Жизнь в большом городе заметно перестраивает наши привычки. Например, смену сезонов мы привыкли сверять по календарю и прогнозам синоптиков. Но даже в центре мегаполиса есть люди, профессия которых учит прислушиваться к природе иначе. Весна для них — цветение первоцветов, а среди рабочих задач — оставить кусты погуще, чтобы в них комфортно жилось соловью. Мы поговорили с Екатериной Головкиной, садовницей Усадьбы Льва Толстого в Хамовниках, о том, как ухаживать за мемориальным садом и почему в этом деле так важно доверять себе не меньше, чем архивам. — Что больше всего радует Вас в саду? — Больше всего в саду меня радует то, что он есть. Люблю здесь все, каждый угол, каждое время года – даже зиму со снегом. — Работа кипит и зимой? – Конечно, чистим все дорожки, если снега мало, аккуратно накидываем его на кусты. Их нужно укрыть от холода, а устанавливать арки с утеплением или сооружать какие-то конструкции мы не можем – это изменит вид сада. Иногда погода преподносит зимние «сюрпризы» и
Жизнь в большом городе заметно перестраивает наши привычки. Например, смену сезонов мы привыкли сверять по календарю и прогнозам синоптиков. Но даже в центре мегаполиса есть люди, профессия которых учит прислушиваться к природе иначе. Весна для них — цветение первоцветов, а среди рабочих задач — оставить кусты погуще, чтобы в них комфортно жилось соловью. Мы поговорили с Екатериной Головкиной, садовницей Усадьбы Льва Толстого в Хамовниках, о том, как ухаживать за мемориальным садом и почему в этом деле так важно доверять себе не меньше, чем архивам.
— Что больше всего радует Вас в саду?
— Больше всего в саду меня радует то, что он есть. Люблю здесь все, каждый угол, каждое время года – даже зиму со снегом.
— Работа кипит и зимой?
– Конечно, чистим все дорожки, если снега мало, аккуратно накидываем его на кусты. Их нужно укрыть от холода, а устанавливать арки с утеплением или сооружать какие-то конструкции мы не можем – это изменит вид сада. Иногда погода преподносит зимние «сюрпризы» и не зимой – в начале мая пришлось аккуратно трясти сирень, спасая ее от снега. Спасли! Смотрите, какая цветет красивая.
– А есть ли у вас любимое время года?
– Конечно же, весна. Три, а то и четыре недели, когда цветут первоцветы — практически ничего не надо делать, а только любоваться садом. В этот период здесь все растет само, нужно только не мешать. Только где-то убрать веточки, где-то почистить дорожки. Этот сад при Толстых не был стерильным, мы сохраняем эту традицию. Здесь не разгуляется ландшафтный дизайнер, не впишутся идеальные клумбы или подстриженные деревья.
– А как сказывается на работе то, что сад мемориальный?
— В пристальном внимании нуждаются деревья. Я осматриваю их и сигнализирую, если замечаю какие-то проблемы, например, трещину. И уже потом приезжают определенные службы, которые занимаются специализированным уходом. А еще подрезаю поросль, чтобы деревья не тратили силы на эту молодежь.
— Вокруг усадьбы кипит городская жизнь, влияет ли она на растения?
— Да, например, деревья очень сильно вытягиваются. Естественно, жизнь их укорачивается, потому что им сложнее противостоять сильному ветру. Хотя, с другой стороны, благодаря застройке сад относительно защищен от холодного северного ветра. Из-за домов вокруг и кромки деревьев в саду темновато, некоторые виды цветов уже не вырастишь, зато прохладно в жару. В основном здесь растет все то, что было при Льве Николаевиче. Это зафиксировано, ничего нельзя менять, сажать что-то новое, все деревья и клумбы помечены.
– Расскажите, как проходит рабочий день?
— Мой рабочий день начинается в 7 утра. Чем раньше, тем лучше, особенно в такую, как сейчас, жару. Что-то пересаживаю, что-то подсаживаю. Скашиваю газон, но стараюсь делать так, чтобы он не выглядел идеальным, а скорее слегка диковатым, лесным. Ухаживаю за плодовым садом, тут все как обычно — окопка, опрыскивание. Рассаду цветов нам присылает Ясная Поляна, такая выстроилась преемственность.
— А какое ваше самое любимое занятие в саду?
Большая часть работ тяжелая, это физический труд. Самое любимое — срезать цветы, когда смотрители просят цветы, чтобы поставить их в усадьбе. Но это тоже нужно уметь. Например, гортензия должна быть уже сформирована, необходимо тщательно следить, чтобы не срезать почки, ведь в следующем году из этих почек пойдут цветы. Сирень любит, когда ее обрезают, это омолаживает куст. Но тут важнее всего угадать со временем — лучше всего делать это чуть после цветения или прямо во время.
— В саду много птиц, наблюдаете за ними?
— И наблюдаю, и помогаю им. Если вы пройдёте к садовому домику, найдете маленький водоемчик. Там купаются все птицы, потому что трудно найти воду в округе. Все ягоды едят только они, особенно любят дрозды, скворцы, вороны. Каждую весну прилетает и поет соловей, он любит заросли. Стараюсь оставить ему разросшиеся кусты, чтобы ему было, куда спрятаться. Слышите, он даже сейчас поет. У многих скворцов уже появились птенцы. Зимой у нас всегда есть семечки, прилетают синицы, воробьи. А в заборе, у самой земли, поселилась малиновка, стараемся не мешать ей. Прилетают поползни, дятлы, щеглы, даже совы. Ранней весной можно встретить кулика.
— Приходилось ли читать архивы, перенимать в уходе за садом опыт прошлого?
— Конечно, мы изучали все архивы, но по саду с практической стороны очень мало информации, обычно это лишь описания. Сад, в общем-то, создается и возделывается по ощущениям. Читаешь произведения, все время держишь в голове впечатления Толстого от первого знакомства с домом. Я надеюсь, что я правильно все делаю, но порою страшно ошибиться. Приходят люди, хочется, чтобы они правильно все поняли, поняли Льва Николаевича. Прислушивались к саду, берегли его.