Как поддерживать «на лету» уникальную конструкцию «тарелки» Казанского цирка, что «колосится» под куполом и помогает артистам совершать безумные пируэты в воздухе, и как важная цирковая профессия передается по наследству? Об этом нам рассказал главный инженер Казанского цирка Павел Осотов.
Главный инженер по «тарелочке»
Главный инженер цирка отвечает за всё, что касается жизнеобеспечения здания, а также его ремонт. Все коммуникации, в том числе, отопление, водоснабжение, канализация, вентиляция, электричество, газовое хозяйство в гостинице, электрическая часть, «слаботочка» – царство главного инженера.
Вместе с начальниками сантехнического, электроцеха, инженерами по системам вентиляции, инженерами гостиницы, слесарями, плотниками, электриками и сантехниками, «пушкарями», инженерами-осветителями и звукорежиссером главный инженер помогает создавать чудеса, которыми радует зрителей цирк. По функционалу – практически заместитель директора.
Готовность №1
Ещё до начала программы режиссёр ставит задачи – в зависимости от того, что ему будет необходимо. Если нужного реквизита нет в цирке, Павел ищет организации, которые смогут его изготовить. Что-то изготавливают своими силами в цирке слесари, плотники, электрики. К началу работы режиссера программы все службы готовы – свет, звук, все-все-все.
«В процессе подготовки программы мы ежедневно находимся здесь с утра до вечера, – рассказывает Павел, – Возникают новые задачи – решаем. Например, сейчас широко используется реквизит со светодиодными лентами. Их нужно постоянно заряжать, как и аккумуляторы, которые могут где-либо использоваться.
Все артисты, использующие своё оборудование, обязательно привозят паспорт на него. Главный инженер совместно с инженером по охране труда его смотрят, проводят испытания. Только после этого артист со своим оборудованием допускается к работе. Всё - для безопасности артистов и зрителей
На высшем уровне
Под куполом цирка находится колосниковая площадка – стратегически важное место. Здесь подвешиваются цирковые аппараты – обязательно при участии инспектора манежа. Кроме артистов больше сюда никто не должен подниматься. Главный инженер наблюдает за установкой и контролирует, чтобы все было правильно закреплено. Перед получением «ок» на работу происходит нужно обязательно осмотреть весь цирковой аппарат на предмет изношенности, выдерживаемой нагрузки, наличия надрывов. На всех спансетах, то есть стропах, проверяется год выпуска. Если какая-то волосинка проволоки лопнула или ещё что-то нарушено, всё привоится в порядок, меняется.
После этого проходит тестовое испытание, в котором участвуют… униформисты. Не переживайте, «висят» они на небольшой высоте.
Музыка сфер
Акустика в цирке – это отдельная песня. Из-за архитектурных особенностей в здании цирка очень много отражений, в итоге возникают сложности с идеальным воспроизведением звука во время представления. Вы можете почитать интервью со звукорежиссером Казанского цирка Юрием Панфиловым, где он подробно рассказывает о специфике управления звуком в цирковых условиях.
«У нас в планах произвести акустический расчёт, закупить новое оборудование и сделать развесы. К концу прошлого года мы уже приобрели четыре новых колонки, установили их нужным образом, как это должно быть. Звук, конечно, поменялся в лучшую сторону. Новый пульт уже в дороге, скоро он у нас будет», – рассказывает Павел Осотов.
Умный цирковой дом
С точки зрения пожарной безопасности в цирке тоже есть своя специфика.
«В цирках используется дым, и на него срабатывают датчики. Сигнал подается в пожарную охрану, которая незамедлительно выезжает. Чтобы этого избежать, у нас на служебном входе стоят компьютеры, управляющие этой системой. Когда во время представления используется дым, они отключают датчики, которые могут попасть в зону затуманивания», – рассказывает Павел.
На каждом представлении присутствует начальник пожарно-сторожевой охраны, также работает система дымоудаления.
Главный инженер по наследству
Павел Осотов родился в Архангельской области – туда на космодром Плесецк уехали служить его родители. В 17 лет приехал в Казань, поступил в вуз. Вскоре в Казань перебрались и родители.
