- Все кончено, Артур, - говорю я. - Можешь делать, что хочешь. Сливай свои сведения в полицию - мы с Родей будем бороться законными способами, как сможем и, если сможем. Возможно, вместе мы окажемся не так уж и беспомощны - ну, как выйдет уже...
Начало здесь:
Илона
Вечером Артур, который снова заезжает за мной на машине, выглядит уже гораздо лучше. Следы побоев видны, конечно, но выглядят так, как будто он получил их не меньше недели назад.
- Нормально ты загримировался! - Удивляюсь я.
- Годы практики! - Скалится он.
- Игра в респектабельного чувака?
- Ага.
Я смотрю на него и задаю вопрос, который, правда, меня очень интересует:
- Ты всю жизнь играешь, во что-то, в кого-то - неужели тебе не надоело? Неужели никогда не хотелось просто жить?!
- А я так живу, - отвечает он. - Просто это - моя настоящая жизнь.
- Почему?
- Потому что иначе мне скучно...
- Пустота? - Я внимательно смотрю на него. - Пустота мне знакома...
- Я так не определял это, - пожимает он плечами. - Скорее, скука. Но, когда я развлекаюсь, мне весело.
- А ты не пробовал развлекаться как-то иначе? Не только делая кому-то плохо? - Интересуюсь я.
Он на пару секунд задумывается, морщит лоб, его губы трогает ироническая, но не злая ухмылка.
- А что, по-твоему, я делаю сейчас?!. - Спрашивает он.
- А что ты делаешь сейчас? - отвечаю я вопросом на вопрос.
- Если ты не заметила, Илона,.. - он замолкает, словно думая, стоит ли произносить то, что у него на уме. - ... я уже давно не пытаюсь сделать тебе плохо. Я пытаюсь сделать тебе классно и весело. Да, своими методами, которые нормальным - этой серой скучной массе - показались бы дикими, аморальными... Но ведь ты-то не такая! Я поэтому тебя и выбрал, что ты ближе ко мне, чем к ним - и ведь у меня получается! Ты ведь уже чувствуешь за спиной темные крылья, да, Летучая Мышка? Если не испугаешься пойти дальше - когда-нибудь почувствуешь себя драконом! А это - ощущения, которые обычному, скучному индивиду недоступны!
Черт, он как будто прочитал мои вчерашние мысли... И он несет такую дичь,от которой должно тошнить нормального человека - и мне отчасти противно, а отчасти - интересно... с ним... Твою ж мать, что происходит с моей головой?!
А он тем временем проводит большим пальцем по моей щеке, губам - и они невольно приоткрываются. Артур убирает руку с моего лица и запускает ее мне в волосы - и стягивает их, больно, так, как я люблю. И наклоняется ко мне, желая поцеловать - но я решительно отталкиваю его:
- Нет! Соблюдай границы! В своем доме ты можешь делать, что угодно - а возле моего не смей ко мне приставать!
- Окей, - усмехается он, убирая руку, - отъедем...
В результате до места, куда он изначально планировал меня привезти, мы добираемся несколько позже - но, очевидно, что как раз к назначенному времени - видимо, развлечения на заднем сиденье тоже входили в его планы на этот вечер.
И приезжаем мы снова в какие-то **еня. Пустнынная улица без жилых домов. Мрачные здания, напоминающие старые заброшенные заводы. Видимо, там теперь лофты, это же нынче модно.
- Надеюсь, сегодня драться не придется? - Спрашиваю я.
- Не знаю, - пожимает плечами Стрелецкий, - но здесь драться запрещено. Тебя могут схватить или ударить - ты, по правилам, нет.
- Ты меня на какую-то БДСМ-вечеринку, что ли, привез?! - Возмущаюсь я. - Пошел на **р, Артур, я не давала на такое согласия!
Он смеется.
