Попался мне в интернете «рейтинг» советских бронебойщиков, где сообщалось, кто и сколько танков подбил в одном бою. Про некоторых я знал и писал, в целом же данный список составлялся по принципу — всему верю и ни в чём не сомневаюсь.
По списку я может ещё пройдусь, но сходу меня заинтересовал бронебойщик Павел Баннов. Поскольку ему кто-то присвоил титул самого результативного бронебойщика Советского Союза по тяжёлым танкам. Сделано это на основании того, что в битве на Курской Дуге он в боях 7 и 10 июля 1943 года он подбил восемь танков — шесть «Тигров» и две «Пантеры».
Про него можно прочитать следующее (цитирую оригинальный текст):
Ведь чтобы подбить «Тигр», у противотанкового ружья не хватало бронепробиваемости, так как необходимо было попасть в уязвимые места в корме или бортовой броне. И ещё можно было ранить механика водителя, если попасть в смотровую щель машины. Удачно выбрав позицию, Павел Баннов сумел поджечь два «Тигра», а когда оставшиеся три машины поползли на его окоп, он сумел их остановить противотанковыми гранатами, а потом поджечь с помощью бутылок с горючей смесью. Всего в тот день он сумел уничтожить 6 танков врага. В следующем бою, 10 июля, выбрав правильную позицию, бронебойщик подбил ещё две машины врага, однако его ПТРД была искорёжена осколком, а сам он — тяжело ранен. 27 августа 1943 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза.
Кстати, вот ещё из «Письма однополчан к односельчанам Баннова»:
В боях по отражению летнего наступления немецких войск Павел Баннов проявил исключительную отвагу, мужество и героизм. 7 июля 1943 г., когда на наше подразделение немцы бросили в атаку свыше 40 танков, а с воздуха их прикрывали сотни немецких самолётов, Павел Баннов встретил эту лавину с противотанковым ружьём в руках. … Павел приложился к ружью, и вот раздался выстрел, и первый танк с фашистской свастикой загорелся. Бой разгорался, немецкие автоматчики в 100—150 метрах от сержанта Баннова. В это время раздался второй выстрел, и загорелся второй танк. Немецкие танковые артиллеристы заприметили, откуда бьёт противотанковое ружьё. Сосредоточив огонь на огневой точке сержанта Баннова, танки противника, бросив свою пехоту, двинулись на его окоп, чтобы гусеницами раздавить русского солдата.
Три раза танки утюжили окоп Баннова, а затем двинулись вперёд. Отряхнувшись от завалившей земли, Павел Баннов бросил под танк противотанковую гранату. Русский солдат оказался в сложном положении: в тылу, метрах в 30, двигались танки противника, а перед окопами, метрах в 80, шли цепи фашистов. Выручила наша артиллерия. Она открыла беглый огонь по танкам и пехоте врага. Солдаты вермахта бросилась врассыпную, а танки повернули назад. На поле боя остались десятки машин.
Такая вот история. Мне в подобных рассказах всегда видится такая картина. Сидит в одиноком окопе посреди огромного поля единственный бронебойщик, по полю вокруг него двигаются немецкие танки, которых он по очереди поражает. Может мне кажется, но автор именно так себе это представляет.
Я, конечно, попытался узнать что-то про Баннова и бои, в которых он принимал участие. Служил он во взводе ПТР мотострелкового батальона 79-й танковой бригады 19-го танкового корпуса. 7 июля корпус был придан 2-й танковой армии, а 10-го уже входил в состав 70-й армии Центрального фронта. Уже исходя из этого, про две подбитых «Пантеры» можно забыть, поскольку они были на южном фасе Курской Дуге, а Центральный фронт — это северный фас.
Можно сразу забыть и про «Тигры», поскольку на том участке у немцев был единственный тяжёлый танковый батальон (505-й) и все его три десятка «Тигров» действовали на другом участке.
Впрочем, про «Тигры» и «Пантеры» — это чистая выдумка, поскольку в наградном листе документах об этом ничего не говорится.
В целом же все эти истории про бронебойщиков явно навеяны некачественными фильмами, где показано, как от одного выстрела из противотанкового ружья танк порой даже взрывается, но с одного выстрела уж запросто выходит из строя насовсем. Сие стоит отнести к фантастике и учесть, что пробить броню немецких танков середины 1942 года и позже, наши противотанковые ружья не могли. Мало того, не могли и 76-мм пушки, не говоря про «сорокапятки».
Конечно, вопреки киношной картинке, в Курской битве было много старой техники. Например, на интересующем нас участке 20-я танковая дивизия имела из 75 линейных танков 9 Pz.Kpfw. 38(t), 2 Pz.Kpfw. III(kz) и 9 Pz.Kpfw. IV(kz). Которые теоретически могли подбить и бронебойщики.
Тут правда стоит учесть, что Баннов служил во взводе мотострелкового батальона, то есть действовал он совместно со своими танками, коих должен был прикрывать в обороне. Поэтому картинка одинокого бронебойщика в поле сменяется на группу бойцов, которые заняли позицию возле своего танка. И главной ударной силой были танки, которых на тот момент в бригаде ещё хватало.
Конечно, если поискать, то можно найти информацию, что в Курской битве аж 10% немецких танков подбили из ПТР. Но, во-первых, правильно всё-таки, что подбили не только бронебойщики, а пехотинцы в целом. Разница вроде не велика, но надо учесть, что бронебойщики обычно стремились остановить танк, перебив гусеницу, а дальше его добивали чем могли. И гранатами, и мину могли подсунуть, и из огнемёта сжечь.
А во-вторых, насколько я понял, эти данные основаны на советских цифрах о потерях немцев, а они не совсем верны.
Кстати, о потерях. Чтобы иметь представление о количестве танков на этом участке, могу предложить некоторые цифры. Наступала на участке 140-й стрелковой дивизии (которую поддерживала 79-я танковая бригада) 20-я танковая дивизия Вермахта. К началу наступления в ней было 82 танка — 9 Pz.Kpfw.(t), 2 Pz.Kpfw.III(kz), 10 Pz.Kpfw.III(lg), 5 Pz.Kpfw.III(75), 9 Pz.Kpfw.IV(kz), 40 Pz.Kpfw.IV(lg) и 7 Pz.Bef. И ещё 4 танка артиллерийских наблюдателей Pz.Beob.III, с которыми уже 86. Плюс 26 самоходных ПТО. К 10 июля 5 танков выбыло, а к 26 июля осталось 39. Можно посмотреть документ:
Собственно, по поводу истории с Павлом Блиновым мне более прокомментировать нечего, могу лишь порекомендовать вам ещё мою статью в тему:
Танки Вермахта на северном фасе Курской Дуги