Сначала Павел работал инженером в цирковой гостинице. А главным инженером в цирке тогда был… его папа Виктор Павлович Осотов. В итоге Павел перевелся сюда и в 2019 году «принял пост» от отца. В цирке работала и мама – экспедитором и завскладом. Сын Павла, Илья успел поработать в униформе и планирует продолжить трудиться в цирке.. Это уже династия!
Я закончил Казанский химико-технологический университет, бывший КХТИ. И получил MBA в КФУ – не чтобы руководить, а для себя. Это дало много полезного в плане мышления. Теперь для меня неразрешимых задач нет, всё решаемо», – рассказывает Павел Осотов.
Инженерное чудо
Павел Осотов изучал архивные документы, в которых описывается, как разрабатывали уникальную конструкцию «тарелки» Казанского цирка в 1960-ых, в том числе, с помощью специалистов его «родного» КХТИ. Это здание единственное и неповторимое, других подобных нет.
«Уникальность заключается в том, что нижняя полу-чаша является несущей конструкцией, а верхняя, многотонная – просто лежит на ней без каких-либо подпорок. Чтобы это рассчитать, нужно иметь огромный потенциал в инженерии. В то время это был просто нонсенс, да и сейчас мало кто решится на такое, – говорит Павел, – Готовясь к испытаниям, архитекторы опасались, что здание может рухнуть при эксплуатации. Но так или иначе – стоит с 1967 года.
Здание Казанского цирка до сих пор даёт усадку, так как стоит на болотистой местности. Его непросто обслуживать – могут появляться трещины на стенах, сдвиги потолочных панелей. Поэтому регулярно делается ремонт – чтобы всё всегда было в порядке.
Как новенький
Павел Осотов стал главным инженером Казанского цирка уже после реконструкции, которая закончилась в 2018 году, видел его и до, и после.
«На мой взгляд, самое существенное изменение – появление принудительной системы вентиляции, кондиционирования, приточно-вытяжной системы. Раньше в цирке был своеобразный запах от животных. Сейчас его практически нет. Это значительно повлияло на восприятие цирка зрителями», – рассказывает Павел.
В процессе реконструкции заменили деревянные кресла на мягкие, удобные. Снаружи здания, на куполе появились медиа-экраны – «тюбетейка» и нижняя часть. Была сделана архитектурная подсветка, которая не «прижилась» из-за технических нюансов. Сейчас в планах установить более современную систему.
Уже идет работа по обновлению светового оборудования – это радиальные фермы, новейший световой пульт, используемый во всем мире. Ставятся цепные лебедки. Полностью будут обновлены конюшни, помещения для животных. Павел Осотов ездил на выставку в Китай, смотрел осветительные приборы, побывал на фабриках, где они производятся – осталось закупить.
Рязань, Москва, Беларусь, Минск, Китай – Павел постоянно обменивается опытом с коллегами, узнает что-то новое.
«В основном мы сотрудничаем с цирком Никулина, где я черпаю большую часть полезных знаний. Там работают профессионалы, которые в цирке всю жизнь. Общение с ними – одно удовольствие», – рассказывает Павел.
Цифровые технологии активно используют в Казанском цирке – в том числе, для управления светом звуком, системой вентиляции, медиафасадами. Павел планирует научиться использовать в работе нейросети и искусственный интеллект.
Лошади одобряют
Два года назад в Казанском цирке отремонтировали манеж. Прежний был изготовлен из резиновой крошки. При высокой температуре плавился, закатывался, лошадям было скользко по нему бегать. Директор поставила задачу: манеж заменить.
Павел начал искать решение.
«Съездил по нескольким циркам, посмотрел, как и что у них. Ничего нового не увидел. Приехав в Казань, решил сходить на завод резинотехнических изделий – тоже ничего толкового не предложили. Помогли на Казанском заводе синтетического каучука. Пористую резину привезли из Екатеринбурга. Долго «доводили до ума» верхнее резинотехническое покрытие, но в итоге все получилось, параметры соответствовали требуемым. Сказали даже, что можно сделать манеж любого цвета. Из цирка Никулина со своей командой приехал Игорь Гусев, который уже много лет занимается укладкой манежей. В итоге за 40 дней успешно сделали то, что планировали за два месяца – время поджимало», – рассказывает Павел.
