Это история про величайшего мошенника Америки, который начинал, как типичный жулик, а закончил, как миллионер, в честь которого были названы запрещающие поправки к закону о радиовещании. Его официально назначили адмиралом несуществующих войск. Он построил самую мощную радиостанцию в мире, сигнал которой был слышен даже в СССР, потому что искренне любил быть диджеем. Он чуть не стал губернатором и пересаживал мужикам козлиные железы, убив таким образом кучу народа. Но каким-то образом вся эта история связана с Муссолини и обезьянами.
Звать его Джон Ромулус Бринкли. Он родился 8 июля 1885 года в деревушке Бета округа Джексон, затерянной где-то в горной местности Северной Каролины.
Помните, как Ромула и Рема бросили на берегу живописной реки Тибр, и их вскормила волчица? Мало кто знает, что у них был третий брат. Придурок. Тоже Ромул. Его вскормил козёл. Этот Ромул основал свой город, с блэкджэком и русалками, и назвал его Рым.
Этот миф имеет отношение к величайшему мошеннику Америки, Джону Ромулусу Бринкли.
Помню-помню: отца, Салли…
«Я, должно быть, удеру на индейскую территорию раньше Тома с Джимом, потому что тетя Салли собирается меня усыновить и воспитывать, а мне этого не стерпеть. Я уж пробовал».
Марк Твен «Приключения Гекльберри Финна»
Его отец, Джон Ричард Бринкли, медик и странствующий проповедник, бывший фельдшером на полях Гражданской Войны, был мужчиной любвеобильным. Женат был пять раз, пережив четырёх первых жён. Первый раз вообще женился, будучи несовершеннолетним пацаном, но тот союз упразднили власти. Мелкого Джона заделал в браке с последней женой Сарой Мингус, но не ей, а её юной племяшке, переехавшей к ним жить, Саре Кэндис Бёрнетт. Чтобы различать двух Сар, жену свою он называл Салли. Ублюдка же назвали Джоном, в честь отца, а среднее имя Ромулус дали в честь легендарного Ромула. Но, поверьте, того другого. Придурка, основавшего Рым.
Среднее имя, однако, потом сменили на Ричард. Есть две версии, почему. Либо на том настоял священник, отвергнув языческое имя при крещении, либо Джон сменил его сам, устав от насмешек в школе, которым он так и так подвергался, будучи из бедной семьи. Отец их с трудом обеспечивал, разнося по Каролинским хребтам слово божие и хинин.
Вскоре биомать Ромулуса, племяшка Сара Бёрнетт, умерла от пневмонии как следствия туберкулёза. Джон Ричард и тётя Салли собрали свои нехитрые пожитки и переехали западнее в поселение Ист-Лапорт близ реки Тукасиджи, где Бринкли-старший почил, когда мелкому Джону было десять лет.
Джонни ходил в школу, которая работала три-четыре зимних месяца в году. То был небольшой бревенчатый домик с одним-единственным кабинетом. Он учился со своей будущей женой, дочерью состоятельного члена школьного совета. Звали её Салли Маргарет Уайк.
В 16 лет он прекратил учёбу. На берегу живописной реки Тукасиджи Джон преисполнился мечтой стать врачом, а пока, на заре нового века, он работал почтальоном и изучал устройство телеграфа.
"Восточные врата"
«Каждую минуту рождается новый лох».
Поговорка бродячих шулеров XIX века, приписывается шоумену Ф.Т. Барнуму.
Северная Каролина была штатом, долго колебавшимся во время Гражданской Войны и одним из последних примкнувших к конфедератам. Географически восточный штат побережьем своим был типичным «Югом», с плантациями и рабами. В то время как в западной части, где родился Бринкли, рабов почти не было в силу аграрной нищеты горного ландшафта. На стыке веков то был бедный дремучий суеверный край. В ту пору было принято ходить из весей в веси, впаривая чудодейственные мази, великолепные исцеляющие микстуры и невероятные лечебные механизмы. Назывались такие жулики странствующими лекарями. Впрочем, может, у вас завалялся на антресольке циркониевый браслет. Если к вам стучали в дверь и предлагали купить набор ножей или пылесос «Кирби», то вы представляете себе это племя барыг. Джон Бринкли был лучший из них. Волк с Уолл-стрит своего времени.
Подобно тому, как «волчица Тибра» окормляла будущих римлян, так и река Тукасиджи была праматерью для народа Чероки. Est LaPorte («Восточные врата») был так назван французскими торговцами за то, что был дверью, ведущей в земли чероки. Для Джонни же Ист-Лапорт стал воротами в большой мир, полный возможностей, вызовов и лохов, которые, в отличие от массы индейцев, никогда не вымрут.
Бринкли покинул эти места и немного поработал телеграфистом в Нью-Йорке и Нью-Джерси. В 1906 году он вернулся в Ист-Лапорт, получив известие о том, что тётю Салли свалила хворь. В конце года на Рождество она умерла. Джона утешила 22-летняя Салли Уайк. Она начала с извинений за буллинг в школе. А поженились они через месяц 27 января 1907 года в городке Сильва.
Новобрачные отправились в своего рода свадебное путешествие. Они колесили по штату и заезжали в глухие углы, где выдавали себя за квакеров, устраивая шоу с презентацией нового «патентованного» лекарства. В то время такие представления были вполне обычным явлением. В твой родной Шмелёвск могли приехать бродячие артисты, или цирк, или шоу уродцев, а в составе труппы мог быть пресловутый доктор Зойдберг с НОВЫМ НЕВЕРОЯТНЫМ СРЕДСТВОМ ОТ ПОТНИЦЫ, РАКА И СКУКИ! Для местных такие шоу имели ценность сами по себе хотя бы тем, что реально развеивали скуку в их дыре, где немногое из развлечений — крутить коровам хвосты и наблюдать, как шмели жужжат друг на друга. Но и желающих купить панацею, конечно, тоже хватало. А, когда деньги с толпы были собраны, можно было рвать когти. Главное успеть убежать. Ещё одно из немногих развлечений в дырках на 1,5 человека популяции — это секс, так что чё б и не купить средство, сулящее половой гигантизм. Эвона как сестра подивится, глядишь, и кузине на ушко шепнёт.
