Рассказ человека видевшего эту систему и результаты её работы...
***
Когда я впервые увидел эту машину, она стояла на плацу, укрытая маскировочной сетью. Из-под сети торчал пакет направляющих, похожий на гигантскую гармошку. Кто-то из ребят пошутил: «Буратино пришёл». И я не сразу понял почему.
А потом узнал. Первая версия системы так и называлась: ТОС-1 «Буратино». Длинный нос из тридцати труб на танковом шасси. Имя прижилось мгновенно.
Но шутки кончились, когда я увидел, что эта штука делает с укреплёнными позициями. И вот об этом стоит рассказать подробнее.
Начну с простого вопроса. Ты когда-нибудь задумывался, почему при всей мощи современных армий некоторые виды оружия существуют только у одной страны? Не ракеты, не истребители пятого поколения, а конкретная система, которую никто не смог или не захотел повторить.
ТОС-1А «Солнцепёк» как раз из таких. Тяжёлая огнемётная система. Реактивная. На шасси танка Т-72. Двадцать четыре направляющих с термобарическими ракетами. Дальность стрельбы до шести километров. Площадь поражения одним залпом: до сорока тысяч квадратных метров.
Сорок тысяч. Это четыре гектара. Это восемь футбольных полей, если тебе так проще представить.
И на этих восьми полях после залпа не остаётся ничего живого.
Чтобы понять, почему «Солнцепёк» уникален, нужно разобраться, как работает термобарический боеприпас. Потому что именно в нём суть.
Обычный снаряд при взрыве разбрасывает осколки. Фугасный создаёт ударную волну. А термобарический делает кое-что другое. Он сначала распыляет аэрозольное облако топливной смеси, а через долю секунды поджигает его.
Представь себе: над позицией противника мгновенно возникает облако из мельчайших капель горючего. Оно проникает в щели, в окна зданий, в амбразуры дотов, в окопы, в подвалы. Потом детонация.
Взрыв происходит не в одной точке. Он происходит везде, куда проникло облако. Одновременно. И создаёт чудовищный перепад давления.
Внутри укрытия давление подскакивает в десятки раз. Потом резко падает, создавая вакуум. Этот эффект называется «избыточное давление с последующим разрежением». Бетонные стены могут устоять. А вот всё, что внутри, нет.
Я разговаривал с сапёрами, которые осматривали позиции после работы ТОС. Один из них сказал фразу, которую я запомнил навсегда: «Снаружи блиндаж целый. Внутри как будто великан дунул».
И вот что важно понимать. Против термобарического удара не спасает обычное укрытие. Окоп с перекрытием, подвал жилого дома, блиндаж с тремя накатами брёвен. Облако туда проникнет. Потому что оно ведёт себя как газ, а взрывается как бомба.
Теперь о самой машине. Почему именно танковое шасси?
Ответ прост. ТОС работает на дистанции прямого огня. Шесть километров для современного поля боя это близко. Очень близко. Артиллерия бьёт на двадцать, тридцать, а то и семьдесят километров. Реактивные системы залпового огня типа «Града» или «Смерча» работают с десятков километров.
А «Солнцепёк» должен подъехать на расстояние, где его могут достать танки противника, противотанковые ракеты и даже крупнокалиберные пулемёты. Поэтому ему нужна броня. Настоящая, танковая.
Шасси Т-72 даёт ему подвижность танка и защиту танка. Лобовая броня выдерживает попадание большинства противотанковых средств. Двигатель В-84 мощностью 840 лошадиных сил разгоняет сорокашеститонную машину до шестидесяти километров в час по шоссе.
Но есть нюанс. Пакет направляющих на крыше не бронирован так, как корпус. Попадание в него может вызвать детонацию ракет. Поэтому тактика применения ТОС строится на одном принципе: подъехал, отстрелялся, ушёл.
Весь залп занимает несколько секунд. Двадцать четыре ракеты уходят в цель практически одновременно. После этого машина немедленно меняет позицию.
Я видел учебные стрельбы. Это зрелище, которое остаётся в памяти. Сначала грохот запуска, рёв двигателей ракет. Потом ты видишь, как над целью поднимается стена огня. Не столб, а именно стена. Широкая, плоская, раскалённая. И через секунду ударная волна доходит до тебя даже на безопасном расстоянии. Толкает в грудь, как чья-то невидимая ладонь.
