не стала выяснять. Она подняла с мест детей, и несмотря на их сопротивление и просьбы купить мороженое, почти бегом направилась к выходу. Где-то в животе появился непонятный страх и стал разрастаться, наполняя все внутренности. Случилось что-то такое, от чего обычно смелый и наглый Георгий решил сбежать из города, и это "что-то" наверняка было опасным и для них.
- Просидели полдня и ничего не заказали - ворчала официантка вслед, но Неля уже ничего не слышала. Она затолкала детей в подъехавший к остановке трамвай и прямиком поехала к свёкру, прижимая к груди сумку, оставленную мужем. На ее счастье, родители и сестра Георгия были дома, и с одного взгляда поняли, произошло что-то из ряда вон выходящее.
- Вот - Неля поставила на кухонный стол сумку, предварительно выгнав оттуда детей - сказал, что уезжает и велел разделить поровну.
В сумке лежали перетянутые резинкой пачки денег, их было много, так показалось людям, живущим от зарплаты до зарплаты, которую платили раз в несколько месяцев. Они никогда не видели столько денег, Георгий не баловал ни семью, ни родителей, мог дать небольшую сумму, а потом долго хвастать этим перед всеми.
- Я сейчас - свекр выскочил в коридор, стал звонить кому-то и вернулся после короткого разговора бледный, с трясущимися руками.
- Соберите еды на несколько дней, хлеб, сало возьмите - сказал он напуганным женщинам - вещи берите тёплые и документы не забудьте взять.
- А у нас с собой нет ничего - всполошилась Неля, она уже поняла, что произошло что-то страшное и непоправимое - ни документов, ни одежды.
- Хватай такси и поезжай домой, только быстро и с оглядкой, бери только документы и вещи первой необходимости - свекр немного успокоился и стал четко раздавать указания - никаких чемоданов и никому не говори, что уезжаешь.
Через два часа они ехали в автобусе, свекр поймал его на улице и сунул несколько купюр водителю. Тот крякнул увидев деньги и забыв обо всём, помчал весь табор туда куда ему указали и высадил возле ворот какого-то садового товарищества.
- Куда это мы - заикнулась сноха, когда другой, охочий до денег водитель повёз их в соседний город, но свекр не ответил. Он метался в поисках транспорта, менял постоянно направление и лишь шикал на детей, которые устали и хотели спать. Два дня они мотались туда-сюда, совершенно потерялись во времени и пространстве, и когда приехали в деревеньку в густом лесу, заснули кто где присел.
Когда Неля проснулась, дети и свекровь с золовкой ещё спали, а в закутке называемой кухней, негромко переговаривались двое, свекр и хозяин дома.
- Там не найдут - успокаивал бородатый хозяин гостя - сидите тихо в первое время, продукты я буду привозить понемногу. Если что-то срочное, сам доберешься до меня, но только если совсем невмоготу будет приходи, и только ночью.
Свекр отработал в милиции долгие годы, у него были старые связи, но даже они не смогли ему помочь в страшные годы беззакония.
Георгий с ребятами пробили тараном на грузовике ворота предприятия, отобрали все деньги за большую партию товара. При перестрелке погибли два человека из столичных крышевателей, которые приехали за этими самыми деньгами и теперь за Георгием охотились разъярённые бандиты. Те, кто считал завод своей дойной коровой и часть прибыли забирал себе, нисколько не заботясь о работниках.
Искали именно его, он исчез с деньгами, оставив ни с чем и своих товарищей, пообещал, что сбережет деньги и раздаст по совести, но в условленном месте не появился. Друзья ждали его с добычей чтобы уехать из города, а дождались мстителей из столицы, которые примчались как только узнали о происшествии. Не получивших свою долю от награбленного дружков Георгия, потом находили в самых неожиданных местах и не в самом лучшем виде. Но это их уже не волновало, вообще ничего не интересует людей по пути в мир иной, и даже то, куда их пристроит строгий апостол. Отправит ли в ад или в рай, это не важно тем, кого находили утопленными или порубленными на куски.