Дальше у Джона, при переезде на запад, в Ноксвилле штата Теннесси произошёл «карьерный рост». Он стал «правой рукой» доктора Бёрка, продававшего чудодейственные снадобья для усиления мужской потенции. Могу предположить, что именно этот период был тем самым моментом восхождения Дьявола, когда Джонни осознал простую маркетинговую истину: СЕКС ПРОДАЁТ.
Американский пирог
«Какой же толк стараться делать всё как полагается, когда от этого тебе одно только беспокойство; а когда поступаешь как не надо, то беспокойства никакого, а награда все равно одна и та же. Я стал в тупик и ответа не нашел. Ну, думаю, и голову больше ломать не стану, а буду всегда действовать, как покажется сподручней».
Марк Твен «Приключения Гекльберри Финна»
В 1907 году чета Бринкли двинула в Чикаго, где 5 ноября они отпраздновали рождение своей дочери Ванды Мэрион Бринкли. Джон поступил в не аккредитованный «Колледж Беннета», посвящённый эклектической медицине. То была одна из врачебных фракций того времени, чьи адепты заимствовали выкладки отовсюду, но делали упор на растительные средства.
Тут у нас, значит, та часть истории, когда трудягу Джона жизнь проверяет на прочность. Как в Мафии 2, когда Вито Скалетта, вернувшись с фронта, идёт работать грузчиком, и только терпение игрока определяет, как долго он будет ныть, таская ящики туда-сюда, пока, наконец, не бросит их, не пошлёт начальника к чёрту и не пойдёт мутить нормальный преступный геймплей. Вот и Бринкли днём учился, а по ночам работал телеграфистом в Вестерн Юнион, пытаясь содержать семью и платить за учёбу, чему Салли едва ли помогала своей прихотливостью и бездумными тратами, вынуждая Джона влезать в долги. А в 1908 году они похоронили сынишку, который родился и прожил всего три дня.
You load sixteen tons, what do you get? (Перетаскал за сегодня 16 тонн)
Another day older and deeper in debt (Старше на день и глубже в долгах)
Saint Peter, don`t you call me `cause I can't go (Пётр святой, не зови за собой)
I owe my soul to the company store (Моя душа в чьих-то жадных, жадных руках)
«16 tonn» M. Travis
Во время учёбы Джон заботливо повесил себе на стену чеховское ружьё, когда разглядел большой потенциал в изучении экстрактов желёз внутренней секреции и их воздействия на организм человека. Ну а пока, спустя два года усердной учёбы, он хотел немного облегчить долговое ярмо и на летних каникулах работал в две смены.
Однажды он вернулся домой и увидел, что жена ушла, прихватив дочь и подав на развод. Два месяца Джонни кряжился и платил алименты, но, в итоге, плюнул на это, похитил дочь и уехал с ней в Канаду. Салли не смогла добиться экстрадиции, а потому отозвала свой иск на алименты. Джон с дочкой вернулся в Чикаго, где сладкая парочка Твикс воссоединилась вновь.
В 1911 году Салли опять психанула и уехала с дочерью домой к реке Тукасиджи, где 11 июля родила ещё одну дочь — Эрну Максин Бринкли. Джон вам не старый баркас, а фрегат с парусами, поэтому он на изи покинул Чикаго (и неоплаченные счета за учёбу в местном колледже) и присоединился к жене в воспитании дочек. Джон, будучи медиком-недоучкой, попробовал было трудоустроится в местную клинику, но не смог себя зарекомендовать.
В дальнейшем они скитались всей семьёй по городам Флориды и Северной Каролины, нигде особо не задерживаясь, пока в 1912 году Бринкли не оставил семью ради того, чтобы, наконец, получить образование. В этот раз его занесло в Сент-Луис, штат Миссури, но «Медицинский колледж Беннетта» отказался передавать его документы куда-либо ещё, так как Бринкли торчал им денег. Джон пожал плечами и купил себе диплом в шаражкиной конторе под названием «Университет эклектической медицины Канзас-Сити», которая была известна, как «фабрика дипломов».
Как настоящий победитель Джон Одиссей вернулся домой к семье. 11 февраля 1913 года Салли родила ему третью дочку — Наоми Берил Бринкли. Всё складывалось хорошо. Домохозяйка-жена, три прелестные дочки, а на подоконнике горячий пирог — настоящая американская мечта, не иначе.
Мистер и миссис Козлиные яйца
«Второй брак — это триумф надежды над опытом»
Сэмюэл Джонсон
Семья, теперь уже из пяти человек, переехала в Нью-Йорк, а вскоре в Чикаго. В «городе широких плеч» Салли осознала, что муж не намерен бросать свою мечту стать настоящим мальчиком врачом. Пришлось бросить супруга, на этот раз окончательно. Салли с девочками вернулась домой в Северную Каролину. Джон же из «города ветров» упорхнул в Южную Каролину, в город Гринвилл.
На новом месте он познакомился с Джеймсом Кроуфордом, скрывавшимся за псевдонимом Дж. Бёркс. Они открыли магазин. Судя по названию, сперва они собирались сколотить супергеройскую команду, но что-то пошло не так. Впрочем, на радость мужичкам городка Гринвилл, терзаемым половой немощью. Реклама приводила их к новенькой вывеске: «Гринвильские Электромедицинские Доктора». На месте их встречали Джонни и Джеймс, джентльмены с широкой улыбкой и уколами с подкрашенной жидкостью. Всего 25 баксов за укол (~850$ на апрель 2026)*. И это не какой-то там шмурдяк, о нет, сэр! Это Сальварсан! Электрическая медицина из Германии, мать твою! Немцы знают толк в эрекции! И не важно, что средство было от сифилиса.
*далее все суммы в скобках буду писать, исходя из расчётов калькулятора инфляции c офф сайта бюро статистики труда США, актуальные на момент апреля 2026 года, немного округляя.
Свалили из города они спустя два месяца. Счета за аренду, коммунальные платежи, одежду, фармацевтические поставки — всё осталось неоплаченным. Всего парочка электродокторов кинула около 30 или 40 местных предпринимателей, о чём написали в районной газете.
Электрики перебрались в Мемфис — родной город Джеймса. Там Джонни встретил 21-летнюю Минерву «Минни» Джонс, подругу Кроуфорда, дочку местного врача. Целых четыре дня Бринкли ухлёстывал за ней, прежде чем они поженились 23 августа 1913 года. Свадьбу сыграли в отеле «Пибоди». Мне вообще стоит говорить о том, что Джон всё ещё состоял в браке с Салли?