История «Буратино» начинается в конце семидесятых. Советский Союз тогда активно развивал войска радиационной, химической и биологической защиты. Именно в их составе находились огнемётные подразделения.
Идея была такая: создать оружие, способное уничтожать укреплённые позиции в горной и городской местности без применения авиации. Потому что авиация не всегда доступна. Погода, ПВО, время подлёта. А пехота прямо сейчас лежит под огнём из бетонного укрепления и несёт потери.
Первый образец ТОС-1 появился в 1980 году. Тридцать направляющих, шасси Т-72А. Его отправили в Афганистан.
И вот тут я хочу остановиться. Потому что Афганистан стал для «Буратино» не просто испытательным полигоном. Он стал доказательством.
Представь себе ущелье. Узкое, с отвесными стенами. В скалах выбиты пещеры, соединённые тоннелями. Там моджахеды. Авиация работала по ним бомбами, артиллерия била из гаубиц. Без толку. Бомба попадает в скалу, осколки разлетаются, а внутри пещеры люди целы.
Термобарическая ракета залетает в устье пещеры. Облако заполняет весь объём. Детонация. И пещера перестаёт быть укрытием.
После Афганистана систему довели до ума. Уменьшили количество направляющих с тридцати до двадцати четырёх, но существенно повысив их мощность. Появилась транспортно-заряжающая машина ТЗМ-Т на том же шасси Т-72, которая позволяла перезарядить систему в полевых условиях за считаные минуты.
Так появился ТОС-1А «Солнцепёк». Модернизированный. Более точный. Более смертоносный.
Теперь главный вопрос. Почему никто не сделал аналог?
Я долго думал над этим. Разговаривал с разными людьми: инженерами, военными, аналитиками. И пришёл к выводу, что причин несколько. Они не очевидны, но когда разбираешь каждую, картина складывается.
Первая причина: доктрина
Западные армии строят свою тактику иначе. Если нужно уничтожить укреплённую позицию, они вызывают авиацию. Штурмовик, бомбардировщик, управляемая бомба. Это их подход: воздушное превосходство как основа всего.
Но что если воздушного превосходства нет? Что если ПВО противника работает? Что если погода не лётная? Что если время критично и ждать авиацию некогда?
Вот тут начинаются проблемы. Потому что наземного средства, сравнимого с ТОС по эффекту, у них нет.
Американцы пробовали. В Ираке и Афганистане они применяли термобарические заряды, но ручные, переносные. Гранатомёт SMAW с термобарической головкой, ручные гранаты, авиабомбы BLU-118/B. Всё это точечное применение. А ТОС накрывает площадь. Разница как между снайперской винтовкой и шквальным огнём.
Вторая причина: технологическая
Создать термобарическую ракету калибра 220 миллиметров с нужными характеристиками рассеивания аэрозольного облака, это не тривиальная задача. Советские, а потом российские инженеры работали над этим десятилетиями. Топливная смесь, система распыления, задержка детонации, всё должно быть рассчитано с точностью до миллисекунд.
Потому что если облако не успеет сформироваться, получится обычный фугасный взрыв. Мощный, но не термобарический. А если задержка слишком велика, облако рассеется, и эффект будет слабым.
Третья причина: политическая
Термобарическое оружие вызывает споры. Ряд правозащитных организаций неоднократно призывал его запретить. Причина понятна: эффект воздействия на живую силу чрезвычайно жестокий. Избыточное давление, ожоги, разрыв внутренних органов.
Для западных политиков разработка такой системы означала бы репутационные риски. Общественное мнение, пресса, протесты. Проще закупить управляемые авиабомбы, которые тоже убивают, но выглядят «чище» в новостных репортажах.
И четвёртая причина, о которой мало кто говорит: организационная
ТОС-1А состоит на вооружении войск РХБЗ. Не артиллерии, не танковых войск, а химических. Это наследие советской системы, где огнемётные подразделения исторически входили в химвойска.