- Это - интересная идея, конечно, но, если я соберусь это сделать - обязательно предварительно обсужу это с тобой и спрошу твоего согласия! А это, так, детские развлекухи: всего лишь экстремальный хоррор-квест... Ты как - согласна, надеюсь? Летучим мышам должно такое нравиться - ужасы, подземелья, вампиры..! - Он делает устрашающую гримасу.
Не уверена, что мне по душе эта идея. Смутный страх начинает неприятно сосать под ложечкой - но ведь так и должно быть, разве нет? И разве преодолеть его и выйти из этого сумрака победителем - не есть задача, которая сделает крылья за спиной больше и мощнее, поможет их расправить, наконец, и подарит ощущение полета?
Не знаю... Я сомневаюсь - помню, каким недолгим было это ощущение вчера, как быстро я сникла, и как сильно меня потом накрыло. Даже странно, что тому, кого я ненавижу и планирую уничтожить, удалось так быстро снова меня завести... Или этому, как раз, уже давно пора перестать удивляться?.. И привыкнуть к тому, как запросто совмещаются две, казалось бы, несовместимые вещи?..
Ладно, по моему сценарию, в любом случае, темная должна быть бесстрашной и ловить кайф от подобных авантюр. Поэтому, я соглашаюсь.
Мы выходим из машины. Подходим к мрачной двери. Артур звонит. Через какое-то время она открывается со скрипом. Нас встречает недоброго вида и крупных размеров мужчина с устрашающим гримом на лице и велит следовать за ним. Мы идем по длинному темному коридору, куда-то заворачиваем, потом спускаемся на несколько ступеней вниз. Подвал, твою мать!
Мой страх усиливается, я чувствую, как гулко стучит сердце и холодеют руки. Мне уже хочется все это остановить, но я стараюсь изо всех сил не показывать своего смятения.
Мы приходим в какую-то тускло освещенную комнату, на стенах которой развешены какие-то зловещие картинки со смертельно-перепуганными, но еще живыми лицами и... телами, убитыми разными способами, а также висит несколько экспонатов, изображающих орудия убийств и пыток. Неужели этому придурку все это правда кажется забавным?!. Да вся моя жизнь с момента несчастливого знакомства с ним - один сплошной хоррор-квест - неужели нужно пройти еще один, дополнительный?
В комнате нас встречает обычного вида девушка и еще более устрашающего вида парень, глядящий на нас исподлобья. Девушка представляется как ведущая, говорит, что будут работать два актера, рассказывает предысторию и правила игры, вкратце объясняет, что будет происходить. Говорит, что, если кому-то из участников будет очень страшно, нужно просто поднять вверх две скрещенные руки - она увидит это по камерам и тут же остановит квест.
Есть стоп-сигнал! Это меня немного успокаивает, и я ставлю свою подпись на листе согласия, после чего Артур, тоже расписавшись, выкладывает за все это «удовольствие» круглую сумму. И - квест начинается.
Нам рассказывают историю про семью, которая, якобы, жила здесь когда-то, но была жестоко вырезана ночью убийцей-маньяком, и теперь их души не могут успокоиться, и сами убивают того, кого волей несчастного случая заводит в этот дом. Наша задача - найти подсказки, которые помогут поймать маньяка - только тогда души умерших успокоятся и позволят нам выбраться из этого дома живыми.
Ладно, история, вроде, ничего. Мне, хоть и неспокойно, но все же в какой-то степени интересно. И вот начинаются темные комнаты, выключения света, шепот, скрежет, кто-то в темноте дотрагивается до меня, какие-то видео-проекции мертвых людей внезапно рассекают темноту... В какой-то момент - самое страшное пока что - полная тьма внезапно сменяется тусклым светом - и перед нами с потолка вываливается подвешенное тело убитой женщины. Я даже не сразу понимаю, что это - кукла...
Я вздрагиваю и ахаю, но не визжу, за что ставлю себе плюсик, но вцепляюсь в руку Артура. Смотрю на него - ему больше весело, чем страшно, но все же и он не ожидал.
- Круто? - Спрашивает он меня. В его глазах вижу окогоньки азарта.
