Очередная страшная история — мальчик разбил голову самокатом 90-летней бабушке. Просто подъехал и стукнул, без причины. И дело, наверное, не в воспитании, а в отношении к такому возрастному состоянию, как старики. Их сейчас в лучшем случае не замечают, а в худшем стараются от них избавиться, вот как этот мальчик.
Я никогда не относилась к старикам с брезгливостью. Выросла с бабушкой в коммунальной квартире, где кроме неё обитали ещё девять старушек и один старичок Борис Петрович, высокий благообразный дедушка с седой бородой. Можно сказать, что он был главным авторитетом на нашей коммунальной кухне. Нет, конечно, там жили и молодые, и люди среднего возраста, и мы, дети, но за советом шли к Борису Петровичу. И отношение у меня к старикам было обычное, как ко всем остальным. Не было среди них ни грязнуль, ни больных деменцией. И льгот у них никаких не было, только пенсия, и они были частью нашей жизни, неотъемлемой частью. И вот за шестьдесят лет отношение к старости стало меняться, старым стало быть немодно, нужно стараться удерживать молодость, а вот кто не смог этого сделать, того списывают из этой жизни. В течение своей жизни я и сама замечала, что старики мне стали не то что неинтересны, их как бы и не было в моей жизни до тех пор, пока мама не постарела. И вот только в то время я стала замечать, что многие её подруги начали чудачить. Одеваются небрежно, могут говорить десять раз одно и то же, а уж про грязь в доме так если не у каждой, то через одну. Ладно ещё у кого дети убираются, а одинокие совсем про уборку забывают. И вот эти тряпочки вечные, носовые платки, салфетки, меня это не раздражало, а удивляло — зачем всё это нужно.
Мамы уже нет, старушкой стала я. И вот они, эти тряпочки и салфеточки, появились, замечаю за собой. Из носа течёт периодически, в каждом кармане по салфетке. Я уж не говорю про грязь, грязь у старых людей не потому, что они её любят, а потому что не видят. Я теперь только в очках убираюсь, а ведь я ещё могу убираться, а есть те, которые уже не могут, а помочь некому.
Я как-то для своей соседки, девяностолетней бабушки, вызвала социального работника. Так пришла дама и дала полный расклад, кто с бабушкой прописан, сколько жилплощадь, сколько пенсия, и по всем этим параметрам бабушка моя чуть ли не олигарх получилась, и чтобы продукты ей купить, нужно с ней договор заключить и за каждую услугу отдельно оплачивать. Старушка моя глазами похлопала, ничего не поняла, я соцработника проводила, подхватила свой костыль и допрыгала до магазина за батоном. А вот грязи у старушки не было и запаха старческого от неё не шло, хоть и слепая была. В интернете старым людям молодые дамы дают совет чаще мыться, так они, может быть, и хотят чаще, да только порой даже один раз в месяц с трудом получается. Та же моя подруга с тремя детьми в ванну залезть уже не может, ноги не поднимаются. Она даже в душевую кабину перешагнуть не может, были с ней в санатории, пришлось для неё там подставку ставить. Не всегда у стариков получается делать то, что хочется, а порой только то, что смогут.
Конечно, выходя из дома, мы ещё ого-го, причёски, маникюр и новые наряды, и стареть нам совсем не хочется, но, к сожалению, старость нас об этом не спрашивает и приходит к нам со своими старческими проблемами, а мы уже приспосабливаемся к ним, как можем. И глядя на стариков, я только теперь поняла, что относится к пожилым людям хотя бы со снисхождением, а не со злобой.
Во-первых, что и сами пожилые люди не хотят быть немощными грязными стариками, просто многое уже не от них зависит.
А во-вторых, мимо старости никто не пройдёт, к каждому она придёт, вот тогда и вспомнят не только о снисхождении, но и о сострадании.