Зима в тот год выдалась на редкость злой. Казалось, сама природа решила заморозить всё живое, включая человеческие чувства. Я возвращалась с вечерней смены, проклиная скользкую плитку под каблуками и тусклый свет фонарей, которые, как назло, через один были разбиты. В кармане лежали ключи, сжатые так крепко, что костяшки пальцев побелели. Это был мой единственный «аргумент» в случае чего.
Я свернула за угол дома, и звук моих шагов эхом отразился от бетонной стены. И тут я услышала их. Другие шаги. Тяжелые, мужские. Они не просто звучали — они повторяли мой ритм. Я повернула за дом — они повернули за дом. Я ускорилась, почти побежала к спасительной арке, ведущей во двор — преследователь тоже прибавил ходу. В арке было темно, как в угольной шахте. Сердце колотилось где-то в горле, холодный пот выступил на лбу, несмотря на мороз.
«Это он. Маньяк. Всё, как в новостях», — пронеслось в голове. Паника накрыла с головой, отключив остатки здравого смысла. Я больше не могла это терпеть. Я должна была увидеть его лицо.
В один момент мне стало настолько не по себе, что животный ужас пересилил страх перед неизвестностью. Я резко, на каблуках, развернулась на сто восемьдесят градусов. Слышу, как он меня нагоняет и уже оказывается за моей спиной, буквально в метре. От страха я не закричала — я издала какой-то первобытный визг, который сама от себя не ожидала, и с размаху опустила свою тяжелую кожаную сумку на первое, что попалось под руку. Удар пришелся точно в цель. Раздался глухой стук и сдавленное «Ох!».
Я стояла, тяжело дыша, готовая либо бежать сломя голову, либо бить дальше. Передо мной, согнувшись пополам и держась одной рукой за плечо, а другой прикрывая голову, стоял парень.
Ты... ты что творишь?! — прохрипел он, поднимая на меня глаза.
В полумраке арки я разглядела его лицо. Он не был похож на маньяка. Он был похож на человека, которому очень больно и очень страшно.
Ты... ты кто?! — мой голос дрожал и срывался.
Я... сосед твой! С шестого! — выдохнул он, пытаясь выпрямиться. — Ты с ума сошла?! Сумкой по голове!
А ты зачем за мной идешь?! — я не опускала сумку, готовая к новому раунду.
Да не шел я за тобой! Я... я просто... — он снова скривился от боли и сделал шаг назад, упираясь спиной в стену. — Господи... Как же мне плохо...
И тут я заметила странное. Он переминался с ноги на ногу, лицо его было не просто испуганным, а каким-то мученическим.
Тебе... плохо? — недоверчиво спросила я, опуская сумку.
Мне нужно в туалет! — выпалил он с отчаянием в голосе. — Срочно! Я бежал домой, увидел тебя впереди и решил просто обогнать! Думал, ты быстрее пойдешь! А ты плетешься как черепаха! Я не маньяк! Я сейчас опозорюсь прямо тут!
До меня медленно начало доходить. Весь ужас ситуации схлынул, уступая место жгучему стыду. Я только что избила сумкой своего соседа, который просто очень хотел в туалет. Это было настолько нелепо и унизительно для нас обоих, что я почувствовала, как щеки начинают гореть.
О боже... Прости... — пролепетала я.
«Прости»? Ты мне чуть ключицу не сломала! — он всё ещё держался за плечо, но в его глазах уже не было злости, только обреченность.
Слушай... Пойдем ко мне? — слова вырвались сами собой.
Это было самое идиотское предложение в моей жизни, но я не могла оставить его вот так.
То есть... я хотела сказать... Давай я тебя ужином угощу? В качестве извинения? У меня есть пельмени. Заодно и в туалет у меня сходишь...
Он посмотрел на меня как на сумасшедшую.
Ужином? Ты меня чуть не убила и зовешь на ужин?
Ну да... Чтобы ты не думал, что все женщины — психопатки.
Он секунду подумал, глядя на меня с высоты своего роста (а он был выше меня на голову), потом тяжело вздохнул:
Ладно. Уговорила. Только потому, что я всё равно мимо твоей двери прохожу.
Так начался самый странный ужин в моей жизни. Мы сидели на моей крошечной кухне под светом одинокой лампы. Я суетилась: накладывала ему пельмени со сметаной, заваривала чай с лимоном. Он сидел молча, всё ещё потирая ушибленное плечо, но уже с любопытством осматривался.
Тебя как зовут-то? А то бьем друг друга почем зря, а даже не познакомились.
Максим.
А я Лена.
Приятно познакомиться, Лена-убийца...
Я фыркнула от смеха.
Извини ещё раз. Честное слово, я думала...
...что я хочу тебя расчленить в подворотне? Да ладно тебе. Я бы на твоем месте сделал то же самое. Или даже раньше сбежал бы с криками.
Мы разговорились. Оказалось, что он работает инженером-конструктором в соседнем бизнес-центре и действительно живет надо мной уже полгода, но мы ни разу не пересекались в подъезде. Он оказался невероятно начитанным и с потрясающим чувством юмора — самоиронии ему было не занимать.
Знаешь, — сказал он позже, когда мы уже допивали чай, — это была самая стремная погоня в моей жизни. Но и самый вкусный финал.
С того вечера всё изменилось. Сначала мы стали здороваться в лифте. Потом он как-то раз постучал ко мне вечером — принес книгу по психологии, которую обещал дать почитать. Потом мы начали ходить в кино по выходным.
... Как-то раз летом мы гуляли по набережной вечером. Было тепло, легкий ветерок шевелил листву. Мы остановились у парапета, глядя на темную воду реки.
Лен?
М-м-м?
Помнишь нашу первую встречу?
Как такое забудешь? Ты до сих пор иногда потираешь плечо при резкой смене погоды?
Он усмехнулся и обнял меня за плечи.
Если бы ты тогда шла быстрее или если бы я потерпел еще пять минут... мы бы просто разошлись по своим квартирам и никогда не узнали друг друга.— Судьба?
Он повернул меня к себе лицом и посмотрел серьезно и нежно одновременно.
Я тогда так испугался твоего крика... а потом так растерялся от удара... но знаешь что? В тот момент я понял одну вещь: ты будешь защищать себя любой ценой. Ты сильная. И мне это чертовски нравится.
Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку.
Так вот... ты выйдешь за меня замуж? Обещаю больше никогда не бегать за тобой по темным аркам с такими целями.
Я смотрела на него — на своего соседа с шестого этажа, которого чуть не отправила в нокаут зимней ночью — и чувствовала абсолютное счастье. Всё моё тело наполнилось теплом, которое не мог дать ни один пуховик или горячий чай.
Да... Конечно, да!
Мы поженились следующей весной. На нашей свадьбе ведущий даже шутил про то, что любовь может настигнуть где угодно: в библиотеке, в театре или когда один бьет другого сумкой по голове в подворотне ради спасения своей жизни. Гости смеялись до слез.
А когда у нас родился сын, мы решили назвать его Максимом-младшим. И каждый раз, глядя на него спящего в кроватке, мы улыбаемся друг другу и вспоминаем ту холодную зиму и ту самую арку.
Еще истории:
«Приворожила она его!» Жених резко отказался от свадьбы, и причина была странной
- Я тебе изменила, и я беременна. – Приму ребенка, как своего, потому что свои дети у нас не получаются
Во сне увидела день своей гибели и отменила свадьбу