Не знаю, что в моих, но киваю более уверенно, чем ощущаю себя.
Мы двигаемся дальше, обходя «тело», ищем подсказки, у нас, вроде, получается. И мне даже скорее нравится, чем нет, до определенного момента...Когда вдруг снова гаснет свет - мы оказываемся в полной темноте - и чьи-то сильные руки внезапно хватают меня сзади и тащат куда-то вбок, потом - вниз на несколько ступенек и толкают, а потом - я слышу лязг закрываемой двери...
- Артур! - Зову я. Впервые в жизни так хочу, чтобы он оказался рядом. Но, по ходу, я здесь одна. О Господи!!!
Вот тут на меня начинает накатывать ужас - и паника - мне не хватает воздуха, мое сердце готово выскочить из груди. Я уже собираюсь подать стоп-сигнал. Но вдруг с противным дребезжанием загорается тусклый свет. Вот только от этого не становится легче. Я вижу себя в подвальном помещении примерно три на четыре, с голыми кирпичными стенами, дверь в которое заперта и находится выше этой тюрьмы на несколько ступенек... И мне становится еще хуже - это слишком хорошо мне кое-что напоминает.
И можно же просто поднять руки - но я словно забываю об этом. Сейчас для меня отсюда нет выхода! Моя темная часть с зачатками крыльев за спиной куда-то исчезла, растворилась в сумраке подвала - и я снова слабая, беспомощная жертва, почти ребенок, которая даже не в силах подать стоп-сигнал... Я пячусь к стене и безвольно сползаю по ней, и зажмуриваюсь, прижимая ладони к лицу, и пытаюсь просто дышать «по квадрату» - на четыре счета вдох, не четыре - выдох, на четыре - задержка дыхания, чтобы хоть немного побороть панику.
И, кажется, чуть-чуть начинает подотпускать, и я, наконец, понимаю, что все это можно прекратить, вот только... Я слышу лязг открываемой двери - и затем - шаги... Колонки передают зловещий смех и чьи-то крики... От ужаса я, вроде, вообще перестаю дышать. Есть же выражение «испугаться до смерти» - мне кажется, я к этому близка.
Я не могу заставить себя убрать от лица руки и открыть глаза - хотя шаги уже совсем близко - и вот они останавливаются рядом со мной, ... зловещая тишина, наполненная смертельной угрозой - и вдруг кто-то хватает меня за ногу!
Вот теперь я взвизгиваю - и все же убираю от лица ладони и широко распахиваю глаза - и вижу зловеще загримированного мужчину в маске - а потом уже и не его - а кого-то из прошлого - и опять его - и...
Все же, мне уже не восемнадцать! И не зря я активно занимаюсь самообороной! Что-то срабатывает, выстреливает внутри меня - я абсолютно не отдаю себе отчет в том, что делаю - все на инстинктах - я сначала изо всех сил бью кулаком его в кадык - а, когда он поперхивается, отпускает меня и отваливается назад - я, движимая непонятно откуда взявшейся силой, подскакиваю и бью его ногой в пах - ... дважды.
На этом все заканчивается. Он скрючивается на полу и мычит. Загорается полноценное освещение. Прибегают второй актер, ведущая, вслед за ними - Артур.
Тот, которого я побила, все еще валяется на полу и сдавленно матерится. Второй орет на нас. Ведущая более цивилизованно пытается что-то донести - видимо, насчет того, что это против правил, и мы подписывали согласие. Я это будто бы и слышу, но не воспринимаю. Как и вижу, что Стрелецкий сует им толстую пачку денег - но все уже словно не со мной - я где-то зависла, застряла в «посмертье» - между мраком этой жизни - и настоящим адом.
Меня снова хватают - за руку. Не в первый же миг осознаю, что это - Артур. Он меня куда-то ведет - по ступеням наверх - затем по коридорам, которые теперь освещены - и еще раз наверх - и вот - я на улице.
Мартовский воздух освежает лицо и помогает прийти в себя, и я, наконец, могу вдохнуть полной грудью. Чувство реальности потихоньку возвращается - а, вместе с ним - жуткая смесь из острой боли, даже физически ощущающейся в груди - и столь же сильного гнева! Я вырываю у Артура руку и устремляюсь по улице - сама не зная, куда - подальше от этого места и от этого к*зла!
Слышу сзади его крик: - Куда ты?! Сядь в машину, замерзнешь!
Я правда не одета для пеших прогулок, но я не чувствую холода и не собираюсь останавливаться.
Но за моей спиной снова шаги - теперь я знаю, чьи они, его я уже давно не боюсь - и он меня хватает, и тащит назад - и я отчаянно вырываюсь, и мне удается пнуть его ногой по голени - слышу, как он шумно втягивает воздух и матерится. Но все же он затаскивает меня в машину - с пассажирской стороны, и усаживает к себе на колени, очевидно, просто пытаясь успокоить.
Но я продолжаю драться - и бью его по лицу - и получаю в ответ, но это меня не останавливает, в меня словно вселился бес. Как же я его ненавижу - если бы ненависть могла убивать - он был бы уже мертв!
Но ему, естественно, спустя непродолжительное время все же удается меня полностью обездвижить, крепко обхватив руками поверх поверх рук и ногами зажав мои ноги.
- Успокойся уже! - Требует он. - Какого ***а ты тут устроила?! Это, ****ь, всего лишь с*аный квест - они, между прочим, ментов могли вызвать - ты знаешь, сколько я им отвалил?!
Мне плевать на его слова - но обездвиженность постепенно успокаивает. Возбуждение проходит, дыхание восстанавливается - остается лишь холодная, глухая ненависть и теперь уже не острая, а тупая и тяжелая боль в груди. Наверное, все же хорошо, что это произошло - это мне напомнило, кто он - а то, по ходу, я уже начала об этом забывать.
- Какой же ты подонок, - констатирую я уже без лишних эмоций. Но он не отвечает, как раньше, с иронией: «Да, я такой».
Он спрашивает:
- Может, потрудишься объяснить, что я сделал?! Ты же согласилась, разве нет?! Откуда я мог знать, что тебя так переклинит?!
- Ты знал, - говорю я голосом, лишенным всяких проявлений жизни. - Ты все про меня выяснил, так ведь?.. Про тот дом, про подвал, в котором меня держали - ты ведь узнал, не правда ли?.. Тебе же было так интересно, откуда у меня шрамы на запястьях... Знаешь, ты делал в отношении меня много всякой мерзости - но ниже этого ты еще не опускался.
- Да ничего я не узнавал, я тебе правду говорю! - Заявляет Артур и требует: - Объясни ты нормально уже наконец, о чем ты?!
Я не верю ему. Он столько раз врал мне без зазрения совести - естественно - о чем я вообще - у него ее просто нет. Я заставляю себя на него посмотреть - и вижу снова его теми глазами, как тогда, в кафе несколько месяцев назад - и даже и не только его - и это, определенно, к лучшему.
Но..., - может, и нет. После случившегося я больше не могу играть. Это выше моих сил. Это - слишком сильное предательство самой себя, не говоря уже о Роде. Хотя, может, его я предам в самой полной мере, если выйду из этой игры сейчас - но я правда больше не могу!
- Все кончено, Артур, - говорю я. - Можешь делать, что хочешь. Сливай свои сведения в полицию - мы с Родей будем бороться законными способами, как сможем и, если сможем. Возможно, вместе мы окажемся не так уж и беспомощны - ну, как выйдет уже... За свои грехи я заплачу в любом случае, тут можешь не переживать... Но я выхожу из этой гр*бано - с*аной игры. Хватит... Точка.
Не знаю, сколько длится пауза - полминуты - минуту - пять... И вдруг...
Он, видимо, осмысливает мои слова - и выражение его глаз становится таким, каким я еще ни разу его не видела. Это - страх?.. Отчаяние?..
