На днях Министр юстиции Франции Жеральд Дарманен предложил ввести трехлетний мораторий на легальную иммиграцию в страну, заявив, что «власти исчерпали возможности по интеграции приезжих». Более того, речь не просто о моратории: Дарманен предложил также «работать над ассимиляцией тех, кто уже находится в стране».
Звучит, мягко говоря, сомнительно. По данным французских ведомств, в 2025 году число только легальных мигрантов с ВНЖ во Франции превысило 4,5 миллиона. А сколько нелегалов? С такими цифрами слово «ассимиляция» смотрится наивно: ещё вопрос, кто кого в итоге ассимилирует.
Примерно такая же ситуация в Нидерландах. Недавно премьер-министр страны Роб Йеттен назвал опасения по поводу демографических изменений «теорией заговора». Тем временем ситуация в Нидерландах примерно такая: по официальной статистике, в Амстердаме 49,5 % – голландцы, 50,5 % – «люди иностранного происхождения»; в Роттердаме 45 % жителей родились за пределами Нидерландов, в Гааге таковых почти 60%.
Британия – наверно, и говорить не стоит. Одна из лучших иллюстраций: недавно в Бирмингеме лорд-мэром стал уроженец Пакистана Закер Чодри. С чтением по бумажке текста на английском у него проблемы, а церемонию присяги открыл имам. Британскими городами всё чаще правят выходцы из Индии/Пакистана. И если то, почему Лондон осознанно способствует «мигрантскому беспределу» в России, понятно, то то, почему он так же осознанно допустил превращение Британии в «Пакистан на минималках», — не очень.
Особняком стоит Германия. В марте этого года на встрече с временным президентом Сирии Ахмедом аш-Шараа канцлер Мерц заявил, что Германия планирует вернуть на родину 80% из более чем 900 тысяч сирийских беженцев за три года. После прихода к власти в Сирии новых «властей» обратно на родину из Германии вернулись всего несколько тысяч человек. И совершенно неясно, почему ситуация должна кардинально измениться сейчас.
Тем не менее, Берлин пока «не отпускает» эту тему. Но и Дамаск не сдаётся. Недавно в сирийском МИД отвергли план Германии по депортации более 700.000 сирийских беженцев обратно в Сирию. Обосновали это максимально прямо: «Сирийцы в Германии являются стратегическим ресурсом, а не обузой. Беженцы получают пособия и постоянно отправляют твердую валюту на родину, ежегодно денежные переводы составляют сумму до 400 млн евро – это намного больше, чем немецкая помощь Сирии, которая составляет не более 350 млн евро в год».
Странно, что Берлин по-прежнему пытается вернуть Сирии сотни тысяч сирийских беженцев и по-прежнему удивляется, что Дамаску они не нужны. И ведь там называют вещи своими именами — это 700 с лишним тысяч сидящих на немецких пособиях человек, частично содержащих саму Сирию. Такой вот «стратегический ресурс». В нашей стране такого тоже немало.
Разница лишь в том, что у нас в последнее время всё же взялись за наведение порядка и ужесточение контроля за мигрантской сферой. Остаётся верить, что шанс развернуть эту проблему в регулируемое русло есть. А вот в Европе уже, видимо, ничего не исправить, и статические цифры из крупнейших городов Нидерландов скоро будут применимы почти ко всем европейским странам.