Получилось отлично. Две лошадки вышли в манеж на репетицию и заодно протестировали новое покрытие. Практически закричали «Ура!» от радости - легли и начали ерзать по нему. Оценили хорошие амортизирующие свойства манежа и артисты. Покрытие не продавливается – после снятия нагрузки от какого-либо аппарата, например, рамки или "колеса смелости", через определенное время оно принимает первоначальную форму. На этом покрытии можно проводить и водные программы, и ледовые. Конечно, при низких температурах манеж начинает «дубеть», но после их повышения возвращается к исходной форме. При должном уходе новое покрытие прослужит более 30 лет.
Что касается таинственных люков, якобы найденных при реконструкции под манежем, то здесь никакого секрета нет. Раньше они были во всех цирках – через них появлялся и исчезал иллюзионист Кио. Сейчас эти люки практически не используются.
Водные процедуры
Новая, летняя программа «Акварель» в Казанском цирке – водная. Для нее устанавливают специальное оборудование. Сначала на манежное покрытие укладывается специальная целлофановая пленка, так называемая теза, она не пропускает воду и не «потеет» при разнице температур. На данный момент уложено четыре ее слоя. Сверху ставится «банка», каркас. На него уже устанавливаются фонтаны, форсунки на стойках.
Следующий шаг – подключение гидравлической системы, которая управляет поднимающимися и опускающимися платформами. Также установят насосное оборудование. Это целая станция с насосами разной мощности – за счет этого зрители могут видеть струи разной высоты.
Также устанавливается силовой шкаф для управления, который запитывается от ГРЩ, главного распределительного щита. Он распределяет нагрузки. Питание подает электроцех, а фонтанами управляет специальный человек за специальным пультом.
А кто говорил, что будет легко?
Зрителям может казаться, что в цирке всё легко просто, но такое ощущение складывается благодаря стараниям работающих здесь людей.
«Например, постановка света. Режиссер дает мне задачу: нужен такой-то. Мы его ищем: если есть, используем свой, если своего не хватает, берем арендованный. Большинство людей этого не видит, но это большой труд и режиссёра и инженера, который сидит на световом пульте», – рассказывает Павел.
Экспертное мнение
«Мирас» - номер один в личном рейтинге главного инженера Казанского цирка. Не менее интересен имерсивный «ТРОГАТЕЛьный спектакль».
«Готовить его было и волнительно, и тяжело, но в итоге всё сделали. Проводились специальные расчеты сопротивления материалов – нужно было понять, каким должно быть стекло аквариума на потолке, чтобы выдержать толщу воды», – рассказывает Павел.
История любви
По-настоящему Павел полюбил цирк, когда сюда устроился работать его папа – тогда ему исполнилось двадцать лет.
«Мне очень понравилось, и я посещал почти каждое представление. Особенно запомнился «Цирк на воде». Как-то, помню, приезжал кенийский цирк – то, что они вытворяли, не каждый сможет. Я всегда любил «воздух», то есть полёт, воздушные номера. Не представлял, как люди могут такие вещи делать в воздухе. Сейчас некоторые смотрят и говорят: «И что там такого? Вроде ничего сложного. На самом деле, это титанический труд, и я уже в то время это понимал и белой завистью завидовал, что люди умеют такие вещи делать, – вспоминает Павел, – Эта красота завораживает. Акробаты тоже впечатляют, тот же Марс Олейник и его акробаты на дорожках. Все профессионалы, среди них есть мастера спорта, некоторые чемпионы мира, это многого стоит».
На манеж во время представления Павел никогда не выходил – бывает, что сотрудники цирка иногда участвуют в подобных экспериментах. Однажды во время репетиций ассистировал Анатолию Соколу. Попробовал все, что хотел – повисел на ремнях, на кольцах, побывал под куполом. Просто ради интереса. Понял, что это «не его» – амплуа главного инженера Казанского цирка подходит больше.
Ещё можно почитать: