Махмуд Сулейманов заболел осенью 2025 года. Прилетел к своей семье из Азербайджана. а обратно уехать не смог. Оказалось, что у него агрессивная форма рака крови, которую надо срочно лечить. Чтобы его лечить родители жены продали свою квартиру и лечение принесло результат. Но химиотерапию надо продолжать, а денег у же нет. Вместо этого — долги. Врачи надеются, что Махмуд сможет вылечиться, но нужны деньги на курсы химиотерапии.
17 лет Махмуд преподавал метеорологию и географию в Бакинской национальной академии авиации. За эти годы он обучил более 1000 пилотов! Поэтому во время перелетов из Азербайджана Махмуд нередко оказывался в ситуации, когда самолетом управлял его ученик.
– Выпускники всегда были рады видеть его. Все потому, что Махмуд – очень добрый, понимающий преподаватель. В науку и образование он вкладывает всю свою душу, студенты его любят, – рассказывает Гюнай, жена Махмуда.
Больше 10 лет они прожили в браке на две страны. Махмуд писал кандидатскую диссертацию и не мог оставить свою научную жизнь в Азербайджане, а Гюнай, всю жизнь прожившая в Москве, не смогла приспособиться к Баку. В семье Сулеймановых родились две дочери, и, несмотря на расстояния, надолго муж, жена и дети никогда не разлучались. Вместе они проводили все три месяца лета, а во время учебного года Махмуд использовал каждую возможность приехать к семье.
Этой осенью, в свой очередной приезд в Москву, Махмуд почувствовал себя плохо, были проблемы с кишечником. Неизвестно, что было бы, если бы он не решил обратиться в поликлинику и сдать анализы. Причиной обычного, казалось бы, недомогания оказался агрессивный рак крови – острый миелобластный лейкоз. Врачи сказали прямо: если в течение недели не начать лечение, Махмуд умрет.
Лететь в таком состоянии в Азербайджан было невозможно, Махмуд не пережил бы перелет. Никакого выбора, кроме как лечиться в Москве, не оставалось. А рак для иностранного гражданина – это очень дорого.
– Мы сразу же продали квартиру моих родителей. Почти в два раза дешевле. У нас просто не было другого выхода: жизнь Махмуда намного дороже, чем эта квартира. Сейчас он делает российские документы, но все это очень долго. Болезнь не ждет, – говорит Гюнай.
С тех пор Махмуд перенес четыре курса химиотерапии, часть помогли оплатить фонды, но основные расходы легли на семью. Не хватило даже проданной квартиры в Москве, пришлось взять кредит.
– Вы не можете представить, какой стресс пережили девочки, видя папу в таком состоянии. Младшая не могла спать по ночам. Сама я за первую неделю потеряла 12 кг, сейчас наблюдаюсь у невролога, – говорит Гюнай. – Махмуд не ел, губы были белые, будто совсем без крови. Из-за язв во рту во время первой химии он даже не пил. Вторая и третья химия – температура 42. А через неделю после четвертой ему удалили аппендицит при нулевых лейкоцитах.
Махмуд достиг молекулярной ремиссии. Но к концу химиотерапии его семья осталась совсем без сил и без денег. А лечение тем временем необходимо продолжать: для закрепления результата и выхода в полноценную ремиссию нужны еще 6 курсов поддерживающей низкодозовой химиотерапии. Без них вероятность рецидива слишком высока.
Пройти терапию Махмуд может только в Москве: на этом настаивают врачи, это подтверждают и эксперты «Фонда борьбы с лейкемией». Все дело в том, что схемы лечения в России и Азербайджане принципиально отличаются, придется нарушить протокол.
– Мы изучили все нюансы и приняли решение продолжать лечение Махмуда в России. Это не зависит от нашей воли, мы вынуждены так поступать, – говорит Гюнай.
Мы открываем сбор на оплату трех курсов поддерживающей терапии в ФГБУ «НМИЦ гематологии» МЗ России для Махмуда. Их стоимость – 826 104 рубля (стоимость одного курса — 275 368 рублей). Поддерживающее лечение Махмуд уже начал, и первые курсы семья оплачивает самостоятельно.
После продажи квартиры родителей Гюнай Сулеймановы живут всемером. Махмуд, Гюнай, ее родители и брат, две дочери. Доход семьи на семерых человек после выплаты кредитов – 172 500 рублей. Все их ресурсы истощены.
– Махмуд такой папа, что он жизнь отдаст за своих детей. Мы все очень любим друг друга и не можем представить, что с ним что-то случится. Но Махмуд – сильный человек, – рассказывает Гюнай. – Врачи говорят, что шанс на выздоровление есть. Но для этого нужно идти на все. Чтобы он растил своих детей, чтобы мы были вместе.
Давайте поможем!