Свекр не знал всех подробностей, но сразу догадался, что они окажутся крайними, их могут взять в заложники и сотворить что угодно. Поэтому он вывез своих близких из города, пока мчались на всех парах к ним люди в кожаных пальто и с автоматами.
В семье сына росли трое детей, из них двое девочек-подростков, и дедушка боялся даже думать, что с ними могут сотворить обозленные бандиты. Вот и вывез тайком всех к старому знакомому, в леса на севере страны, в зеленый океан где они могли затеряться. Оставили всё, квартиры, мебель, даже одежду и заселились в охотничьем домике в глуши, который когда-то построил Володя, друг детства свёкра. Он был заядлым охотником и рыболовом, и на пенсии решил прожить остаток жизни так, как хотелось. Уехал в полузаброшенную деревеньку, и занимался тем, что сидел с удочкой на берегу и шлялся не спеша по лесу. Связь держал с немногими, и когда как снег на голову свалился друг детства со своими, он не обрадовался. Но услышав рассказ о случившемся, повел их тайными тропами в домик в глуши лесной и под видом охоты, навещал их, принося продукты.
Трое взрослых и трое детей прожили в лесу несколько месяцев, вздрагивая и оглядываясь на шорохи, питаясь скудной едой, сваренной на костре. Осенью ещё было терпимо, но зимой стали приходить волки к окнам и выть радуясь, что для них припасено столько еды в домике. Дети плакали от страха, прячась под деревянную лавку, а взрослые понимали, что им до весны не продержаться в лесу. Дрова приготовленные с осени заканчивались, выходить из домика даже в туалет стало опасно, волки поняли что добыча прячется и рыскали рядом уже и днём.
Пришлось переезжать в ту деревушку, где жил бородач и прятаться в старой халупе в саду. Откуда был шанс сбежать в лес, если бандиты придут к Володе в дом, договорились что в случае опасности он подаст сигнал.
В старом домике обложенном со всех сторон досками и мусором для маскировки, нещадно дуло из всех щелей, печь-буржуйку они топили только по ночам, чтобы никто не заметил дыма. Тепло быстро уходило из домика, все нещадно мёрзли и постоянно кутались в старые фуфайки Володи и в основном лежали на нарах возле печки.
В деревне жили старики и они редко выходили из дома и не интересовались чужими делами, но рисковать не стоило. Все понимали, что их жизнь зависит от того, насколько незаметными они станут для окружающих, чтобы никто не мог ляпнуть интересующимся, что видел чужих в деревне.
Они не знали, смогут ли когда-нибудь вернуться домой или их разыщут те, у кого отобрал добычу Георгий. Радовались что живы и плакали от отчаяния, не понимая что с ними будет дальше, новости из родного города доходили до них нерадостные. Оставшийся на родине преданный друг, осторожно передавал вести о том, что крутые ребята выбили двери в их квартирах, разгромили всё с трудом нажитое. А потом соседи выгоняли оттуда бомжей, которые пытались устроить костёр из обломков мебели. Одних выгоняли, приходили другие, так и мучились пока не заехали новые жильцы, которые купили эти квартиры у "законных владельцев". У которых были интересные наколки с куполами, и абсолютно все документы на жильё, заверенные органами власти.
Люди с суровыми глазами долго искали близких Георгия и пугали расправой всех знакомых, требуя выдать место их нахождения.
После таких новостей, у всех пропало желание вернуться домой, и даже дети привыкли жить незаметно, тенью проскальзывая изредка в баню к дяде Вове, помыться и погреться. Они понимали какая опасность им грозит, и старались не надоедать старшим просьбами о чем бы не было. Дети ели тихо как мыши кашу и картошку, что готовил для них дядя Володя, и приносил раз в несколько дней таясь от людей. Они давно ничего не просили у старших, кажется они и забыли о том, что когда-то была другая жизнь, с мороженым и мандаринами.
