Рядовой Денис Сухих родом из Удмуртии, позывной — Лакша (удм. Росомаха). Бойцу оторвало ступню в ходе выполнения боевой задачи в районе Селидово, покровское направление. Военнослужащий группировки "Центр" в одиночестве в течение суток добирался до российских подразделений под атаками украинских дронов и чудом остался в живых. ТАСС рассказывает его историю
Денис в шутку называет себя "уральским ниндзя". В гражданской жизни он профессионально занимался брейк-дансом, увлекался единоборствами, атлетикой, любит читать. С детства мечтал об армейском спецназе, где и проходил срочную службу. "С началом СВО не сразу, но понял, что нужно помочь мужикам", — говорит Сухих. События, разделившие его жизнь на до и после, произошли в январе 2026 года, была третья командировка мужчины в зону спецоперации.
Рядового взвода огневой поддержки 120-мм минометов подняли ночью по тревоге. "Я ушел в этот взвод из отделения огнеметчиков. Так получилось, что ночью с наряда меня подорвали по тревоге с бывшими сослуживцами. На подготовку дали 20 минут. Важные вещи забыл, но по стечению обстоятельств как раз за два часа до задачи мне пришла посылка с новым маскхалатом HiderX против дронов. Он в итоге и спас мне жизнь", — рассказывает Сухих.
Военнослужащих привезли в Селидово на доукомплектование, где выдали дополнительный боекомплект, провизию, зимние маскхалаты. "Под этот маскхалат я надел свой, противодронный, а также специальный чехол на рюкзак, который также помогает укрываться от БПЛА. "И на кой за такие деньги брать эту ерунду", — как сейчас помню, еще ругался тогда старшина", — вспоминает боец.
Рискованный путь
На передовую бойцов забросили на двух автомобилях, там они поделились на пары. На картах были отмечены точки и направление. Двойка Сухих выдвинулась к пункту назначения первой. "Я бежал впереди. Иногда менялись, но в основном впереди шел я, потому что ориентируюсь по карте. Впереди была протяженная открытая местность", — говорит Сухих.
Военнослужащий решил сначала осмотреть участок с фланга. Беглый осмотр показал, что все в порядке. После короткой паузы военнослужащие побежали дальше. Бежалось трудно, каждый нес по 50 с лишним кг груза. "На самом неудачном месте зимний маскхалат слез на колени. Я его оторвал и почему-то взял клочья с собой. Потом они пригодились", — рассказывает рядовой.
Когда Сухих с напарником добрались до одного из окрестных сел, второй номер остался в ближайшем здании перевести дух, а Денис отправился выбирать оптимальное место для дальнейшего маршрута. "Впереди была большая "открытка" (открытый участок — прим. ТАСС), и мы двинулись. Шли через невысокие заросли тростника, которые противник прочесывал кассетными боеприпасами. И тут я осознал, что низ моего нового маскировочного костюма по цвету один в один как этот тростник. Поэтому держался ближе к зарослям", — говорит боец.
Подрыв на "прянике"
Военнослужащие добрались до лесополосы, где немного передохнули. До точки, откуда бойцов должен был вести беспилотник, оставалось 1,5 км. "Сразу оговорюсь, что мы выехали в метель, которая по мере нашего продвижения прекращалась и уже практически закончилась. Погода улучшалась, что было нам не на руку", — делится Сухих.
Командование велело бойцам срезать дистанцию для ускорения. Впереди был широкий овраг с пологими склонами. Сухих с напарником понимали, что, возможно, участок опасен — ВСУ активно минировали местность с помощью FPV-дронов. Исходя из прошлого боевого опыта Сухих хотел продвигаться по центру склона оврага, потому что обычно минируется верх и дно. Но до безопасного маршрута сначала надо было добраться.
И тут удача изменила бойцу. "Произошел подрыв, я полетел в лог (овраг — прим. ТАСС), ботинок оторвался ровно пополам. Посмотрел на стопу: она стала "грустная", то есть переломилась. Пополз обратно по своим же следам, потому что это был так называемый пряник (мина, получившая название благодаря округлой форме и размерам — прим. ТАСС), а их скидывают с помощью дронов сразу по 20 штук, и, подорвавшись на одном, можно упасть на другие", — рассказывает боец.
Сухих сумел доползти до товарища, избежав дальнейших подрывов. "Помню свой внутренний монолог в те минуты. Будто ради него все это и произошло. Тут дело в том, что это был мой личный экзамен. Я знал, что он будет, а каким, где и когда — конечно, нет. И экзамен, и плата", — говорит он. В безопасном месте военнослужащий осмотрел раненую ступню — сильного кровотечения не было. Денис снял остаток ботинка, наложил тугую повязку и намотал на конечность "валенок" из подручных кусков ткани. "Доложились командиру. Товарищу предстояло продолжать путь, а мне — двигаться к точке эвакуации", — вспоминает Сухих.
Налет дронов
Тем временем окончательно распогодилось, метель закончилась. Небо стало чистым, а значит, опасным. Раненый боец скинул лишний груз и пополз. "По дороге встречал наших штурмовиков и желал им хорошего дня. Заполз в лесополосу, где был разбитый блиндаж, и скатился в него. Сел под бревна и начал размышлять сам с собой: "Небо открыто. Нога "грустная". Может, переночевать? Нет, иди-ка давай по-тихому", — вспоминает Денис.
