Мы продолжаем изучать вопрос ущерба от Пугачевщины, основываясь на доступных нам документах. На этот раз попробуем подойти с другой стороны – со стороны Власти. Речь пойдет об уже упоминавшемся нами «Высочайшем повелении об оказании разоренным местностям пособия в виде ссуд» от 31 марта 1775-го. (Опубликовано в «ТРУДАХ ПЕРМСКОЙ УЧЕНОЙ АРХИВНОЙ КОМИССИИ», изданных в Перми в 1897-м году.)
Воспроизводим так, как напечатано в источнике, частично сохранив орфографию (на современной клавиатуре нет нескольких букв дореформенного алфавита):
«Следуя природной нам склонности к благодеяниям и устроению лучших выгод всем нашим верноподданным, не можем Мы оставить без материнского призрения положение и обстоятельства жителей Оренбургской Казанской и Нижегородской губерний, столь много претерпевших от бывших в том краю, а ныне благополучно миновавших беспокойств. Человеколюбие обращает внимание на жребий понесших разорение людей. Не можем Мы не удовлетворить и Нашим собственным правилам и частным надобностям высказанных губерний жителей. И так учреждаем, повелеваем и соизволяем.»
(Привожу в сокращении.) Отпустить Московскому Дворянскому Банку ассигнаций на 1 500 000 руб., учредить три экспедиции в Оренбурге, Казани и Нижнем Новгороде, и в каждую положить по 500 000 руб. Из тех капиталов выдавать ссуды потерпевшим дворянским имениям, под залог их, ссуды в размере сорока рубл. за каждую душу, а на заводы и фабрики вдвое противу годового оборота, бывшего до разорения, за дворы же в половине того, что будет найдено при оценке. Ссуды выдавать на 10 лет. В первые три года взимать по одному проценту, а последние семь лет по три процента. Правом ссуды на льготных условиях могли пользоваться не только одни дворяне, но и частные лица, имеющие недвижимые имения, заводы, фабрики и дворы.
«Требуем и ожидаем, чтобы наши Губернаторы накрепко надзирали над сказанными заемными экспедициями, дабы никакого лицеприятия, лакомства или иного злоупотребления при сем ссужении не происходило, а впадший по сему предлогу в преступление не токмо отнюдь милосердия от Нас ожидать не должен, но будет сугубо наказан по причине, что суммы от нас определены единственно на поправление разоренных жителей и сирот, особливое снисхождение и призрение заслуживающих.»
Государственная помощь – категория с множеством переменных: Оценка масштаба бедствия; общее состояние финансов страны; политическая конъюнктура; пострадавший регион; срочность, с какой нужно восстановить пострадавшие регионы; соотношение лоббистских сил в «коридорах власти», персональный состав пострадавших (чья персонально собственность пострадала), курс серебро/ассигнации[1]; официально не существующий, но упорно работающий принцип «Проси больше – дадут меньше» - всё перечислить возможным не представляется. Поэтому судить об ущербе по выделяемой государственной помощи можно очень и очень приблизительно. Однако и здесь «есть за что зацепиться». Можно твердо говорить, что Власть – не благотворительная организация, подарков не делает и никогда не выделяет помощь в размере большем, чем ущерб и редко безвозвратно. Но и в быстрейшем восстановлении страны Власть заинтересована. Давайте вчитаемся в Повеление, держа в уме эти соображения.
О том, что помощь не безвозмездная понятно из заглавия. Ссуды под залог имущества, которые нужно будет возвращать.
Полностью возмещать весь заявленный ущерб, даже ссудами, Власть не собиралась, четко заявляя о дворовых хозяйствах «в половине того, что будет найдено при оценке». Тот, кто знаком с промышленным производством, знает, что затраты на организацию производства и годовой оборот различаются в разы и даже «вдвое противу годового оборота, бывшего до разорения» - мало для восстановления производства.
Также мы понимаем, что Власти выгодно удовлетворить если не все, то хотя бы существенную часть заявок. Репутация имеет значение даже в монархическом обществе.
Поэтому возьмем на себя смелость предположить, что, выделяя на ссуды 1,5 миллиона рублей, правительство в 1775-м году предварительно оценивало реальный ущерб на уровне 8-10 миллионов рублей.
Будем двигаться дальше, собирая информацию и работая методом последовательного приближения.
Попутно:
Считаем нужным отметить лояльные условия предоставления ссуд. На 1770-е годы, ссуды, выдавались даже официальными учреждениями (например, Ссудной казной) под 6 - 8%. Указанные в Повелении 1 - 3% - очень лояльный процент.
Также отметим, на прямо указанное предоставление ссуд «не только одним дворянам». Это к вопросу «классового характера царской власти».
Приобрести книгу авторов публикации "Пугачевщина. Что это было? К 250-летию пугачевского бунта" можно здесь: https://kmbook.ru/shop/pugachevshhina-chto-eto-bylo-k-250-letiyu-puga/
[1] В 1770-е годы за рубль ассигнациями давали 98-101 копейки серебром.