О том чтобы учиться и работать, никто и не заговаривал, перед ними стояла только одна задача - выжить. У них были деньги, небольшая часть от украденного Георгием, на них и покупал необходимое дядя Вова. Он действовал как опытный разведчик, не ленился ездить в разные деревни за покупками, чтобы никто не задумался о том, зачем столько еды одинокому человеку. Почти через год пришло сообщение через несколько рук, что преследователи теперь сами в розыске и беглецы облегчённо выдохнули. Бандитам стало не до семьи спрятавшейся в лесах, они сами кинулись врассыпную, кто с деньгами - тот за границу, а что помельче, пытались схорониться поближе.
Осторожно, шаг за шагом вылезала из той жизни в подполье, бледная, измученная, с кучей болячек и проблем, сплотившаяся за год семья.
Отлежались и пришли в себя у Вовы в доме, потом стараясь не засветиться, сняли квартиру в ближайшем городе. Дети в сентябре пошли в школу, где взрослые соврали не краснея, что они беженцы из Азии, где остались документы. Они жили тихо, проедая деньги что оставил Георгий, не голодали, но и ничего лишнего не могли себе позволить. Ещё неизвестно, как в дальнейшем сложится, поэтому приходилось экономить деньги и подрабатывать там, где никто не спрашивал документов. Несколько раз они переезжали из одного города в другой, пока не осмелели и не перестали скрываться, но в родной город так и не решились вернуться. Там на них могли ополчиться близкие друзей Георгия, которые тоже пострадали от его поступка.
На остатки денег они купили небольшой дом на окраине областного города, когда тяжело заболела мать Георгия. Годы мытарств сделали своё чёрное дело, свекровь быстро угасла, за ней поспешил и свекр, несший ответственность за семью все эти годы. Переживания и страх не прошли даром, крепкий, статный мужчина за несколько лет превратился в старика с трясущимися руками. А потеряв жену, он лег умирать и любые уговоры были бесполезны:
- Я устал - сказал он напоследок дочери Любе и снохе - ни сил, ни желания у меня не осталось жить, отпустите меня.
Последние деньги ушли на его похороны, и женщины остались с повзрослевшими раньше времени детьми одни в чужом городе. Они всё ещё вздрагивали от взглядов случайных прохожих и проверяли на ночь окна и двери. И не доверяя замкам, подпирали изнутри чем-нибудь, что помешает лихим людям открыть. Во дворе бегали две большие собаки, и никто не рисковал по-соседски заглянуть на огонёк к Неле с Любой. И сами они мало общались с теми, кто жил рядом, привычка прятаться осталась у всей семьи до конца жизни.
Их уже никто не искал, но страх въелся в душу и не хотел отпускать из своих цепких лап никого. Напоминал о себе резкими звуками или автомобилем остановившимся возле дома и случайными фразами. Они старались не вспоминать и не говорить о тех годах, но снова и снова в разговорах возвращались ко дню, с чего всё началось.
- Хочу съездить на родину - как-то сказала Люба за ужином, когда вся семья тихо жевала пирог, оставшийся от обеда.
- Я надену очки, меня никто не узнает - добавила она, увидев встревоженные взгляды - мне кажется, что душа успокоится, если посижу на скамейке под сиренью во дворе.
Люба понимала что не найдёт там ничего, но так хотелось хоть краем глаза посмотреть на родной двор и окна квартиры, где столько лет прожила с родителями. Откуда они бежали, оставив всё, и в том числе и ее надежду на счастливое будущее с парнем по имени Виталий. Ничего серьёзного между ними ещё не было, но трепетало сердце и те самые бабочки порхали и порхали, сбивая дыхание.
- Съезди тетя Люба - сказал взрослый парень, старший сын ее брата - может всем станет легче, если ты приедешь и расскажешь, что там теперь всё хорошо и спокойно. Сколько можно жить в страхе и неведении, хочется уже встряхнуть с себя всю эту труху и гниль и ходить не оглядываясь.
Ее возвращения Неля ждала с нетерпением и со страхом, неизвестно какие новости она привезёт, хорошие или плохие. Люба звонила каждый день, говорила что всё нормально и что никто здесь уже не помнит историю с Георгием. А остальное подробно расскажет после приезда, за чашкой чая в теплом доме, когда все соберутся вместе.