Боец выполз на край лесополосы, сел у разбитого дерева. И тут появился украинский FPV-дрон. "Я медленно закрыл лицо, прижался к дереву и думаю: "Ну я же цвета дерева, дядь. Улети, а? Коптер прожужжал и улетел туда, куда надо было и мне", — рассказывает он. Как только Сухих попытался вылезти из лесополосы и продвинуться дальше — появился новый украинский дрон. Денис замер под кустами. Беспилотник ушел. "Я снова к дереву. Но как только попытался вылезти, снова прилетел дрон. Это уже были не шутки", — признается боец.
Тут Сухих вспомнил слова бывшего инструктора, который учил грамотно использовать свой страх. "Где-то замри, где-то проползи, где-то пробеги. Главное — не впадать в ступор", — отмечает он. Сухих проанализировал обстановку и понял, что дроны ВСУ вылетали ровно по окончании порывов ветра. Как только ветер усиливался, взлетали птицы — соколы. Это было то самое заветное "окно", когда можно было проскочить сквозь украинские дроны. Боец решил рискнуть. "С Богом. Изо всех сил рванул на карачках к видневшейся впереди машине. И тут снова дрон. Я замер, приникнув к траве. Беспилотник мною не заинтересовался. Мчу "на все деньги". Прыгаю в багажник. Отдых", — говорит Сухих.
Опасность на каждом шагу
Военнослужащему удалось добраться до кладбища, где его поджидали очередные вражеские дроны. Денис укрылся от них за надгробной плитой. Миновал поле, кусты, оперся на автомат и захромал к населенному пункту. За поворотом была нора, где укрывались российские подразделения. Мимо Сухих пробежали другие бойцы — перекинулись словами и разбежались. "Но тут прямо передо мной вылетел FPV-дрон, сделал круг над норой и спикировал в нее. Из норы донеслись крики", — рассказывает он.
Военнослужащий понял, что у него совсем мало времени — враг будет добивать обнаруженных бойцов. Справа была холмистая местность, а дальше озеро. Денис встал на импровизированный "костыль" и изо всех сил побежал к зарослям тростника. "Уже смеркалось. По той норе еще раз ударили. Слева низко пролетел дрон, потом — справа и сверху. Один аппарат сел у тропы, где проходил маршрут российских военных. Это был ждун (дрон, впадающий в режим гибернации после приземления и остающийся в нем до момента появления цели — прим. ТАСС)", — говорит Сухих.
Боец максимально медленно, прижимаясь к густым участкам тростника, поглядывая наверх и держа автомат под собой, прислушивался к малейшим звукам и потихоньку проползал вперед. "Автомат держал магазином вверх, чтобы раздвигать растительность, и полубоком продвигался со "скоростью порывов ветра". То есть когда дует ветерок — дорога открыта, так как тростник шевелится и сверху нет "борозды" от моего корпуса", — сказал он.
Украинские дроны-ждуны все прилетали и садились с обеих сторон зарослей, карауля жертву. Сухих продолжал путь, максимально поджав под себя автомат, чтобы не создавать лишний силуэт. Выбрался из тростника и рванул до бруствера. Перебрался через земляной вал и скатился вниз, провалившись по пояс в воду. Выскочил и добежал до лесополосы. Там он упал под кусты и начал докладываться командованию.
Плащ-невидимка
В голове у раненого бойца было мутно, на связь выходили не всегда знакомые голоса. Силы были на исходе. Вдруг он услышал звук генератора. Перешел улицу — и точно, во дворе скрывалась нора, закрытая металлической дверью. Бойцы направили Сухих к фельдшеру. "Сказали, что медик встретит меня в 50 метрах. Вышел на дорогу, кричу, а ответа нет. Сзади жужжит. Я замер у забора. Вражеский дрон облетел улицу и снова ушел за дом. Подо мной в паре метров был щит из досок. Приподнял его — там яма метр на метр. Подумал: ну ваших фельдшеров, я жить хочу. Залез под щит и просидел в яме всю ночь", — рассказывает он.
Утром Сухих услышал голоса и выглянул из укрытия. Бойцы рассказали, что он ночевал в семи метрах от фельдшера. Дрон, жужжавший над головой, был российским "Мавиком" — свои же искали раненого с тепловизором, да так и не заметили. "Вот такой вот, говорю, маскхалат. А дальше был кофе, сникерсы, эвакуация", — говорит рядовой, который находится в госпитале в Новосибирске.
Военнослужащему предстоит протезирование и долгая реабилитация, но Денис строит планы на будущее. "Планирую заниматься детьми, молодым поколением и, конечно, семьей. Мы с товарищем хотели открыть природную школу, где рядом зал, полоса препятствий, чайная пагода, мастерские. Где можно было бы и костер пожечь, и по речке сплавиться. Друзья просят написать книгу о своих похождениях, их у меня была масса. Тем более что я сын учителя русского языка и литературы. Несмотря на тяжелое ранение, настраиваюсь только на позитив. Если ты жив, то жив для чего-то хорошего", — говорит Сухих.
Екатерина Адамова