Его поведенческие реакции сначала привычны - первое, что он делает - это хватает меня сзади за шею - но быстро отпускает - и сжимает в руках мои холодные, бесчувственные кисти - но, не видя отклика, выпускает их и бьет насколько раз достаточно сильно себя ладонями по голове, повторяя:
- Твою мать, твою мать, твою мать! Что ты, с*ка, делаешь со мной?! Никто, никогда... - Он не заканчивает свою мысль, замолкает, держась за голову, тяжело дышит, потом говорит: - Я никогда ни перед кем не оправдывался! Ни разу в жизни! И никогда ни о чем не сожалел! И никогда не чувствовал себя так **рово... - Он снова смотрит на меня. В его взгляде - что это? Раскаяние? Мольба? Такое возможно?!. - И я никогда не был настолько честен. И, возможно, я пожалею об этом. Но я правда ничего про тебя не узнавал кроме того, как ты живешь сейчас. И я на самом деле не имел и в мыслях намеренно причинить тебе боль. Я думал, что тебе понравится. Я не мог предположить, что тебе это что-то напомнит.
Я молчу. Я не понимаю, что чувствую. Точно есть удивление. Ненависть еще на чем-то держится - но слабее, значительно. Какие-то теплые чувства?.. У-у... Пожалуй, доминирует опустошение и усталость. Я высосана до предела всем этим сюрром.
- Что произошло? О чем ты говорила? - Спрашивает Артур тем временем.
- Интересуют подробности? Возбуждают? Но их не будет. Можешь пофантазировать - и, вероятно, не ошибешься, - не могу не съязвить я, хотя сама не знаю, зачем это делаю. Ведь, на самом деле, я ему... теперь верю.
- Хватит! - Он требует и просит одновременно.
- Если без подробностей, - говорю я, - около семи лет назад я почти трое суток провела в таком подвале и не надеялась выйти оттуда живой. И моя болезнь, и эти шрамы - следствие того, что там было. И извращенные предпочтения, которые тебе так нравятся - тоже оттуда. И, да, ты мне одного из них напомнил. Самого жестокого. И это все, что тебе надо знать.
Артур молчит, переваривает. Я не могу понять, о чем он думает и что чувствует в эти мгновения. И вдруг он выдает: - Мы можем разобраться с ними!
Я несколько удивлена. Но чувствую себя такой опустошенной, что на более сильные эмоции энергии не остается.
- Ты хочешь разобраться?! Зачем это тебе? - Спрашиваю я. - Ты же такой же, как они. Если не хуже. Только что ты один - а их было несколько - а так - что из того, что они делали со мной, не делал ты?! Ты должен быть им признателен, что они создали такую подходящую для тебя секс-игрушку.
- Да хватит уже! - Орет вдруг он и встряхивает за плечи - а затем столь же внезапно отпускает и прижимает к себе, и говорит: - Правда, хватит! Мы потом об этом подумаем! Мы собирались веселиться - если что-то пошло не так - я все поправлю.
И он, оглядевшись по сторонам, достает маленький пакетик с белым порошком, и зеркальце, и трубочку, и сделав две небольшие дорожки, протягивает трубочку мне. - Не бойся, к*кс отличный, проверенный, - говорит он.
Я смотрю на него. На зеркальце. Думаю, не сон ли все это?.. Что нужно сделать, чтобы проснуться дома, с Родей, и понять, что события последних месяцев были лишь ночным кошмаром?.. Потом думаю, что в объятия мужа мне все равно сегодня не попасть.
И после того, чему я только что была свидетелем, выходить из игры точно преждевременно и даже преступно - иначе зачем все это было, если я разрушу все и подставлю Родю, когда мне каким-то неожиданным для самой себя образом удалось подобраться к Артуру так близко?!. Тем более что я и сама уже думала о том, что без дополнительного источника ресурса я все это до конца не доведу...
