Вы когда-нибудь задумывались, как можно вести конфликт на четвёртом году его существования? Продолжать ли истощающие сражения в грязи Донбасса или внезапно изменить подход и применить нечто качественно иное?
Новая степень жестокости
В прошлом месяце ответ пришёл — и оказался чрезвычайно жёстким. Ночь в Киеве уже не нарушается редкими взрывами; теперь она почти постоянно окрашена в красный цвет пожаров. В ночь с 3 на 4 июля 2025 года российская армия одной вычисленной операцией перебросила 539 беспилотных летательных аппаратов и более десяти ракет.
По Киеву было выпущено свыше 300 БПЛА. В декабре в рамках одного массированного авиаудара участвовали более 450 дронов и около 30 ракет, что приводило к масштабным отключениям электроэнергии по всей стране.
Гиперзвуковое оружие и новая угроза «Орешника»
Особую тревогу вызывает так называемый «Орешник» — ракета, летящая со скоростью свыше 10 махов и имеющая скорость свыше 3 000 метров в секунду. Украинская система ПВО в таких условиях зачастую оказывается бессильной: даже командование признаёт, что её остановить практически невозможно.
Президент России подтвердил, что это устройство испытывалось в реальных боевых условиях и показало высокую эффективность против военно‑промышленных объектов.
Смена стратегии: от окопов к тылу
Ранее военные действия часто сводились к позиционным боям: траншеи, мины, медленный тактический обмен контролем над участками фронта. За восемь лет в Донбассе были вырыты лабиринты окопов, линия соприкосновения продвигалась медленно, люди и наблюдатели устали от затянувшейся рутины.
Сейчас стиль ведения боевых действий изменился: цель сместилась с захвата территории на подрыв жизнеспособности государства противника — «перекрыть дыхание», на котором держится война: электричество, нефть, железные дороги и промышленные предприятия.
Тактика «роя» и комбинированные удары
Российские силы всё чаще используют тактику «роя» — волны дешёвых дронов в сочетании с гиперзвуковыми ракетами. Кластерные атаки повышают вероятность прорыва обороны, а дешёвые массовые БПЛА вынуждают украинскую ПВО расходовать дорогостоящие перехватчики.
Сценарий обычно таков: сначала загружают систему ПВО множеством дешёвых целей, затем «фундук» пробивает прикрытие, и последующие высокоточные средства уничтожают ключевые объекты.
Удары по инфраструктуре: газ, электроэнергия, транспорт
Начиная со второй половины 2025 года объекты энергетики и газовой инфраструктуры стали в центре внимания атак. В августе подверглись ударам газотранспортные объекты в Полтавской области; в октябре была нанесена крупнейшая со времён начала конфликта атака на добычу газа — за один эпизод сообщали о снижении около 60% мощностей.
В ноябре атаки повторились. Крупный авиаудар в декабре парализовал производство электроэнергии: по всей стране прошли массовые отключения, больницы перешли на генераторы, фабрики остановились. Это резко снижает способность общества и армии продолжать сопротивление зимой.
Перебои в логистике и транспортные удары
Параллельно атакуют транспортные узлы — железнодорожные ветки, связывающие польские линии снабжения с черноморскими портами. Взрывы и систематически нарушают снабжение: ротация войск, доставка боеприпасов и поставки оружия застревают. В современном противостоянии отсутствие тыла подрывает эффективность наступлений на передовой.
Интенсивность и ресурсы
Для увеличения ударной мощности привлекали стратегические бомбардировщики, такие как Ту‑160 и Ту‑95МС, организуя волнообразные бомбардировки с дальних рубежей. Это демонстрирует способность ведения операций высокой интенсивности и указывает на наличие боеприпасов для продолжительных ударов. В ответ украинская ПВО перегружена: дешёвые массовые дроны и ограниченные запасы зенитных ракет создают ситуацию затяжной войны на истощение.
Социальные и политические последствия
Стратегия нанести удар по тыловой инфраструктуре вынуждает Киев приоритезировать защиту ключевых военных и административных объектов, оставляя многие гражданские объекты уязвимыми.
Сирены активизировались как повседневный фон, а укрывательство в подвалах стало обычной практикой. Западная помощь продолжается, но явная усталость и ограниченность ресурсов заставляют союзников задумываться о дальнейшем объёме поддержки. Это отражается и на уровне общественной поддержки и готовности стран продолжать поставки.
Цена конфликта и итоговая цель
Обе стороны понесли огромные потери; некоторые источники приводят цифры, по которым к 2025 году совокупные потери украинской армии могли превысить 1,5 миллиона человек — к таким данным следует относиться осторожно, но они подчёркивают масштаб жертв.
Цель российской кампании теперь ясна: через непрерывные высокоинтенсивные удары по гражданской и оборонной инфраструктуре лишить страну возможности вести войну. Природа боевых действий изменилась с позиционной борьбы за территорию на попытку парализовать государство как функционирующую систему.
Что дальше?
Никто не знает, чем всё закончится. Но уже сейчас очевидно, что ночи в Киеве по‑прежнему будут освещаться взрывами, а исход конфликта всё больше зависит не только от действий на линии соприкосновения но и от устойчивости тыла, логистики и международной поддержки.