Медовый месяц они провели, катаясь по городам. Канзас Сити, Денвер, Покателло и Ноксвилл. Вот в последний в списке заглядывать точно не стоило. Помните, что именно там юный супергерой Джонни боролся с вялыми удавами, будучи протеже Доктора Бёрка? Полиция схватила его за мягкое и экстрадировала в Гринвил, где Бринкли попал в СИЗО за медицинскую практику без лицензии и выписку фальшивых чеков.
Джон сообразил, что бафать чью-то эрекцию на зоне чревато последствиями, поэтому быстренько сдал своего коллегу по цеху. «Не виноватый я! Это всё он придумал!» Бринкли накапал копам в достаточной степени, чтобы Кроуфорда арестовали в Покателло. Словно пацаны из трейлер-парка, братаны оказались вместе на нарах.
Джон и Джеймс решили урегулировать вопрос в досудебном порядке. Они выплатили коммерсам Гринвила несколько тысяч баксов. Основную долю отдал Кроуфорд. За Бринкли же вписался его новоиспечённый тесть, выплатив часть залога в размере 200$ (~6700).
Джонни и Минни воссоединились в Мемфисе, где их нашла миссис Салли Бринкли. Ей очень хотелось лично сказать Минерве, что её муженёк, тащемта, двоежёнец. Минни эта сцена прямиком из «Беременна в 16» не смутила. По крайней мере, не в той степени, чтобы бросить Джона.
Голубки переехали в городок Джадсония штата Арканзас. Там Джон получил право на ограниченную врачебную практику, так как располагал хоть каким-то, хоть и неполным образованием. Это был юридический лаз своего времени, который он успешно использовал. Такие недолицензии выдавались в сельской местности, чтобы там были хоть какие-то врачи среди местных коновалов, не имевших возможности получить полноценное медицинское образование. С такой корочкой он и начал свою легальную практику, рекламируя себя, как спеца по проблемам женского и детского здоровья. Он даже вступил в медицинский корпус резерва армии.
Далее Джон принял предложение знакомого врача, переезжавшего в другой штат, занять его кабинет. Дела шли в гору. В октябре 1914 года Джон и Минни переехали в Канзас-Сити, где Бринкли поступил в «Университет эклектической медицины», в котором ранее покупал диплом. В этот раз ради настоящего диплома ему предстояло завершить обучение, начатое ещё в «Медицинском колледже Беннета», с которым Джон, наконец, расквитался, когда начал стабильно зарабатывать. Отучившись год и заплатив 100 (~3300) баксов, 7 мая 1915 года он получил корочку, с которой мог практиковать в восьми штатах.
Но пока он оставался в Канзас-Сити, устроившись на работу в качестве доктора в Swift and Company. То был настоящий мясной гигант. Основатель этой компании первым додумался перевозить мясо в поездах-рефрежираторах. Джон латал мелкие раны у скота, пользуясь возможностью изучать животную физиологию. Именно здесь он узнал, что самым здоровым зверем на скотобойне считалась коза. Ружьё было заряжено, и готово вот-вот выстрелить.
Стоит сказать, что во второй раз Джону повезло. Его жена заботилась о нём, и, беспокоясь, что его двоежёнство повредит репутации и карьере, уговорила его расторгнуть первый брак. В декабре он обратился в суд. Пришлось сказать судье, что он поженился с Салли в Нью-Йорке, а теперь знать не знает, где она живёт. Развод был оформлен 21 февраля 1916 года. Четыре дня спустя Джонни и Минни поженились вновь. На этот раз в Либерти, штат Миссури. Бринкли и здесь сжульничал, не дождавшись, как положено, полугода с момента развода. Но это ради любви, так что всё ок.
В 1917 году Джона мобилизовали из резерва. Но на поля Великой войны он не попал, так как чуть более двух месяцев своей службы провёл в нервном срыве, благодаря которому и был демобилизован. В октябре того же года они с женой переехали в Милфорд, штат Канзас, прочитав в газете объявление о том, что городу требуется врач.
Козлик похотливый
«Сколько хороших мужиков оказалось под мостом из-за бабы».
Чарльз Буковски «Женщины»
—
«Вот все, что вам нужно знать о мужчинах и женщинах: женщины сумасшедшие, мужчины глупые. И основная причина женского сумасшествия — мужская глупость».
Джордж Карлин
В 1918 году Бринкли открыл свою клинику на 16 палат в Милфорде. Местные его полюбили, ведь он давал им рабочие места, хорошо платил, поддерживал экономику и бесстрашно лечил больных "испанкой" прямо на дому. Несмотря на то, какую славу он приобретёт в дальнейшем, этот период сохранится в памяти у людей в светлых красках.
Однажды пациент сказал Бринкли примерно следующее:
— Док, хотел бы я осчастливить свою жену, но увы!
Доку не надо было повторять дважды. Он сразу придумал элегантное решение. Надо отдать доку должное — он был хитёр на выдумку!
Джонни предложил фермеру пересадку козлиных яичек. Доподлинно неизвестно, то ли фермер заплатил Джону за яйца 150 баксов, то ли Бринкли ему.
Идея-фикс о козлиной мощи стала для Бринкли его Magnum Opus. Всего за 750$ (~12.000$, если пересчитывать от 1920 года) он массово вживлял мужичкам в яйца козлиные железы. Женщинам он просто вшивал яичники козы куда-то там рядом с яичниками classic. В лучшем случае, такие гонады рассасывались, поглощаясь телом реципиента.
Вирусный маркетинг сделал своё дело. Местные газеты писали о чудесных козлиных детях. Мол, от мужских желёз родятся мальчики, а от женских — девочки.
Почтовая рассылка, рекламный агент и броский слоган («The ram that am with every lamb» — я бы перевёл, как в подзаголовке выше). В общем, Бринкли действовал умело и возносился к успеху в лучах славы. Он стал богачом, заявляя, что козлиные пересадки лечат сразу от 27-и бед: от газов до деменции.