Я знаю, что это - путь в никуда, к погибели, но я ведь уже давно на этом пути. И я понимаю, что меня уже ничего хорошего не ждет. Поэтому - «сгорел сарай, гори и хата», как говорят. И - «умирать - так с песней»! Я беру у него трубочку, наклоняюсь и вдыхаю. Артур тут же отмеряет дозу несколько побольше, для себя, и делает то же, что и я.
Потом мы едем, быстро - штрафов он не боится - с громкой музыкой - и, мне кажется, я лечу. Минут через двадцать мы подъезжаем к ночному клубу. Я не уверена, что Артура пропустят с такой мордой, хоть и загримированной - но его и тут знают, и мы проходим даже без очереди. Мы раздеваемся в гардеробе, и перед тем, как идти туда, куда меня манит громкая музыка и пробивающие басы, Артур останавливает меня и говорит: - Поиграем?
- Во что? - Спрашиваю я. Сейчас я не знаю, кто я - летучая мышь, или птица, или дракон - мне хорошо, и я готова, мне хочется приключений!
- Вчера я вызвал твою ревность - сегодня - вызови мою!
- В смысле?
- Закадри какого-нибудь мужика. Сделай так, чтобы он захотел тебя до ус**чки. Тут есть приватные комнаты, кстати, наверху.
- Ты хочешь, чтобы я с кем-то переспала? - Уточняю я.
- Вот еще! - Заявляет он, впиваясь мощной клешней мне в плечо. - Я хочу, чтобы какой-нибудь л*х подумал, что ты этого хочешь.
- Если ты собираешься его избить - я в этом не участвую, - заявляю я.
- Не собираюсь я никого избивать, так, прикольнуться, будет весело, давай!
Что же, мне уже очень весело, и меня так и манит на танцпол. Я захожу, и меня охватывает клубный мигающий свет; и разгоряченные тела, ритмично двигающиеся и изгибающиеся рядом со мной, так и зовут присоединиться к ним. А каждый удар басов отзывается в моем теле - вибрация начинается в груди и передает импульс по всему телу, и я не могу стоять на месте.
И я чувствую музыку, я словно сливаюсь с ней, мое тело и музыка - это теперь единое целое. И мне классно, очень, и я танцую, вкладывая в свои движения весь огонь, который сейчас горит во мне. И я чувственно улыбаюсь, и смотрю по сторонам, ловя горячие мужские взгляды, и мне этот так нравится, я чувствую себя неотразимой, как будто этот танцпол - и этот мир - принадлежит лишь мне.
И незнакомцы приближаются ко мне, и я танцую к ним так близко, почти прижимаясь к ним и выбирая того, кто мне нужен. Выбираю и по признаку, кто наиболее интересен мне - и кто покрепче, если вдруг Артур захочет устроить драку.
Моего внимания явно добивается накачанный симпатичный брюнет в светло-сиреневой рубашке - он не очень высокий, но мощный и привлекательный - и я останавливаю выбор на нем. И я с ним танцую, и во время медляка позволяю не слишком пристойно трогать меня, и под действием наркотика мое либидо взлетает до небес, и его прикосновения вызывают во мне желание, и я и сама уже не против пойти с ним в приватную комнату. Нет больше морали, нет светлой Илоны, нет всей остальной жизни - есть только этот момент - здесь и сейчас, в котором я чувствую себя королевой этого мира!
Брюнет - Алекс - предлагает выпить, и, пока он идет к бару, я уединяюсь в туалете и добавляю немного «топлива», которое Артур мне дал с собой, поскольку чувствую, что уже слегка начинает отпускать. И мое сердце снова бьется быстрее - и крылья за спиной уже огромны - мне хочется скорее вернуться на танцпол. И я возвращаюсь, и вижу Алекса с двумя бокалами, у него - виски, у меня - слабоалкогольный лонг-дринк, не хочу мешать, да и пить вообще не хочу.