Но как только приехала, Люба обрадовалась что детей нет дома, закрыла шторы на окнах и достала из сумки бумажный конверт.
- Вот, на наш старый адрес пришло - Люба сунула золовке в руку письмо - соседке Шуре передали новые жильцы как старожилу, а она мне. Узнала старая карга даже в очках, говорит походка у нашей семьи своеобразная, узнаваемая.
Неля достала из конверта листок бумаги с знакомым почерком и пальцы задрожали от волнения и ожидания неприятностей.
"Здравствуйте, мои дорогие папа, мама и Люба! Пишет вам ваш сын и брат Георгий. Надеюсь что всё у вас хорошо, и ни в чем вы не нуждаетесь, ведь я вас обеспечил деньгами. Писал несколько раз и Эле с детьми, но она не ответила, наверное давно замужем за другим и живёт в шоколаде, кстати благодаря мне.
Я нахожусь в местах не столь отдалённых, как вы наверное, поняли по обратному адресу. Надеюсь, что вы не забыли о своём блудном сыне, я о вас тоже всегда думал и очень скучал. "
Дальше шла перечень продуктов, что ему нужно везти на свидание, и список необходимых документов, чтобы им разрешили его посетить.
- Что будем делать?
Неля дочитала, сложила листок обратно в конверт, и положила на стол перед золовкой, после смерти свёкра, именно она осталась в семье за старшего и никто с этим не спорил.
Люба сидела по-старушечьи сложив ручки на коленях и вздрогнула от вопроса Нели, а потом решительно взяла письмо и разорвала на мелкие кусочки.
- Я не собираюсь ездить к нему - она бросила клочки в мусорку и отряхнула пальцы будто от прилипшей грязи - и тебе не позволю!
Неле было немного жаль мужа, сидевшего в темнице сырой, но она не стала спорить и доказывать ничего, только спросила тихо:
- Как думаешь, детям стоит рассказывать об этом?
- Сама решай стоит или нет - Люба задержала дыхание, вспомнив как долго прятались эти самые дети под стол, услышав мужские голоса. Как отказывались выходить на улицу, после года жизни в старой хибаре за домом Володи, и до сих пор сторонятся незнакомцев. И вряд ли когда-нибудь смогут избавиться от чувства страха, заполнившего мозг, кровь и душу, и от ненависти к отцу, который является тому виной.
Вечером Люба весело рассказывала о своёй поездке, и о том как чуть не опоздала на обратный поезд, но никто за столом не смеялся. Все напряглись и настороженно ждали чего-то, но никто не мог бы объяснить чего именно.
Неля долго думала, говорить или нет о письме детям, но так и не решилась, и только однажды спросила у сына, что бы он сказал отцу, если встретил его.
- Чтобы он сдох!
Сказал сын и ушёл со вздрагивающимися плечами, не желая продолжать разговор, и больше Неля никогда не поднимала эту тему.
***
Георгий долго ждал и надеялся, что у кого-то из родных проснется совесть и они отзовутся, но никто так и не появился на горизонте.
Он всё сделал правильно, обеспечил свою безопасность, заранее подготовил поддельные документы и место для убежища. Обеспечил себя и всех близких деньгами, понимал конечно, что их тоже могут и пугать и требовать выдать его, но не убьют же.
Он хорошо прожил эти годы, пока его не нашли за старые грехи, не помог и поддельный паспорт, вычислили всё таки, сыщики хреновы! Теперь предстояло париться тут долго и хотелось бы тюремную пайку разбавить передачками от родных. Чтобы здоровье поддержать и авторитет среди местного люда, но что-то никто не отвечал из воли.
- Неужели окажутся такими неблагодарными - думал он, лежа без сна на жёстком матрасе - совесть-то должна быть у людей!?
От автора: Я в те годы видела женщину, которая пряталась у моей знакомой, из-за долгов мужа. Потом узнала, что ее с мужем всё-таки нашли и погибли они страшной смертью.