Вся эта Менгель-пати привлекла внимание Американской медицинской ассоциации, которая отправила к Бринкли своего тайного агента. Тот по прибытии на место нашёл у клиники хромую рыжую женщину, которая рассказала ему, что ей пересадили козьи яичники в качестве средства от опухоли спинного мозга. С тех пор Джонни был под наблюдением, в том числе Морриса Фишбейна, будущего главреда журнала ассоциации, который сделает себе карьеру на разоблачении жуликов наподобие Бринкли.
А разоблачать было что. Джон Бринкли, чёртова рок-звезда, медиком был паршивым, вполне мог оперировать пьяным и в условиях антисанитарии. Неизвестно, сколько людей умерло от его действий, но с 1930 по 1941 год ему было предъявлено 12 исков о причинении смерти по неосторожности.
Вообще, Бринкли был не единственным, кто экспериментировал с такими операциями. В то же время всемирную известность приобрёл Сергей Абрамович Воронов со своими пересадками от обезьян.
В 1889 году он ввёл себе под кожу экстракт перемолотых яичек собаки и морской свинки. Знаю, это звучит как потрясающий ориджин для суперзлодея, которому будет противостоять Джонни. Но в реальности эти эксперименты просто не дали должного результата по повышению гормонального уровня. Это, однако, не остановило Сергея Абрамовича. Он посчитал, что пересадка желёз будет покруче простой «советской» копеечной инъекции яйцами. С 1896 по 1910 гг. в Египте он изучал последствия кастрации у евнухов, что и положило начало его работе по омоложению. Он считал, что старение, в первую очередь, является следствием угасания половой функции.
За спиной у Воронова уже были пересадки щитовидки от обезьян людям. Будучи частным врачом, он пересаживал яички осуждённых на казнь преступников миллионерам (!). Но спрос был такой большой (!!!), что Воронов, в итоге, стал использовать обезьяньи органы. Знаю, знаю, здесь должен быть крутой сюжет о том, как миллионеры после пересадки яиц от преступников превращались в преступников. Но проблема в том, что никто не заметил разницы.
С 1917 по 1926 гг. Воронов набивал руку, произведя более пятисот пересадок от молодых животных к старым. Пожилые овцы, козы и быки, по наблюдениям Сергея, становились бодрее после операций, что вдохновляло его продолжать.
Первой официальной операцией по ксенотрансплантации яиц считается та, что Воронов сделал 12 июня 1920 года. 700 известнейших хирургов со всего мира рукоплескали Сергею Абрамовичу на хирургическом конгрессе в Лондоне. Воронов тоже был рок-звездой, вёл богемный образ жизни. Но, в отличие от раздолбая Бринкли, был настоящим профессионалом и пересадки совершал аккуратно, а не просто вскрывал брюхо, кидал внутрь что попало и зашивал грубой стёжкой, попивая виски.
Вообще Воронов заслуживает отдельного рассказа. Конечно, вечно его звёздный час длится не будет. Вскоре надежды научного сообщества на ксенотрансплантацию сменятся на скепсис, будет лучше изучена иммунная система, отторгающая чужеродные ткани. А до развития умения контролировать иммунный ответ ещё весьма далеко.
Но в 1920 году Воронов на пике своей славы посещал Чикаго для демонстрации своей техники американским коллегам. Бринкли пытался попасть на презентацию без приглашения, но его не пустили. Однако он хайпанул, местные газеты писали о его появлении там, а в дальнейшем он и сам будет демонстрировать технику пересадки козлиных гонад в одной из больниц Чикаго.
Под пристальным вниманием прессы Бринкли совершил 34 пересадки. Козьи железы аля Ромулус получили публичные и даже серьёзные люди: судья, депутат, местная светская львица и канцлер «Чикагской юридической школы». Джон был в центре внимания, и его бизнес процветал.
В 1922 году Бринкли отправился в Лос Анджелес по приглашению от Гарри Чендлера, владельца «Los Angeles Times». Представляю, как это было…
Джон заходит в кабинет Чендлера. Тот курит сигару и орёт на фотографа:
— Паркер, Человек-собачья-морская-свинка терроризирует город! Насилует всё, что движется! Чтобы сегодня же его фотографии были у меня на столе!
— Но у меня есть только фотографии Человека-Паука…
— К чёрту Паука! Принеси мне фотографии этого нового русского суперзлодея или будешь уволен!
Фотограф в ужасе убегает. Бринкли садится на стул перед Чендлером, и тот протягивает ему сигару.
— Мистер Бринкли, как я рад, что вы откликнулись на мой зов! Хочу предложить вам сделку! Самую лучшую сделку! Самую великую сделку на свете!
— Э-э… Слушаю вас.
— Пересадите козлиные яйца одному из моих редакторов. Выбирайте любого.
— Кто-то из ваших редакторов хочет улучшить потенцию?
— Мне плевать, что они хотят! Чтобы козлиные яйца были пришиты одному из них сегодня же или ты уволен.
— Но, я даже не работаю на вас.
— Да, да, да… *нетерпеливо* Мистер Бринкли! Сделайте эту операцию, и я прославлю вас! Вы взойдёте на Олимп. Но, если облажаетесь, я сотру вас в порошок, Мистер Бринкли!
Джон согласился. Возникла небольшая заминка с тем, что Калифорния отказывалась признавать его филькину грамоту из «Эклектичекский чё-то там», но Чендлер использовал свои связи, и Бринкли выдали разрешение на 30 дней. Операцию признали успешной, и Козий Хирург получил обещанное внимание в газете. Благодаря этому к нему пришло много новых клиентов, в том числе голливудских звёзд.
($)_($) — так выглядел Джон, разглядев возможности, которые сулила практика в Калифорнии. Он было начал планировать переезд клиники, но его жёстко обломала медицинская комиссия Калифорнии. Его резюме признали полным лжи и несоответствий. Этому поспособствовал Моррис Фишбейн своим докладом. Бринкли пришлось вернуться в Канзас, но он не терял надежды и приступил к реализации планов по расширению бизнеса в Милфорде. А планов было громадьё.
Кстати. Его визит в Лос-Анджелес не остался незамеченным Голливудом. В то время только появлялось кино со звуком, и на первых порах иногда к немому фильму добавляли в конце сцену-другую со звуковой дорожкой. Что-то типа сцены после титров от Марвел. И вот такие сцены стали называть «Goat gland» («Козья железа»). Этот маленький штрих хорошо иллюстрирует то, насколько вся эта козлино-обезьянья возня была тогда на слуху.