Он прилично отпивает из своего бакала, я лишь пригубляю, и мы снова возвращаемся на танцпол, и как раз ставят медляк, и я прижимаюсь в Алексу так тесно, что чувствую его возбуждение. И я смотрю по сторонам - и вижу Артура у второго бара - он следит за мной глазами. Отсюда не разглядеть их выражения - но мне хочется дразнить его - и я вся вьюсь вокруг моего партнера - и слышу на ухо предложение поехать в отель.
Разряд тока. Сердце начинает биться очень часто. Что-то сейчас будет?
- Зачем ехать? - Спрашиваю я. - Здесь наверху есть комнаты, где можно уединиться, пойдем, посмотрим, есть ли свободные?
Он соглашается, допивает виски, и мы идем за руку. В какой-то момент у меня появляется смутная тревога, что Артур меня не остановит. И я, вроде, и хочу Алекса - но этому поступку уже совсем не будет никакого оправдания (как будто тому, что я сплю с Артуром, оправдание есть...).
Но на верху лестницы Артур настигает нас - и я выдыхаю. И мне и немного страшно - и очень интересно, что будет.
Стрелецкий хватает меня сзади сзади за руку и резко оттаскивает от Алекса со словами: - Так вот ты где, шл*ха!
- Я не понял, ты, ****ь, кто?! - Возмущается Алекс.
- Это - моя баба! - Заявляет Артур.
- Пошел ты, мы расстались! - Подливаю я масла в огонь. - Что хочу - то и делаю! Пойдем! - Я, пытаясь обойти Артура, протягиваю Алексу руку.
- Ты слышал, что сказала девушка?! - Алекс отталкивает Артура и делает шаг ко мне, но Артур в ответ толкает его сильнее - тот отлетает на пару метров, но снова приближается и, замахиваясь, пытается ударить Стрелецкого в лицо. Однако тот ловко уходит вниз - и пробивает противнику мощный хук в печень. Тот сгибается и оседает. Драка закончена.
Но снизу бежит, видимо, увидевший по камерам потасовку, вышибала - тот, который на входе поприветствовал Артура.
- Что у вас тут?! - Спрашивает он. - Артур, ты знаешь правила! Никаких драк в клубе!
- Он к девушке моей приставал, пока я вынужден был на пол часа на экстренный рабочий созвон отлучиться - без тени смущения нагло врет Стрелецкий. - Накачал ее чем-то и приватную зону хотел увести - это у вас в клубе нормально?!
- Так, пошли, на выход, - говорит вышибала Алексу и, помогая ему подняться, тем не менее, весьма решительно ведет его вниз.
Я смотрю на все это, и понимаю, что завтра мне будет ужасно стыдно за свое участие в такой гадкой афере. Но не сейчас. Пока что азарт и возбуждение, подогретые наркотиком, еще бурлят в моей крови.
- Пошли, - говорит мне Артур и, взяв меня за руку, ведет в приватную зону, заплатив на входе за аренду комнаты на час.
И вот мы одни в этом странном помещении, выдержанном в темно-красных тонах. Артур закрывает дверь. Смотрит на меня. Его взгляд еще более больной и воспаленный, чем вчера после боя.
- Хотела его?! - Спрашивает он.
- Да, - желая одновременно и завести, и позлить его, признаюсь я.
- Дала бы ему, если бы я не появился? - Его голос звучит угрожающе. И в подтверждение угрозы он берет меня за шею и прижимает к стене.
- Не знаю, - честно отвечаю я. - А ты бы разве допустил, что бы это произошло?!
- Нет, - он сжимает мое горло сильнее. - Довольно того, что я позволяю тебе спать с этим твоим... Пока...
«Вот оно как...» Но сейчас не время и не место говорить о Роде.
- И что теперь?! - Спрашивает Артур. - Ты мне чуть не изменила!
- Как и ты мне вчера!
- Я не лапал ее и не хотел - а ты вся вилась вокруг него, и мечтала, чтобы он тебя тра*нул, с*чка! Думаю, ты заслуживаешь наказания!
Разряд тока по всем эро*енным зонам одновременно. Я хочу наказания. Но не намерена уступать ему полностью.
- Возможно, - говорю я. - Но только легкого.
