Сегодня черный перец, корица и гвоздика — это самые обычные, дешевые приправы, стоящие на полке в любом супермаркете. Но полтысячелетия назад за мешок гвоздики можно было купить стадо овец, а за ящик мускатного ореха — небольшой корабль. Именно ненасытный спрос Европы на пряности стал главным двигателем Великих географических открытий, навсегда изменил карту мира и привел к одной из самых мрачных страниц в истории человечества.
Почему пряности ценились на вес золота? В конце XV века специи не просто добавляли вкус еде — они были валютой, лекарством и главным символом статуса. Причин их баснословной дороговизны было несколько.
Пряности не росли в Европе. Они проделывали огромный путь по сухопутному Великому шелковому пути и морским путям. Арабские и индийские купцы везли их до Египта и Ближнего Востока, где товар перехватывали венецианцы, с XIII века обладавшие эксклюзивной монополией на продажу специй в Европе.
Каждый посредник накручивал цену. Ситуация стала критической после падения Константинополя в 1453 году: Османская империя перекрыла привычные маршруты и обложила транзит чудовищными налогами. К моменту попадания в Лондон или Париж цена специй возрастала в десятки раз.
Европейцы понятия не имели, где именно растут пряности, и арабские торговцы умело поддерживали эту завесу тайны. Они рассказывали леденящие душу басни: дескать, корицу стерегут гигантские крылатые змеи, а мускатный орех добывают лишь тогда, когда слепые птицы выронят его из клюва. Эти истории были выгодны: они оправдывали высокие цены и отбивали у смельчаков охоту искать источник товара самостоятельно.
На деле гвоздика и мускатный орех росли только на маленьких Молуккских островах (современная Индонезия), а лучшая корица — на Цейлоне. Абсолютная географическая монополия рождала заоблачные цены.
В эпоху «гуморальной медицины» специи считались «горячими» и «сухими» субстанциями, способными лечить желудок и балансировать жидкости в теле. Во время эпидемий бубонной чумы богачи носили помандеры — ажурные шары с пряностями, чтобы отпугивать «миазмы» (зараженный воздух).
Кроме того, специи были главным способом пустить пыль в глаза. Подавать гостям густо сдобренную еду было аналогом демонстрации современного суперкара. (Популярный миф о том, что специями перебивали запах тухлого мяса, историками оспорен: те, кто мог позволить себе специфические пряности, без проблем покупали свежее мясо).
С точки зрения логистики специи были эквивалентом золота: они не портились в сырых трюмах, занимали мало места и почти ничего не весили по сравнению со своей стоимостью.
Дикая дороговизна и зависимость от мусульманских и венецианских посредников вынудили европейские монархии искать прямые пути к «Островам пряностей».
Христофор Колумб поплыл на запад, надеясь найти короткий путь в Азию. Вместо черного перца и мускатного ореха он, достигнув в 1492 году островов Карибского бассейна, нашёл Америку, подарив Европе ваниль, какао, томаты, картофель, кукурузу и душистый перец, но главную задачу так и не решил. До конца жизни он считал, что достиг Индии.
Португалец Васко да Гама в 1497 году отправился на восток, вокруг Африки, и достиг Каликута в Индии. Когда его люди попытались торговать, они предложили местным купцам зеркала, красные колпаки и серебряную посуду. Индийцы лишь посмеялись, потребовав золото. Вернувшись в Лиссабон, да Гама все же привез груз перца, который окупил экспедицию в 30-60 раз.
Фернан Магеллан стал прямым продолжателем этой «пряной лихорадки». По Тордесильясскому договору 1494 года мир был поделен между Португалией и Испанией: восточный путь к Индии достался Португалии, а западный — Испании. Испанский король Карл V (будущий император Священной Римской империи) одобрил план Магеллана в марте 1518 года: найти пролив в Америке и добраться до Островов пряностей (Молуккских островов) с запада, чтобы забрать специи себе.
Магеллан не планировал кругосветное путешествие. Его целью была исключительно гвоздика (которая росла только на Молуккских островах, в частности, на островах Тернате и Тидоре). Экспедиция 1519-1522 годов года стала трагедией: Магеллан погиб 27 апреля 1521 года в битве с местными жителями на острове Мактан (Филиппины), большая часть экипажа умерла от голода, цинги и других болезней. Из пяти его кораблей в Испанию вернулся лишь один («Виктория») под командованием Хуана Себастьяна Элькано.