ДиДжей Мошонка
«Маленькое преувеличение никогда не помешает».
Дональд Трамп
—
«Однажды я сказал женщине, что я Кевин Костнер. И это сработало, потому что я в это поверил!»
Сол Гудман «Лучше звоните Солу»
Будучи в Лос Анджелесе, Бринкли успел посетить радиостанцию Чендлера — KHJ. Он был настолько впечатлён мощью радиовещания, что решил открыть свою собственную станцию. Хотя в то время реклама на радио считалась дурным тоном, Джон будет тем, кто откроет портал в рекламный ад.
1923 году у него был достаточный капитал, чтобы построить свою радиостанцию с передатчиком мощностью в 1000 ватт. Свою станцию он назвал KFKB: «Kansas First, Kansas Best» («Канзас – сила, Миссури – могила») или же «Kansas Folks Know Best» («Канзасчане шарят»).
На каждую хитрую гайку должен найтись свой болт с резьбой. На проделки Бринкли система реагировала запоздало и медленно, но реакция была. В 1923 году в газете «St. Louis Star-Times» вышла статья, громившая «фабрики дипломов». На следующий год газета «Kansas City Journal-Post» решила не оставаться в стороне и в своей разгромной статье упомянула Бринкли. А в июле того же года Большое жюри Сан-Франциско — комиссия, определяющая достаточность улик для передачи дела в суд — предъявило обвинения 19-ти лицам, ответственным за выдачу липовых дипломов. Также под раздачу показательно попали некоторые доктора, покупавшие такие дипломы. Среди них был и Джон, который ранее выстрелил себе в ногу подачей прошения об открытии своей клиники в ЛА, чем привлёк к себе лишнее внимание. Но, когда прибыли агенты из Калифорнии, губернатор Канзаса Джонатан М. Дэвис выгородил Бринкли, который приносил ощутимый куш ему в казну.
Бринкли подумал: «Вот это я красавчик!» — и выступил с речью на своей радиоволне, хвастаясь победой над Американской Медицинской Ассоциацией. Рофлил он и над Фишбейном, противостояние с которым у них было теперь публичным. Тот же выступал с речами и писал статьи в журнал Ассоциации (jAMA), в которых высмеивал шарлатана Бринкли и его безумные методы. Но дело Джона лишь росло, всё больше клиентов со всего мира стекалось к нему в клинику.
Можете вообразить, как в этот период пёрло Джона, получившего покровительство губера. Он часами просиживал в студии и говорил, говорил, говорил.
— Эта так называемая Американская Медицинская Ассоциация! Ха! Какую Америку они представляют? Ту, над городами которой летают самолёты и распрыскивают химикаты, превращающие сраных лягушек в геев?! Такую Америку вы хотите? С лягушками-геями, гендер-нейтральными туалетами и Моррисом Фишбейном! УУУ! Этот коммуняка Фишбейн! Он хочет, чтобы американцы ходили строем, жрали зелёный сойлент и принимали антидепрессанты. Он хочет, чтобы у нас тут был ещё один СССР, в котором нет секса! МОРРИС ФИШБЕЙН НЕНАВИДИТ СВОЮ МАТЬ И ГОСПОДА ИИСУСА ХРИСТА! ОН ХОЧЕТ, ЧТОБЫ АМЕРИКАНЦЫ ПЕРЕСТАЛИ ЗАНИМАТЬСЯ СЕКСОМ И РАЗМНОЖАТЬСЯ! ОН ХОЧЕТ, ЧТОБЫ МЫ ВЫМЕРЛИ ВО СЛАВУ СТАЛИНУ И САТАНЕ!!! Агрхтьфу..!
В основном, он рекламировал свои операции по пересадке козлиных желёз. Он был мастером манипуляций и умело взывал и к мужскому, и к женскому самолюбию.
— Билл и Люси приходили ко мне сегодня. Прекрасная пара! Настоящие американцы! Соль земли! На таких, как они, стоял и будет стоять Канзас! Вот только… Я сразу заметил эту печаль в глазах Люси. Знаете этот взгляд? Взгляд прекрасной женщины, глазки которой бегают вслед за тикающей стрелкой часов. Представьте себе пронзительный взгляд женщины, что каждый день смотрится в зеркало, подмечая каждую новую морщинку, и как она глядит на маленьких сорванцов — детей своих соседей.
«Что случилось, Люси? — спросил я её — Разве пристало такой юной красавице, жене такого могучего мужчины, так печалиться?»
Люси расплакалась. Вчера у Билла был день рождения. Ему исполнилось 50 лет! Люси в свои 42 выгладит замечательно. Но вот беда! У них нет деток. Я был в ужасе!
Билл был в ужасе. Его обветрившееся лицо настоящего мужчины выражало крайнюю степень обеспокоенности. Я сказал:
— Билл, представь себе все эти гей-пары коммунистов, которые займут нашу землю, когда такие люди, как вы, перестанут рожать. Это не просто трагедия одной пары! ЭТО ТРАГЕДИЯ ВСЕЙ АМЕРИКИ! Но благо, что у меня есть решение для всех нас!
Впрочем, эфир KFKB состоял не только из рекламы и пламенных речей Джона. Он микшировал свою болтовню с развлекательным контентом, превращая радиостанцию в водевиль. Военные оркестры сменялись уроками французского, астрологические прогнозы — рассказами у камина, экзотические гавайские мелодии — труъ-американской музыкой: старыми струнными ансамблями, госпелом и, конечно, кантри.
Сомнительный доктор, Бринкли был не только хорошим радиоведущим и контентмейкером, но и не без успехов метил в политику. Реклама давала ошеломительный результат, плюсы которого пожинала не только клиника, но и весь Милфорд. Бринкли оплатил новую канализационную систему города и тротуары, тратил деньги на электрификацию, построил городскую сцену и апартаменты для сотрудников и клиентов, а также торговое здание «Бринкли Блок», включавшее аптеку, ресторан, мясную лавку, парикмахерскую и почтовое отделение для обработки всей его корреспонденции. Губернатор даже в качестве символического шуточного жеста удостоил его звания адмирала Военно-морского флота, которого у Канзаса никогда не существовало. Сшитая под заказ форма адмирала Бринкли и сейчас хранится в музее. А ещё у него была своя бейсбольная команда, названая «Козлами Бринкли».