В западных армиях такой структуры нет. Там нет отдельного рода войск, которому логично было бы поручить разработку и применение подобной системы. Артиллеристы скажут: у нас есть РСЗО. Танкисты скажут: это не наш профиль. Авиация скажет: мы закроем эту задачу бомбами.
И задача провисает между ведомствами.
А теперь давай поговорим о том, как ТОС-1А показал себя в реальных конфликтах. Потому что полигон это одно, а поле боя совсем другое.
Ирак. Две тысячи четырнадцатый год. Наступление на позиции террористов, которые укрепились в городских кварталах. Бетонные здания, подвалы, баррикады на улицах. Иракская армия получила ТОС-1А от России и применила его.
Результаты были задокументированы. Целые кварталы, превращённые в укрепрайоны, подавлялись одним залпом. Защитники, сидевшие в подвалах, погибали от термобарического удара, не получив ни одного осколочного ранения. Давление убивало.
Сирия. Операции по освобождению населённых пунктов. Тот же сценарий: противник закрепляется в зданиях, минирует подходы, устраивает засады. Штурм пехотой означает большие потери. А один залп «Солнцепёка» решает проблему за секунды.
Я разговаривал с офицером, который координировал применение ТОС в одном из таких эпизодов. Он рассказал мне вещь, которая многое объясняет.
«Понимаешь, мы три дня пытались взять этот квартал. Два "двухсотых" и семь "трёхсотых". Подогнали ТОС. Один залп. Через час пехота вошла без единого выстрела. Там некому было стрелять».
Это жестоко? Да. Война вообще жестокая штука. Но выбор стоял так: или потери своих, или применение «Солнцепёка». Командир выбрал второе.
Ты спросишь: а как же аналоги? Неужели совсем никто не пытался?
Пытались. Китай разработал систему PHL-03, но это скорее аналог «Смерча», классическая РСЗО без термобарической специализации. У них есть и термобарические боеприпасы, но интегрированной системы на танковом шасси с полным комплексом «пусковая, транспортно-заряжающая машина, система управления огнём» они не создали.
Северная Корея показывала что-то похожее на парадах. Но достоверных данных о боевом применении нет. А парадные макеты и реальное оружие, как ты понимаешь, вещи разные.
Израиль пошёл другим путём. У них есть управляемые ракеты и авиабомбы с термобарической начинкой, но наземной реактивной системы залпового огня такого класса нет.
Европейские страны даже не пробовали. У них нет ни доктринальной потребности, ни политической воли.
Получается парадокс. Оружие, которое доказало свою эффективность в нескольких конфликтах. Оружие, аналогов которому нет. И при этом никто не спешит его копировать.
Вот что я думаю об этом.
ТОС-1А это не просто пусковая установка на танке. Это целая концепция. Она включает в себя специфическую тактику, специфическую подготовку расчётов, специфическую логистику. Транспортно-заряжающая машина, которая едет вместе с ТОС и перезаряжает его за двенадцать минут.
Система управления огнём с лазерным дальномером и баллистическим вычислителем. Подготовка экипажей, которые должны уметь действовать в условиях прямого огневого контакта, потому что шесть километров это дистанция, на которой тебя видит противник.
Скопировать железо можно. Скопировать систему гораздо сложнее.
А ещё есть фактор боевого опыта. Россия применяла ТОС в Афганистане, в Чечне, видела его работу в Ираке и Сирии. Каждый конфликт давал обратную связь. Инженеры дорабатывали систему, военные корректировали тактику. Этот опыт нельзя купить или украсть.
Когда я был на полигоне и наблюдал учебные стрельбы, командир батареи сказал мне: «Буратино это как скальпель хирурга. Только размером с дом. Надо точно знать, куда бить и когда».
И он прав. Потому что применить ТОС бездумно, значит подставить дорогущую машину под огонь. Она эффективна только тогда, когда работает в связке: разведка выявляет цель, пехота обеспечивает прикрытие, артиллерия подавляет средства ПТО противника, и только потом ТОС выходит на позицию.
Это оркестр, а не соло.
Есть ещё один аспект, который часто упускают из виду. Психологический.
Солдаты, пережившие термобарический удар поблизости от себя и оставшиеся в живых, описывают чудовищный опыт. Мгновенная потеря ориентации. Ощущение, что лёгкие сжимаются. Кратковременная глухота. Паника.