- Такого? - Он дает мне пощечину.
- Можно еще, - отвечаю я.
И он дает мне еще одну, а потом, схватив за волосы, грубо швыряет меня на кровать.
Артур.
****ь, я впервые не очень понимаю, что со мной происходит. Да, я признал для себя, я позволил себе это признать, что что-то пошло с Илоной не по изначально запланированному сценарию, и что меня в какой-то мере стало к ней тянуть. Лишь какой-то мере, это было ключевым!
И мне было даже интересно наблюдать за своими реакциями. И я не сомневался в своем контроле ситуации. Мышка могла значить для меня чуть больше, чем остальные, то есть - чем ничего. Это должно было быть так. Но, опять же, и тут вышло за рамки плана.
Она, мать ее, стала значить для меня больше, чем я могу и хочу это допустить. Но я, по ходу, утратил контроль. Вчера вечером, после этого чертова квеста, когда она сказала, что «все кончено», я испытал... Страх?.. Боль отвержения?.. Пожалуй, даже отчаяние?..
Я?!. Всегда считавший себя так называемым «ядерным психопатом», то есть, таким рожденным - напрочь лишенным возможности испытывать любовь, эмпатию, сострадание; тотальным эгоистом, которому нужны другие только лишь для того, чтобы использовать их для удовлетворения собственных желаний!
И ведь я таким и остался - со всеми - но не с ней - не с ней, мать ее! Я стал от нее зависим! Я..! Как?!. И, когда она намеками рассказала ту историю - раньше бы я ощутил, пожалуй, лишь холодный интерес - а, может, это бы меня и сексуально завело... Сейчас же - я почувствовал злость на тех, кто так обошелся с ней - хотя она верно заметила - я ведь такой же. Ну, по крайней мере, по большей части, и тем не менее...
И еще - я не знаю, что такое - испытывать вину, но, если сравнить с тем, что я читал об этом - да, я почувствовал нечто похожее - и за то, что в ту ночь втянул ее в эту хр*нь - и за то, как я с ней начал. Хоть я и говорил не раз и себе, и ей, что я делал лишь то, что было нужно ей самой, чтобы помочь ей раскрыться - но после того, что я узнал, я как будто пожалел, что именно с ней начал именно так.
Ну, в общем-то, вечер закончился неплохо и интересно. Утешать я не особо умею человеческими способами - но я знаю более эффективные. И мы в итоге неплохо повеселились. И секс под к*ксом еще круче, ощущения острее. Думаю, что все же с ней у нас все будет хорошо.
Черт, вот в каких категориях я стал думать! Я хочу быть с ней. Ну и **р с ним. Да, я хочу, это так. И пусть. И скоро буду, полностью. Надо только избавиться от Ксю и Роди. Ну, Ксю я сплавлю - даже несмотря на то, что ей известно - это не такая большая проблема... И думаю, что к расставанию с альпинистом Илона уже тоже почти готова. И у меня созрело для нее предложение, честное предложение. Я готов снять с ее тупого мужа всякие подозрения в обмен на гарантию, что она уйдет от него ко мне, и больше никогда к нему не вернется. Думаю, что скоро я его озвучу...
А пока - пока я отвез не очень ранним утром Илону домой, проспав вместе с ней несколько часов в отеле, и поехал на работу. И тут мне позвонила мать и сказала, что отец в больнице в тяжелом состоянии и очень хочет со мной поговорить. Не могу сказать, что я обеспокоился или расстроился. Я этого ждал, на самом деле - не то чтобы смерти ему желал - но чтобы он полностью отошел от дел фирмы - так точно...
Вот только этот разговор приподнес мне очень большой сюрприз. И перевернул мои представления о себе с ног на голову. И я, кажется, понял, откуда ноги растут - почему я все-таки начал испытывать какие-то человеческие чувства.
Продолжение следует...
*Публикация содержит упоминание о наркотиках и связанную с ними информацию.
Если глава вам понравилась- буду очень рада лайку!