Вообще, Бринкли вёл себя, как настоящий G, и рубился за респект похлеще юного ЭмСи в Бруклине. Поносил Ассоциацию и Фишбейна, горой стоял за свой neighborhood, спонсировал свою спортивную команду, как преуспевающий гангстер. И стремился отмыть свой образ самыми разными путями.
В 1925 году он отправился в турне по Европе, чтобы сыскать себе почётных степеней. Получив несколько отказов в учебных заведениях Великобритании, он нашёл подходящего кандидата в Италии в Павийском университете. Об этой авантюре прознал Фишбейн. Обломать Бринкли ему помог Макс Торек: светило чикагской хирургии и основатель Международного колледжа хирургов. И Моррис, и Макс учились в Rush Medical College. Ирония в том, что Торек когда-то читал курс лекций по повышению квалификации в Чикаго, которые Бринкли прослушал, но провалил экзамен. Поэтому Торек был бывшим преподом непутёвого студента. И именно Торек был тем, кто не пустил Джона на демонстрацию Воронова, куда тот так нагло ломился. А теперь он помогал Моррису надавить на итальянское правительство, преференции от которого надеялся получить Бринкли.
Слышали когда-нибудь про фашистский рояль в кустах? Вот с ним Джону и пришлось столкнуться, когда Бенито Муссолини лично лишил Бринкли учёной степени. Но Джон был не пальцем деланный и до самой смерти продолжал претендовать на регалию, всем вокруг рассказывая, что, тащемта, у него учёная степень! А тем временем Фишбейн прикладывал всё больше усилий к тому, чтобы уничтожить Бринкли. Всё больше речей и статей, которые, впрочем, становились достоянием врачей, читавших jAMA, в то время, как козье добро Джона пипл хавал массово дома, в машине и на работе посредством радиовещания.
3 сентября 1927 года родился Джон Ричард Бринкли третий, которому дали прозвище «Джоннибой». Ради баланса сил во вселенной, надеюсь, что где-то неподалёку в это время появился и Оксимирон. Старший Джон тут же похвастался рождением наследника в своём шоу. Так впервые тоненький голосок «Джоннибоя» прозвучал на радиоволнах. Факт рождения сына у Джона после 14 лет брака с Минервой породил слухи о том, что Бринкли пересадил себе козлиные яйца. Но супруги опровергли этот слух.
Атлант поправил яйца
«Расстояние между безумием и гениальностью измеряется лишь успехом»
Эллиот Карвер — «Завтра не умрёт никогда»
—
«Джеймс Бонд. Ты появляешься с утомительной неизбежностью нелюбимого времени года»
Хьюго Дракс — «Лунный гонщик»
Джон был занят постоянным расширением своего бизнеса. Он стал утверждать, что его метод лечит в том числе и проблемы с простатой, чем привлёк новую клиентуру. Затем он запустил передачу на своём радио — «Ящик медицинских вопросов». Слушатели писали ему свои жалобы на здоровье, а он в эфире предлагал свои способы лечения. Сети аптек — членов «Фармацевтической ассоциации Бринкли» — распространяли его методы лечения, продавая соответствующие медикаменты. Лекарства были безрецептурными, но стоили дорого. Часть выручки аффилированные аптекари отправляли Джону, часть оставляли себе.
Еженедельная прибыль Бринкли составляла примерно 14.000$ (~280.000$). Люди, которых методы Джона не погубили, в итоге, попадали в кабинеты других врачей. Шла молва. Фармацевтическая компания Merck & Co. поглядела на то, как Бринкли калечит пациентов их лекарствами, и потребовала у Фишбейна разобраться с этим. На что Ассоциация промямлила, что не имеет такой власти, а может лишь заниматься информированием общественности.
Газета Kansas City Star была прямым конкурентом Бринкли, так как владела своей радиостанцией. Вы могли заметить паттерн: газеты пишут про Бринкли — власти начинают шевелиться. И в этот раз после публикации серии разоблачающих статей, в 1930 году Медицинский совет штата Канзас провёл официальное слушание, где обсуждали, следует ли отозвать у Джона лицензию. К тому моменту Бринкли подписал уже 42 свидетельства о смерти для прооперированных людей, которые не были больны, когда обращались к нему в клинику, и не нуждались в операции, а просто хотели, чтоб жизнь заиграла красками. Сколько бедолаг заболело или умерло за пределами клиники, одному Эскулапу ведомо. Совет отозвал лицензию Джона, заявив, что тот организованный обман, что он учредил, выходит за рамки обычного шарлатанства. Его масштаб определили крайне опасным, как масштаб мафиозного дона на фоне жалких трепыханий рядового карманника.
13 июня 1930 года Федеральная радиокомиссия аннулировала его лицензию на вещание. Они признали, что передачи Бринкли носили в основном рекламный характер, его трансляции были непристойны, а «Ящик медицинских вопросов» противоречил общественным интересам. Джон пробовал было судиться с радиокомиссией, но суд занимал её сторону, а само дело стало прецедентом. А 17 сентября 1930 года Джон потерял и медицинскую лицензию.
Но я же говорил, что док был хитёр на выдумку. В ответ на произвол властей Бринкли выдвинул свою кандидатуру на пост губернатора штата. В случае успеха он смог бы выставить своих людей на посты, чтобы те разрешили ему заниматься любимым делом. Свою предвыборную кампанию он начал через три дня после того, как у него отобрали медицинскую лицензию. Его поддержал Рой Фолкнер — крупнейший кантри-исполнитель на KFKB. Он исполнял на митингах ковбойские песни, в том числе популярную балладу Керли Флетчера о непослушном чалом пони — «Strawberry Roan»:
I know there`s some ponies that I cannot ride
(Я знаю, есть пони, что мне не седлать)
Some of them living, they haven`t all died.
(Живут ещё точно, не каждый ведь сгинул)
But I bet all money there`s no man alive
(Но бьюсь об заклад, среди вас не сыскать)
That can ride Old Strawberry when he makes that high dive.
(Кого Старый Чалый в нырке бы не скинул)
Йии-ха!
Будучи отменным популистом, Джон проводил соответствующую предвыборную кампанию с абстрактными обещаниями. В каждый округ по водохранилищу, бесплатные учебники и больше возможностей для чёрных детей, меньше налоги — больше пенсии!