Но трюмы корабля были забиты 26 тоннами гвоздики. Продажи этого груза полностью окупили снаряжение всей флотилии (расходы составили около 8,7 миллиона мараведи) и принесли короне прибыль около 1 миллиона мараведи. Из примерно 270 человек экипажа выжило лишь 22 человека.
Однако плавание доказало, что Земля огромна, а путь через Тихий океан слишком долог и опасен для регулярной торговли. Испания поняла, что западный маршрут к специям нерентабелен, продала Португалии права на Молуккские острова (Сарагосский договор 1529 г.) и переключилась на выкачивание серебра и золота из недр американских колоний.
Пока в европейских дворцах наслаждались ароматом корицы, в колониях разворачивалась катастрофа. Погоня за специями и драгоценными металлами привела к беспрецедентной жестокости по отношению к коренному населению.
Самая мрачная страница «пряной истории» связана с архипелагом Банда — единственным на то время местом в мире, где рос мускатный орех в первозданном виде. В начале XVII века контроль над торговлей захватила Голландская Ост-Индская компания (VOC — Vereenigde Oostindische Compagnie), основанная в 1602 году. Местные бандайцы продолжали тайно продавать орехи англичанам и другим купцам, нарушая голландскую монополию.
В 1621 году генерал-губернатор Ян Питерсзон Кун (Jan Pieterszoon Coen) прибыл на острова с армией из 1200 наемников, включая японских самураев. Чтобы навсегда решить проблему, голландцы устроили тотальную резню. Из примерно 15 000 коренных бандайцев в живых осталось около 1 000 (по некоторым данным — всего 300–500 человек). Остальные были убиты, умерли от голода в джунглях или были проданы в рабство.
Острова обезлюдели, и голландцы завезли туда рабов и поселенцев из других частей Азии и Африки для работы на мускатных плантациях. Голландцы также высадили мускатные деревья за пределами островов Банда и ввели строгие меры против контрабанды, включая сруб лишних деревьев и казнь контрабандистов.
Хотя Колумб искал специи, его открытие Америки привело к завоеванию континента (конкисте). Испанцы и португальцы внедрили систему энкомьенды — фактически рабского труда индейцев на плантациях и в серебряных рудниках. Но главным убийцей стали болезни: оспа, корь и грипп, к которым у местного населения не было иммунитета.
По разным оценкам, до 90% коренного населения Америки погибло в первое столетие после контакта с европейцами. Целые цивилизации (ацтеки, инки, карибы) были уничтожены или низведены до положения бесправных подневольных рабов.
Массовая гибель индейцев создала для колонизаторов острую нехватку рабочих рук на плантациях, где выращивали не только специи, но и новый ходовой товар — сахар, а позже хлопок и табак. Чтобы восполнить этот дефицит, европейцы начали массово скупать и похищать людей в Африке.
Так погоня за колониальными богатствами, начавшаяся с поиска пути к индонезийским пряностям, дала старт трансатлантической работорговле, которая осуществлялась по системе «треугольной торговли» («Атлантический треугольник»), действовавшей с XVI по XIX век. Об этой не слишком известной странице мировой истории я писал ранее в статье:
В Индии и Юго-Восточной Азии европейские Ост-Индские компании (сначала португальская, затем голландская и британская) использовали военную силу, чтобы навязывать местным правителям кабальные контракты. Традиционные ремесла уничтожались, крестьян заставляли насильно выращивать только экспортные культуры (перец, индиго, опиум), что регулярно приводило в разных регионах к чудовищному голоду.
Парадокс истории заключается в том, что несмотря на чудовищные жертвы, в итоге, обесценился сам предмет вожделения. К XVIII–XIX векам европейцы научились вывозить семена пряностей и выращивать их в других тропических колониях (например, французы вывезли мускатный орех и гвоздику на Маврикий и Мадагаскар, а британцы начали выращивать корицу в Индии). Монополия рухнула. А с появлением пароходов и Суэцкого канала логистика подешевела.
Пряности стремительно упали в цене и превратились из предмета роскоши, ради которого снаряжались армады и уничтожались народы, в обычную приправу. Сегодня, посыпая утреннюю овсянку корицей или добавляя перец в суп, мы редко задумываемся о том, что держим в руках невидимую нить, связывающую нас с эпохой, когда мир был перекроен ради аромата высушенных семян и коры.
Рекомендую к прочтению:
Делитесь своим мнением, ставьте лайки, подписывайтесь на канал Герои Истории – разнообразный историко-информационный канал на Дзен. Вы найдёте, что у нас почитать.