Те, кто знает, что против них может быть применён ТОС, ведут себя иначе. Они не задерживаются на одной позиции. Не группируются. Стараются рассредоточиться. А рассредоточенный противник менее эффективен.
То есть «Солнцепёк» работает даже тогда, когда не стреляет. Сам факт его присутствия на участке фронта меняет поведение врага.
Я помню, как один сержант, прошедший Грозный, рассказывал мне за чаем: «Когда боевики узнавали, что подтянули ТОС, они уходили из зданий. Просто бросали позиции и уходили. Потому что сидеть в подвале и ждать, пока тебя накроет, это не храбрость. Это самоубийство».
Давай поговорим о будущем. Потому что ТОС-1А при всех своих достоинствах не лишён недостатков, и военные инженеры это прекрасно понимают.
Главная уязвимость: дальность. Шесть километров мало. На современном поле боя, где дроны-камикадзе летают на десятки километров, а противотанковые ракеты бьют на пять-восемь, выход на позицию это серьёзный риск.
Поэтому Россия разработала ТОС-2 «Тосочка». Это следующее поколение. Принципиальное отличие: колёсное шасси «Урал» вместо гусеничного танкового. Меньше брони, но больше мобильности. И, что критично, увеличенная дальность стрельбы.
Кажется парадоксом: убрали броню, но стало лучше? Да. Потому что если ты стреляешь с пятнадцати километров вместо шести, тебе не нужна танковая броня. Тебя просто не видят.
А ещё у «Тосочки» есть бортовой вычислительный комплекс нового поколения, интеграция с системами разведки и целеуказания, возможность работать по данным БПЛА в режиме реального времени.
Но ТОС-1А списывать рано. В городском бою, где дистанции сокращаются до сотен метров, его бронезащита по-прежнему критична. Он проедет там, где колёсная машина застрянет. Выдержит то, что уничтожит грузовик.
Две системы не конкуренты. Они дополняют друг друга.
Иногда меня спрашивают: а зачем вообще нужна такая система, если есть авиация, артиллерия, управляемые ракеты?
Отвечу так.
Авиация не всегда доступна. Управляемая ракета стоит сотни тысяч долларов и поражает точечную цель. Артиллерия бьёт по площадям, но обычными осколочно-фугасными снарядами, которые малоэффективны против заглублённых укрытий.
А ТОС закрывает конкретную нишу: уничтожение живой силы в укрытиях полевого и городского типа. Блиндажи, подвалы, тоннели, пещеры, здания, превращённые в опорные пункты. Всё то, что держит пехоту под огнём и не поддаётся обычным средствам поражения.
Это не универсальное оружие. Оно не заменит танки, не заменит артиллерию, не заменит авиацию. Но в своей нише ему равных нет.
Как бы ты отреагировал, если бы узнал, что перед тобой позиция, которую три дня безуспешно штурмует пехота? И у тебя есть один залп, который решит проблему?
Я часто вспоминаю тот плац, где впервые увидел «Буратино» под маскировочной сетью. Тогда я не понимал, что передо мной. Думал, обычная РСЗО, только странная. На танке зачем-то.
Потом были учебные стрельбы. Потом разговоры с теми, кто применял систему в бою. Потом изучение материалов, анализ, сравнения с зарубежными аналогами, которых, как выяснилось, нет.
И постепенно я понял одну вещь. ТОС-1А «Солнцепёк» это не просто оружие. Это ответ на конкретную тактическую проблему, которую другие армии решают другими способами. Менее эффективными, более дорогими, более зависимыми от внешних факторов.
Россия нашла своё решение. Жёсткое, прямолинейное, безжалостно эффективное. Как и многое в русской военной традиции.
А «Буратино» так и остался «Буратино». С длинным носом, который суёт куда не просят. И которому до сих пор нечего противопоставить.
Кстати. Когда я уходил с того плаца, один из механиков-водителей ТОС подмигнул мне и сказал: «Не бойся. Он добрый. Когда на твоей стороне».
Вот так. Добрый «Буратино». С двадцатью четырьмя ракетами в кармане.