Мы будем побеждать так много, что вы устанете от побед. Вы придёте ко мне и скажете: «Пожалуйста, мистер Бринкли, мы больше не можем побеждать. Это слишком». А я отвечу: «Нет, мы будем побеждать, побеждать, побеждать. Мы сделаем Канзас снова великим!»
Он апеллировал к мигрантам и приглашал немцев и шведов, свежеиспечённых американцев, присоединится к голосованию. Бринкли нанял пилота со своим самолётом, который назвал «Романтик», чтобы эффектно появляться на митингах. Когда один известный репортёр обрушился на Джона с критикой его управленческих способностей, Бринкли прислал ему в подарок козла. В общем, в пиар он умел.
Выступал он, как независимый кандидат. Так как он поздно вступил в гонку, его имя можно было вписать в избирательную бюллетень к тем, что уже были напечатаны там. Но за три дня до выборов генпрокурор Канзаса (который ранее преследовал Джона по делу о медицинской лицензии) внёс правки о том, как признаются голоса, внесённые в бюллетень вручную. По новым правилам имя должно было быть написано строго определённым образом: «J. R. Brinkley».
Он получил более 180 тысяч голосов (около трети) и проиграл Гарри Вудрингу, который в будущем станет министром обороны при Франклине Рузвельте. Газета The Des Moines Register потом подсчитала, что Бринкли из-за новых правил потерял от 30 до 50 тысяч голосов. Да и Вудринг потом признался, что если бы дедушка был бабушкой, то Джон победил бы его в этой гонке.
В 1932 году Бринкли вновь поучаствовал в выборах, собрал 244,607 голосов (~30%), но проиграл республиканцу Альфу Ландону, который потом баллотировался в президенты в 1936 году.
Его политическая карьера пошла ко дну. Бринкли продал KFKB страховой компании и решил перебраться ближе к границе с Мексикой, где была возможность возобновить радиовещание. И, хоть он больше не мог заниматься медицинской практикой, свою клинику в Милфорде он сохранил, назначив там на посты управляющих своих протеже.
Позаботившись о делах, Джон переехал в Техас в городок Дель Рио, коптившийся прямо под мексиканской границей.
¡Me gusta el macho cabrito solar!
«Залогом победы является творчески спортивный подход, иначе говоря — карты надо подтасовывать»
«Однажды в Мексике»
—
Con dinero y sin dinero (С деньгами или на мели)
hago siempre lo que quiero (А сам себе я на уме)
y mi palabra es la ley (И как скажу — тому и быть!)
no tengo trono ni reina (Ни трона нет, ни королевы)
ni nadie que me comprenda (Меня вам не понять)
pero sigo siendo el rey. (Но я останусь королём)
Хосе Альфредо Хименес — «El Rey»
Где-то в параллельной вселенной Бринкли стал антифашистом после того, как Бенито Мусолини помешал ему получить учёную степень. Но в нашем проклятом таймлайне в 1930-х годах Джон явно симпатизировал нацистам. И даже в 1939 году пожертвовал 629$ (~15.000$) Серебряным рубашкам.
А пока Евразия готовилась полыхать, Бринкли налаживал связь с правительством Мексики, у которого были свои счёты со Штатами. Дело в том в 1920-х и 1930-х годах Канада и США по-братски поделили радиочастоты Северной Америки, забив болт на Мексику. К тому моменту, как мексиканцы развили свои технологии в достаточной мере, остались только лажовые радиочастоты, а все крутые были разобраны гринго.
Мексы обиделись и принялись gusto гадить в утреннюю кашу американцам. Они раздавали лицензии на радиовещание всем подряд на сверхвысоких мощностях на тех частотах, что янки считали своими. Это создавало жуткие помехи. Бринкли получил 75 000 ватт для своей станции. Таких, как он, называли «border blasters» (пограничные бластеры, передатчики, вещатели или даже ревуны). США сатанело от таких приколов со стороны Мексики, но юридически всё было чисто. Передатчики ревунов работали на мексиканской земле и по мексиканским законам.
Бринкли разрешили построить передатчик и антенну для его новой станции XER (:D) через мост от Дель Рио на другом берегу реки Рио-Гранде в городке Вилья-Акунья, штат Коауила, Мексика. Добиться этого Джону помогла Истер Кросби, владелица ресторан-бара «Мамаша Кросби» в Акунье — одного из самых популярных мест города.
Джордж Стрейт, один из королей кантри, так воспел знаменитый ресторан в своей песне «Blame it on Mexico»:
In a bar in Acuna called Ma Crosby`s (У мамаши Кросби в чудном баре)
I found myself not feeling any pain (Сидел, совсем забыв о боли)
I told a Frisco girl I'd come for freedom (Из Фриско крошка ждёт состава)
She said she'd only come to catch a train (Сказал ей: «Детка, я свободен»)
Фишбейн и Госдеп США пытались найти способ обломать Бринкли и даже смогли временно приостановить строительство давлением на правительство Мексики. Но прошло несколько недель, стройка продолжилась, и вскоре были возведены две башни, высотой в 91 метр. XER начал вещание в октябре 1931 года на частоте 840 килогерц в диапазоне AM посредством ионосферного распространения волн, благодаря чему мог быть слышен от Кубы до Канады, заглушая американские станции. «Солнечная станция между нациями» — так ласково называл Джон свой XER.
Бринкли использовал XER, чтобы опять баллотироваться в губернаторы. Свои речи он передавал на станцию по телефону. Но обе компании и 1932 года, и 1934 года он проиграл.
Бринкли продолжал давать медицинские советы по радио и рекламировать свои средства. Например, он стал предлагать мужчинам к покупке Адренохром Меркурохром — ртутное соединение — для улучшения потенции.
Хотя Джона лишили права вещать в США, мощь его XER была столь велика, что сигнал покрывал весь Канзас. Но дальше больше. Мексиканское правительство разрешило ему увеличить мощность с 75 тысяч до 150 тысяч ватт, а затем и до полумиллиона ватт (!). Таким образом XER стал самой мощной радиостанцией на планете, а сигнал его в ясную ночь можно было услышать даже в Канаде. По сообщениям людей того времени, сигнал Бринкли включал фары автомобилей, заставлял пружины в кроватях звенеть и проникал в виде наведённых помех в телефонные разговоры. Фермеры говорили, что им не нужен радиоприёмник, чтобы слушать Джона, потому что сигнал принимали металлические заборы и коронки в зубах.
Сам Бринкли жил в фешенебельном отеле Роузвелл в Дель Рио, где он и принимал посетителей. Через мост от отеля в Мексике была его клиника, где он проводил операции на простате.
Эфирное время на волнах XER можно было купить за 1700$ в час (~40.000$). Таким образом его передачи стали привлекать разных мошенников, рекламировавших «Безумные водные кристаллы», настоящие искусственные бриллианты, страхование жизни или религиозные цацки, типа фотографий Иисуса Христа с автографом. Помимо этого именно на волнах Бринкли раскрутили свои карьеры такие известные кантри и рут-исполнители, как Пэтси Монтана, Ред Фоли, Джин Отри, Джимми Роджерс, семья Картер, семья Пикард и другие. Дель Рио стали именовать не иначе, как «Hillbilly Hollywood» (Колхозный Голливуд).
В 1932 году Федеральная радиокомиссия запретила мракобесие и инфоцыганство в эфире, и многие честные люди со светлыми лицами последовали примеру Бринкли, открыв свои бластеры в Мексике. Так Мексика превратилась в радиопритон, и в том же 1932 году таких станций было уже 11 штук.
Бринкли продолжал курсировать между Милфордом и Дель Рио, вещая посредством телефонии. Правительство США пыталось прикрыть лавочку, в 1932 году приняв поправки к закону о радиовещании, названные в честь Бринкли, запрещавшие подключение студий в США к передатчикам в Мексике по телефону. Джон на это пожал плечами и стал записывать свои передачи на пластинки — «электрические транскрипции», которые он лично привозил в Мексику и ставил в эфир. Джон решил разорвать свои прежние связи в Канзасе, закрыл там клинику и открыл новую в Дель Рио, заняв верхние три этажа отеля Роузвелл, где они жили с женой.
В феврале 1933 года Мексика всё-таки прогнулась под США и отозвала у Бринкли лицензию на вещание станции XER. Солдаты мексиканской армии прибыли к порогу станции, чтобы закрыть её. Но ещё два года Джон продолжал вещание со станции XEPN в Пьедрас-Неграс. А в сентябре 1935 года так же в Акунье он открыл XERA – ещё более мощную станцию на миллион ватт, реинкарнацию XER, продолжавшую вещание до 1939 года. Контент там был гремучий: к мракобесию, инфоцыганству, рекламе и деревенским мотивам добавилась ещё и нацистская пропаганда.
В итоге к 39-му году правительства США и Мексики заключили ряд соглашений, которые позволили прикрыть станцию. Вторая мировая война стала поводом для экспроприации оборудования в пользу мексиканского государства. Опустевшая станция, впрочем, стала гнездом для XERF – нового «пограничного ревуна» уже в 1947 году, когда Бринкли уже пять лет как ставил самую лучшую музыку в эфире XINFERNO из уютной вонючей рубки прямо под козлиными яйцами сатаны.
Santa Muerte
«Доколе шагать человеку, продолжая отплясывать мрачный Фанданго?»
Dan Bull – Grim Fandango
Хоть Бринкли и продолжал делать операции по пересадке желёз, в Техасе он, в основном, делал чуть прокачанную вазектомию и «омоложение» простаты, чем бы оно ни было. После операции за 1000$ (~24.000$) Джон назначал собственные средства для послеоперационного ухода. Дело его продолжало расти, и он открыл ещё одну клинику в Сан-Хуане в Техасе, специализировавшуюся на заболеваниях толстой кишки.
К 1936 году Бринкли был настолько богат, что имел особняк на 6,5 га земли. Он мог похвастаться дюжиной кадиллаков, теплицами, бурлящим фонтаном в саду в окружении 8 000 кустов, экзотическими животными, привезёнными с Галапагосских островов, и бассейном с трёхметровой вышкой для ныряния.
В 1938 году у кайфующего в Дель Рио Бринкли появился конкурент. Какой-то выскочка делал такие же операции, но по более низкой цене. Джон обратился к отцам города, чтобы решить вопросик. Уважаемые люди тут темку мутят, а некий пассажир мешает. Но, видимо, его влияние к тому моменту совсем ослабло, и разорять конкурента никто не стал. Тогда Джон закрыл свою клинику в Дель Рио и открыл новую в Литтл Рок, штат Арканзас, в здании, в котором сейчас находится Кармелитский монастырь Мэрилейк. Его конкурент тоже не отставал и открыл ещё одну клинику в Эврика-Спринг в 240 километрах севернее Литтл Рока.
But now we dance this grim fandango, (Танцуем мрачный наш фанданго)
And will four years before we rest. (Ещё четыре года пляски)
Olivia Ofrenda – «Grim Fandango»
В том же году объявился Моррис Фишбейн, опубликовав серию из двух статей «Современные шарлатаны от медицины», где подробно разоблачил карьеру Бринкли. Джон ответил на это иском за клевету, требуя в качестве возмещения 250 тыщ баксов (~6млн$).
Судебный процесс начался 22 марта 1939 года. Несколько дней спустя присяжные вынесли решение в пользу Фишбейна. Джона признали тем, кто он есть — жуликом и коновалом. Этот вердикт вызвал лавину судебных исков, обрушившихся на Бринкли, на общую сумму в 3 миллиона долларов. В это же время за него взялись налоговые агенты, обвинив его в неуплате налогов. Он объявил себя банкротом в 1941 году. Параллельно этому Мексику заставили закрыть его станцию XERA. Вскоре Почтовое управление США начало расследование в отношении него по делу о мошенничестве с использованием почты.
Бринкли угасал и сам стал пациентом. Он перенёс три сердечных приступа и ампутацию ноги из-за плохого кровообращения. 26 мая 1942 года он умер в Сан-Антонио от сердечной недостаточности, совершенно нищий. Его похоронили на кладбище Форест-Хилл в Мемфисе штата Теннесси.
На его могиле установили мемориал в виде колонны, увенчанной бронзовым ангелом. Эта статуя, известная как «Крылатая победа», ранее украшала лужайку перед его особняком в Техасе. В начале 2017 года этот ангел был срезан и украден. Эта кража была одной из многих среди целой серии подобных краж на кладбищах Мемфиса.
Такие дела.
Автор: Вячеслав Мазур и CatScience